Белорусский журнал международного права и международных отношений 2003 — № 2


международные отношения

ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ МЕЖДУ РЕСПУБЛИКОЙ БЕЛАРУСЬ И ОРГАНИЗАЦИЕЙ СЕВЕРОАТЛАНТИЧЕСКОГО ДОГОВОРА В 1990-х гг.

Андрей Русакович

Русакович Андрей Владимирович — кандидат исторических наук, заведующий кафедрой конституционного и международного права Международного института трудовых и социальных отношений

Развитие связей Беларуси с международными структурами, в том числе и Североатлантическим альянсом, началось в первые месяцы после провозглашения независимости. В отношениях Беларуси с НАТО в начале 1990-х гг. существовал целый комплекс вопросов, связанных с ядерным наследием бывшего СССР, выполнением международных соглашений в области разоружения и ограничения вооружений, позиционированием Республики Беларусь в системе новой архитектуры европейской безопасности, различными аспектами функционирования вооруженных сил независимого государства. Эти и другие проблемы выдвинули на повестку дня необходимость взаимодействия Беларуси и НАТО. Ситуация осложнялась тем обстоятельством, что у большинства белорусского народа образ НАТО ассоциировался с образом врага, сформированным в годы "холодной войны", и данное обстоятельство оказывало устойчивое влияние на позицию Беларуси в отношении Североатлантического альянса в 1990-х гг. Значительное влияние на уровень отношений оказывали также военно-технические аспекты, так как Беларусь в результате раздела военного наследия СССР стала обладателем одной из мощных армий в мире, к тому же на ее территории находилось ядерное оружие.

Североатлантический альянс в начале 1990-х гг. в отношении стран бывшего СССР руководствовался принятой в ноябре 1991 г. на Римском саммите НАТО новой стратегией, которая была ориентирована на становление и развитие партнерских отношений, диалога и сотрудничества со странами Центральной и Восточной Европы. Для ее реализации был создан Совет Североатлантического сотрудничества (ССАС).

В конце 1991-начале 1992 г. республика была признана странами Западной Европы, США, Канадой, входящими в НАТО. Параллельно началось осуществление контактов с руководящими структурами НАТО. В марте 1992 г. Беларусь, как и другие государства СНГ, была принята в Совет Североатлантического сотрудничества. Делегация Верховного Совета Республики Беларусь с середины 1992 г. принимала участие в сессиях Парламентской ассамблеи НАТО, что способствовало развитию связей между белорусским парламентом и парламентскими структурами НАТО.

Основные направления внешней политики Республики Беларусь, разработанные ее руководством в начале 1990-х гг., объективно способствовали развитию отношений с Североатлантическим альянсом. Беларусь реально оценивала роль НАТО в системе европейской и международной безопасности и стремилась развивать сотрудничество в интересах безопасности и стабильности на континенте. В начале 1990-х гг. руководство Республики Беларусь во внешней политике придерживалось идеи, изложенной в Декларации о государственном суверенитете, сделать республику нейтральным государством, а ее территорию — безъядерной зоной. В рамках этого курса Беларусь последовательно осуществляла свои обязательства в области разоружения и сокращения вооружений, вытекающие из международных договоров бывшего СССР. В феврале 1993 г. Верховный Совет Республики Беларусь ратифицировал Договор о стратегических наступательных вооружениях (СНВ-2) и Лиссабонский протокол к нему, Договор о нераспространении ядерного оружия, Договор между Беларусью и Россией о стратегических вооружениях, временно расположенных на белорусской территории. Беларусь стала участником Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Необходимо отметить, что Беларусь, в отличие от других стран СНГ, в начале 1990-х гг. осуществляла мероприятия, связанные с выполнением международных договоров, не выдвигая особых условий. С учетом опыта в сфере разоружения, накопленного в первые годы существования Республики Беларусь как независимого государства, председатель Верховного Совета С. Шушкевич в мае 1993 г. отмечал: "На будущее необходимо увязывать вопросы ратификации договоров об ограничении обычных вооружений в Европе, о статусе безъядерного государства с коллективными гарантиями безопасности Беларуси со стороны России и НАТО"1. В выполнение взятых обязательств по разоружению, трансформации ядерного потенциала Беларуси была оказана помощь со стороны западных стран, в первую очередь США и Германии. Между США и Беларусью в 1992-1993 гг. был подписан ряд соглашений о программах помощи для Беларуси в области разоружения. Например, в июле 1993 г. руководители военных ведомств Беларуси и США подписали соглашения, согласно которым США выделяли Беларуси для содействия в демонтаже советских ядерных вооружений 59 млн дол.2 В целом, по информации американской стороны, в период с 1992 по 1996 г. правительством США было выделено на реализацию совместных проектов по снижению военной угрозы 114 млн дол. США3. В июне 1996 г. было подписано Соглашение между правительством Республики Беларусь и правительством Федеративной Республики Германия о сотрудничестве в решении проблем ликвидации ядерного оружия, согласно которому ФРГ оказывала безвозмездную материальную, техническую и прочую помощь в деле ликвидации ядерного оружия и непосредственно связанной с ним инфраструктуры.

В формировании имиджа Беларуси как нейтрального безъядерного государства важную роль сыграла инициатива о создании в центре Европы зоны, свободной от ядерного оружия. Данная идея была выдвинута в выступлении министра иностранных дел Беларуси в октябре 1990 г. на 45-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Это стремление дополнялось предложениями о необходимости роспуска НАТО. Министр иностранных дел П. Кравченко на 47-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН заявил, что "по-настоящему нейтральной Беларусь может быть только тогда, когда внеблоковой станет Новая Европа, когда НАТО, как и вчера Варшавский договор, отойдет в небытие, когда свобода движения идей, людей, капиталов, товаров и услуг станет привычной реальностью"4. В период 1991-1993 гг. инициатива белорусского руководства в отношении безъядерной зоны в большей степени отражала стремление зафиксировать безъядерный статус государства в качестве одной из ключевых целей внешней политики. В силу ряда причин (отсутствие опыта в реализации подобных инициатив, противоречия внутри руководства страны в отношении внешнеполитического курса и др.) эта инициатива реального развития не получила и не являлась объектом переговоров руководства Беларуси с соседними государствами и международными организациями.

Стереотипы "холодной войны", традиционное тяготение военно-промышленной и политической элиты Беларуси к союзу с Россией оказывали значительное воздействие на внешнюю политику Республики Беларусь в начале 1990-х гг. Тезисы об отсутствии гарантий безопасности Беларуси со стороны НАТО, об опасности расширения сферы влияния Североатлантического альянса использовались в качестве весомых аргументов сторонниками присоединения Республики Беларусь к Ташкентскому договору о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г. Например, председатель Комитета государственной безопасности Э. Ширковский, выступая на внеочередной сессии Верховного Совета в апреле 1993 г., заявил, что намерение Польши, Литвы, Латвии, Эстонии, Чехии и других стран вступить в НАТО ставит перед руководством Беларуси дилемму: идти на присоединение к Ташкентскому договору или на заключение договора о безопасности со странами НАТО5. Таким образом, в Республике Беларусь в период 1992-1993 гг. проблема отношения к НАТО являлась своеобразным "пробным камнем" в дискуссиях между сторонниками интеграции в европейское сообщество и сторонниками союза с Россией и другими странами — участниками Ташкентского договора.

Надо отметить, что наряду с проблемой присоединения Беларуси к Ташкентскому договору в республике в начале 1990-х гг. среди экспертов, ученых, политиков дискутировался вопрос о расширении сотрудничества с НАТО и возможном присоединении к этой организации. В частности, об этом свидетельствует отношение к данной проблеме Генерального секретаря НАТО М. Вернера. В интервью белорусским СМИ осенью 1992 г. он заявил, что Беларусь может не присоединяться к НАТО, а сотрудничать с этой организацией. Профессор А. Розанов в начале 1993 г. отмечал: "Для Беларуси проблема возможного присоединения к НАТО в той или иной форме не является злободневной, насущной в силу ее декларированной (до конца, однако, не обоснованной) ориентации на нейтральный статус"6.

Главными задачами руководства НАТО в период 1992—1993 гг. по отношению к Беларуси являлись обеспечение выполнения белорусской стороной договоров о сокращении вооружений, в том числе в отношении полного вывода ядерного оружия с ее территории; изучение политической и военно-политической ситуации в республике; осуществление мероприятий, направленных на информирование белорусского руководства, политической элиты о целях, задачах Североатлантического блока в новых условиях; разрушение в массовом сознании белорусов образа НАТО как извечного врага.

Широкое распространение в этот период получили такие формы сотрудничества, как военные инспекции НАТО в Республику Беларусь, совместные действия в сфере контроля над вооружениями, работа по конверсии, налаживание контактов между военными, сотрудничество в области науки.

В начале 1990-х гг. ряд политиков, сотрудников государственных структур, общественных деятелей, журналистов посетили штаб-квартиру НАТО в Брюсселе в рамках информационных поездок, в ходе которых сотрудники главного офиса знакомили белорусских гостей с направлениями деятельности организации, разъясняли позицию НАТО по различным вопросам международной политики.

Важным этапом в отношениях Беларуси с НАТО явился визит Генерального секретаря НАТО М. Вернера в ноябре 1992 г. В ходе краткого ознакомительного визита М. Вернер высоко оценил стремление Беларуси стать нейтральной и безъядерной страной и отметил заинтересованность в НАТО в добрых отношениях с Беларусью7. В первой половине 1990-х гг. Беларусь посетили высокопоставленные представители НАТО: Х. фон Ондарца, Р. Оукс, Г. фон Мольтке и др. В целом динамика развития контактов Беларуси с НАТО в начале 1990-х гг. была невысокой. Сотрудники брюссельского офиса НАТО, например, отмечали, что с белорусской стороны к ним очень мало поступает предложений, обращений, вопросов.

В октябре 1993 г. в ходе визита государственного секретаря США У. Кристофера в Минск белорусскому руководству было передано предложение президента США Б.Клинтона присоединиться к программе НАТО "Партнерство ради мира" (ПРМ). По мнению председателя Верховного Совета С. Шушкевича, данное предложение не противоречило решению Беларуси оставаться нейтральной державой8.

Проблема присоединения Беларуси к ПРМ в 1993—1994 гг. достаточно широко обсуждалась в белорусском обществе и совпала с периодом подготовки и проведения президентских выборов. Присоединение Беларуси к данной программе затянулось более чем на год. Среди причин задержки в подписании Беларусью программы "Партнерство ради мира" председатель Верховного Совета М. Гриб в выступлении на 40-й ежегодной сессии Североатлантической ассамблеи в ноябре 1994 г. назвал радикальные изменения в структуре государственной власти, экономические трудности в стране. Ускорить процесс подписания, по мнению спикера, могла бы более эффективная помощь Беларуси со стороны западных государств в процессе разоружения9. Проблемы, связанные с присоединением Беларуси к ПРМ, обсуждались в ходе переговоров в Минске руководства Беларуси с делегацией госдепартамента и Министерства обороны США в августе 1994 г. В ходе переговоров заместитель министра обороны США Э. Картер отметил, что американская сторона готова рассмотреть проблему сокращения расходов белорусской стороны по программе ПРМ. По мнению экспертов, это снимало последние препятствия для включения Беларуси в программу. Вопрос о присоединении Беларуси к ПРМ обсуждался также министрами иностранных дел Беларуси и Германии в августе 1994 г.

После президентских выборов 1994 г. в белорусской внешней политике по отношению к НАТО первоначально существенных изменений не произошло. Президент Беларуси А. Лукашенко после избрания на пост подтвердил неизменность политики нейтралитета и безъядерного статуса страны и заявил о решимости стремиться к заключению взаимовыгодного соглашения с Европейским союзом. Вместе с тем основным приоритетом была провозглашена идея политической и экономической интеграции с Россией.

Новый этап в политической жизни Беларуси совпал с началом трансформационных процессов в Североатлантическом альянсе. В январе 1994 г. на Брюссельской сессии Североатлантического совета были приняты важные решения. В частности, было подтверждено заявление о том, что Североатлантический альянс открыт для приема новых государств, в первую очередь стран Восточной и Центральной Европы. Был одобрен рамочный документ ПРМ и приглашены к участию в этой программе все государства — члены ССАС и СБСЕ. На Брюссельском саммите была подтверждена готовность к нанесению авиационных ударов в Боснии и Герцеговине и одобрена концепция многонациональных оперативных сил10. Провозглашенные цели и намерения несколько изменяли роль НАТО в системе европейской и международной безопасности. Данные тенденции и определили основные направления сотрудничества и противоречия в отношениях Беларусь — НАТО во второй половине 1990-х гг.

Таким образом, в 1994 г. отношения Беларусь — НАТО вступили в очередной этап развития, основным содержанием которого являлись проблемы присоединения Беларуси к ПРМ, расширения взаимодействия в политической сфере, завершения выполнения Беларусью своих обязательств по выводу ядерного оружия и сокращению обычных вооружений. В этот период белорусское руководство выдвинуло инициативу создания безъядерной зоны в Центральной и Восточной Европе и выступило против расширения НАТО на Восток.

Осенью 1994 г. белорусское посольство в Бельгии начало представлять Республику Беларусь в отношениях с Североатлантическим альянсом; в ноябре 1994 г. Чрезвычайный и Полномочный посол В. Лабунов был назначен представителем Беларуси при Совете Североатлантического сотрудничества. С этого периода поддерживался постоянный политический диалог и консультации по вопросам безопасности в рамках ССАС между белорусским руководством и НАТО.

В январе 1995 г. министр иностранных дел Беларуси В. Сенько подписал в Брюсселе рамочный документ о сотрудничестве Республики Беларусь и НАТО по программе "Партнерство ради мира". Беларусь была последним государством Европы, присоединившимся к этой программе. В. Сенько, оценивая важность программы для Беларуси, отмечал, что "присоединение к программе — это не присоединение к военной организации НАТО. Эта программа — рамочный документ, который создан для тесных контактов всех европейских государств с НАТО. Сюда входят и непосредственные встречи военных разных стран, обмены информацией, мыслями, сравнение подходов и т. д: Кроме этого (и это, пожалуй, главное), программа "Партнерство ради мира" — очень важный компонент создания общеевропейской системы безопасности"11. Тем не менее, несмотря на подписание рамочного соглашения, в течение двух лет сотрудничество Беларуси и НАТО не было конкретизировано в индивидуальной программе партнерства.

Важной проблемой, существенно осложнявшей взаимоотношения Беларуси и НАТО во второй половине 1990-х гг., была реакция руководства Беларуси на вступление в НАТО новых государств Восточной Европы. По мнению белорусского руководства, результатом расширения НАТО являлись потенциальный подрыв доверия в межгосударственных отношениях, рост напряженности, увеличение военных расходов, сокращение социальных программ. Расширение НАТО вызывало тревогу в белорусском обществе, что объяснялось как действием фактора "врага", так и опасениями дестабилизации военно-политической ситуации в Европе. Существенным элементом данной проблемы стала внутриполитическая ситуация в Беларуси. Артикулирование внешней угрозы порождало желаемые для белорусского руководства общественные настроения, направленные на установление сильной президентской власти, способной защитить от внешней опасности, и создавало необходимую атмосферу для изменения направленности экономических и политических реформ в Беларуси. В связи с этим тезис об угрозе со стороны НАТО во второй половине 1990-х гг. использовался в качестве одной из опорных конструкций внутри- и внешнеполитической линии официальных властей Беларуси. Вместе с тем необходимо признать, что изменение параметров европейской безопасности, произошедшее в результате приглашения в НАТО стран Восточной и Центральной Европы, осуществлялось при ограниченном участии белорусской стороны, что вызвало дополнительное недовольство ее руководства. В области внешней политики Беларуси "угроза расширения НАТО" являлась одним из аргументов в пользу курса на экономическое и военно-политическое сближение с Россией.

Белорусский президент заявил об угрозе для Беларуси в связи с расширением НАТО на Восток в конце февраля 1995 г., вскоре после встречи с президентом России Б. Ельциным. Данное заявление сопровождалось действиями, которые сразу же привлекли внимание европейских стран и международных организаций: президент А. Лукашенко объявил о приостановлении выполнения Договора об обычных вооруженных силах в Европе. Основной причиной этого, по мнению белорусского президента, являлась реальная возможность перемещения границы Североатлантического альянса к западным рубежам страны. Второй причиной данного шага президент назвал сложности с финансированием процесса сокращения вооружений12. Этот шаг вызвал критику со стороны стран НАТО. Министр иностранных дел ФРГ К. Кинкель обратился к белорусскому руководству с призывом пересмотреть принятое решение и подчеркнул, что "в Европе, в которой все нации зависимы одна от другой, сегодня уже никто не может в одиночку решать свои вопросы безопасности. Это противоречило бы нормам ДОВСЕ и принципам согласованности и сотрудничества в Совете Североатлантического сотрудничества, членом которого Беларусь является"13. Проблема выполнения Беларусью Договора об обычных вооруженных силах в Европе являлась одной из основных тем переговоров в августе 1995 г. в Минске министра иностранных дел ФРГ К.Кинкеля с президентом А.Лукашенко и министром иностранных дел В. Сенько. Визит К. Кинкеля сыграл решающую роль в решении вопроса о выполнении Беларусью своих обязательств по Договору об обычных вооруженных силах в Европе при финансовой помощи стран НАТО.

Начиная с 1995 г. отрицательная позиция по отношению к расширению НАТО являлась одной из важных составляющих внешнеполитической линии руководства Беларуси. Достаточно резко выступил против расширения НАТО президент Республики Беларусь на 50-й юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в октябре 1995 г. А. Лукашенко отметил, что расширение Организации Североатлантического договора чревато непредсказуемыми последствиями для будущего Европы. Беларусь, по мнению ее президента, первой пострадает от новой конфронтации. Глава белорусского государства высказал убеждение, что "на пороге третьего тысячелетия надо думать не о расширении военно-политических союзов, не о размещении ядерного оружия и не об увеличении военных арсеналов. Наоборот, мы должны стремиться устранить саму возможность возникновения войн, уменьшать или вообще уничтожить запасы ядерного оружия". А. Лукашенко также указал на то, что приверженность Беларуси идеям разоружения создала для нее серьезные экономические трудности и страна вынуждена расходовать значительные средства для уничтожения оружия14.

Вместе с тем надо отметить, что реальной альтернативы процессам вступления новых членов в состав НАТО белорусский президент не предложил. Позиция Беларуси в отношении расширения НАТО на Восток, которая учитывала различные аспекты проблемы, наиболее полно была изложена в выступлении первого заместителя министра иностранных дел В. Цепкало в мае 1996 г. в Минске на международной конференции "Европейская безопасность: региональные и глобальные проблемы". В качестве опорных конструкций этой позиции использованы положения о праве каждого государства определять параметры участия в структурах безопасности, о различном уровне безопасности стран региона, неделимости безопасности, необходимости гарантий странам, не вступающим в НАТО, постепенности процесса расширения НАТО, полномасштабном использовании потенциала сотрудничества в рамках ОБСЕ и др.15 Против расширения НАТО президент Беларуси А.Лукашенко высказался в ходе Лиссабонского саммита ОБСЕ (декабрь 1996 г.), поддержав позицию России. В своем выступлении А.Лукашенко указал на то, что новая модель безопасности, объединяющая народы континента, могла бы сложиться на основе Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе.

Идея о неоправданном, по мнению белорусского руководства, расширении НАТО на восток, обсуждалась в 1997 г. в ходе встреч президента Беларуси с руководителями России, Украины, Индии, Республики Корея. Реакция руководства Беларуси на расширение НАТО выразилась также в создании объединения "Анти-НАТО" в белорусском парламенте в 1997 г. Это объединение действовало в тесном контакте с аналогичными парламентскими объединениями стран СНГ и Балтии.

Особенно активно использовался тезис об угрозе Беларуси со стороны НАТО в период подготовки и проведения референдума осенью 1996 г. В сентябре 1996 г. президент Беларуси обвинил послов стран НАТО, аккредитованных в Беларуси, во вмешательстве во внутренние дела государства, в контактах с оппозиционными президенту силами в Беларуси. Это вызвало негативную реакцию со стороны представителей государств — членов НАТО. В совместном заявлении послов Великобритании, Германии, Италии, США и Франции отмечалось, что "общепринятой практикой в ОБСЕ, куда входит и Беларусь, являются свободные контакты дипломатических представительств с парламентами, прессой, общественными организациями"16.

Выступая в Государственной думе России в ноябре 1996 г., А. Лукашенко отметил, что Россия недооценивает Беларусь как стратегического партнера, тогда как "с развалом СССР не произошел демонтаж противостоящего блока, напротив, началось расширение НАТО и его выход на границы Беларуси". Белорусский президент отметил важность инициативы о создании зоны, свободной от ядерного оружия, указал на возможность размещения ядерного оружия на территории новых членов НАТО и заявил, что "России и Беларуси в этих условиях необходимо сообща искать адекватный вариант ответа"17. Таким образом, позиция Беларуси в отношении неприятия расширения НАТО тесно координировалась с внешнеполитической линией Российской Федерации. Это нашло отражение, в частности, в совместном заявлении А. Лукашенко и Б. Ельцина, принятом по итогам переговоров в Москве 6-7 марта 1997 г., в котором отмечалось, что "страны едины в своем неприятии планов продвижения НАТО на Восток, которое чревато созданием на континенте новых разделительных линий и опасным противостоянием"18.

Комментируя совпадение точек зрения руководства России и Беларуси на проблему расширения НАТО, председатель сейма Литвы В. Ландсбергис в конце 1996 г. предположил, что Беларусь может быть использована как фактор политического давления для торможения расширения НАТО19.

Необходимо отметить, что в целом позиция белорусского руководства оказывала значительное влияние на формирование отношения к Североатлантическому альянсу у населения Беларуси и в то же время опиралась на поддержку определенной части общества. Это подтверждали данные социологических исследований. Согласно данным опроса, проведенного в начале 1996 г. социологической службой "Новак" среди основных групп белорусской элиты, 66,7% опрошенных отвергли идею вступления Беларуси в НАТО и только 18,6% заявили о необходимости членства в этой организации в течение ближайших пяти лет. По данным опроса Белорусского института информации и прогноза, проведенного в феврале 1996 г., только 20% опрошенных считали, что Беларусь должна стать членом НАТО20. Проблема отношений Беларуси с НАТО нашла отражение в программах белорусских политических партий. Программные установки партий в целом соответствовали полярным взглядам в белорусском обществе на проблему отношений к НАТО. Например, в программе Партии коммунистов Белорусской, принятой в 1996 г., было отмечено, что, "учитывая упорное продвижение военно-политического блока НАТО к границам Республики Беларусь, а также непрекращающиеся агрессивные акции США и НАТО против других суверенных государств, партия выступает за всемерное укрепление обороноспособности республики и Союза Беларуси и России". Либерально-демократическая партия выступала за развитие партнерских отношений с НАТО в целях предотвращения военной угрозы. В программе Консервативно-христианской партии — БНФ, принятой в 1999 г., отмечалось, что "наиважнейшей задачей белорусской государственной безопасности и нашей политики является вступление Беларуси в НАТО"21.

Проведение конституционного референдума в ноябре 1996 г. и его итоги существенно ухудшили отношения Республики Беларусь с западными странами. После референдума было заморожено сотрудничество Беларуси с Парламентской ассамблеей НАТО. ПА НАТО поддержала решения Европейского союза в отношении Беларуси, принятые после референдума. В ряде резолюций ПА НАТО о ситуации в Беларуси содержался призыв к руководству Беларуси восстановить демократию и обеспечить соблюдение прав человека. Проблемы, связанные с укреплением демократии, развитием свободной рыночной экономики и построением правового государства в Беларуси, являлись ключевыми при оценке перспектив сотрудничества c Беларусью руководителями НАТО. Например, Генеральный секретарь Х. Солана в начале 1997 г. отметил, что отношения Беларуси и НАТО будут зависеть от прогресса в направлении демократических реформ в Беларуси22.

Осенью 1996 г. произошло еще одно важное событие в истории Беларуси. В ноябре 1996 г. последние ядерные ракеты СС-25 "Тополь" были выведены в Россию. Вывод последних ракет совпал по времени с пиком конституционного кризиса в Беларуси. По сообщениям ряда источников, вывод произошел без согласования с белорусской стороной, так как нахождение ядерного оружия в стране в этот сложный период вызывало обеспокоенность не только на Западе, но и в Кремле23. В результате вывода ракет радикально изменился статус региона в ядерном отношении. Этот шаг был высоко оценен руководством НАТО. Генеральный секретарь НАТО Х. Солана отметил, что Беларусь "внесла важный вклад в укрепление европейской безопасности, согласившись на вывод с целью дальнейшего уничтожения всего ядерного оружия, которое было размещено на ее территории. Кроме того, Беларусь сыграла позитивную роль в модернизации договора о сокращении обычных сил в Европе"24.

Последовательность в выполнении всех аспектов ядерного разоружения стала основой для выдвижения белорусским руководством в середине 1990-х гг. новой инициативы по созданию в центре Европы пространства, свободного от ядерного оружия, и заключения соответствующего договора. Эта идея была выдвинута первоначально в конце 1994-начале 1995 г. в выступлениях премьер-министра М. Чигиря и министра иностранных дел В. Сенько и обоснована в выступлении президента Беларуси А. Лукашенко 3 июля 1996 г. По мнению белорусского руководства, "образование в Центральной и Восточной Европе пространства, свободного от ядерного оружия, способно значительно повысить уровень безопасности на европейском континенте"25. Идея безъядерной зоны имела определенную поддержку среди руководства Российской Федерации. В апреле 1997 г. ее одобрил министр иностранных дел Е. Примаков на международной конференции "Перспективы создания в Центральной и Восточной Европе пространства, свободного от ядерного оружия" в Минске. Предложения о создании такой зоны были направлены руководству НАТО. В конце января 1997 г. Генеральный секретарь НАТО Х. Солана в послании на имя президента Беларуси А.Лукашенко отметил, что, хотя страны Североатлантического альянса и разделяют цель формирования общей системы безопасности, представленную белорусским руководством, они не могут поддержать предложение о создании безъядерной зоны в Центральной и Восточной Европе. Генеральный секретарь НАТО обратил внимание белорусского руководства на то, что Североатлантический альянс в декабре 1996 г. принял решение о том, что у него нет ни намерений, ни планов, ни необходимости размещать ядерное оружие на территории новых членов НАТО, а также нет необходимости изменять любой из аспектов построения ядерных сил (это положение в дальнейшем было подтверждено в Основополагающем акте о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Организацией Североатлантического договора и Российской Федерацией, подписанном в мае 1997 г.). Одновременно Х.Солана высказал пожелание, чтобы республика полноценно участвовала в структуре европейской безопасности26. В дальнейшем идея безъядерной зоны в центре Европы трансформировалась в ноябре 1998 г. в резолюции 53-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН "Региональное разоружение", разработанной при участии Республики Беларусь.

Изменение отношений России и НАТО, наметившееся в начале 1997 г., общие тенденции в сфере европейской безопасности, связанные с развитием взаимодействия НАТО со странами Центральной и Восточной Европы, заставили руководство Беларуси несколько пересмотреть свою позицию в отношении Североатлантического альянса. Как отмечает белорусский политолог А.Федоров, "несмотря на всю свою антинатовскую риторику, руководство Республики Беларусь имело намерение хоть каким-либо образом присоединиться к переговорному процессу, который велся между Москвой и альянсом"27. В марте 1997 г. Совет безопасности Беларуси принял решение активизировать контакты с руководством НАТО и провести интенсивные двусторонние консультации, итогом которых должен стать официальный документ, закрепляющий отношения сторон. В частности, было принято решение разработать и передать руководству НАТО Индивидуальную программу партнерства (ИПП). По словам государственного секретаря В. Шеймана, это решение было вызвано тем, что вопрос о расширении блока переходит в плоскость практической реализации28. Заседание Совета безопасности по времени совпало со встречей президентов России и США, на которой обсуждались вопросы, связанные с расширением взаимодействия России и НАТО.

В середине мая 1997 г. президент Российской Федерации Б. Ельцин в специальном послании проинформировал белорусского президента о завершении переговоров по согласованию проекта документа о взаимоотношениях между Россией и НАТО. В послании отмечалось, что на всем протяжении работы по согласованию документа российская сторона исходила из интересов безопасности как России, так и Беларуси. Это касалось, в частности, вопросов непродвижения ядерного оружия к границам России и Беларуси, неразмещения вблизи границ значительных боевых сил НАТО, трансформации блока в направлении развития его политических функций, ориентации на миротворчество и предотвращение конфликтов29.

Изменение позиции Беларуси проявилось на заседании Совета Североатлантического партнерства в г. Синтра (Португалия) в конце мая 1997 г. В ходе заседания министр иностранных дел Беларуси И. Антонович поддержал преобразование Совета Североатлантического партнерства в Совет Евроатлантического партнерства (СЕАП), изложил подходы руководства Беларуси к реализации программы ПРМ и передал руководству НАТО Индивидуальную программу ПРМ между Беларусью и НАТО. В июле 1997 г. Индивидуальная программа партнерства была согласована между Беларусью и НАТО. В ней Беларусь выразила готовность участвовать в 17 направлениях сотрудничества с НАТО. Для координации участия в ПРМ была создана межведомственная рабочая группа из представителей всех заинтересованных ведомств. В 1998 г.-начале 1999 г. в мероприятиях по линии ПРМ принимали участие представители Министерства обороны, Министерства иностранных дел, Министерства по чрезвычайным ситуациям.

Процесс эволюции позиции белорусского руководства по отношению к НАТО был очень медленным и болезненным для белорусского руководства. Он происходил на фоне общего ухудшения политических отношений с западными странами. Белорусская сторона неоднократно заявляла о своей заинтересованности в работе СЕАП и программе ПРМ, о необходимости поддержания конструктивного политического диалога с НАТО на высшем уровне. В сентябре 1997 г. белорусский президент на международной конференции "Сосуществование народов и добрососедские отношения — гарантия безопасности и стабильности в Европе", проходившей в Вильнюсе, заявил о том, что Беларусь, западная граница которой становится границей с НАТО, должна оговорить условия своей безопасности в соглашении с НАТО, аналогичном соглашениям НАТО — Россия и НАТО — Украина30. Для улучшения отношений с альянсом белорусское руководство предприняло попытку организовать визит Генерального секретаря НАТО Х. Соланы в Беларусь. В частности, вопросы, связанные с этим визитом, обсуждались в ходе встречи Х. Соланы и министра иностранных дел Беларуси И. Антоновича в Нью-Йорке в сентябре 1997 г. Визит планировался на октябрь 1997 г., в дальнейшем был перенесен на февраль-март 1998 г., но по причине общей позиции западных стран в отношении минимизации политических контактов с белорусским руководством не состоялся.

В декабре 1997 г. министр иностранных дел Беларуси И. Антонович признал, что позиция Беларуси по отношению к НАТО эволюционирует, хотя и медленно. В этой связи министр указал на негативное мнение части населения Беларуси в отношении Североатлантического альянса и подчеркнул, что "надо время, чтобы разъяснить нашим гражданам, что происходит"31. Изменились также подходы белорусской стороны в отношении расширения блока. В частности, в августе 1998 г. министр иностранных дел Беларуси заявил, что Беларусь не видит непосредственно военных угроз, связанных с расширением НАТО, если останутся в силе заверения руководства блока о неразмещении на территории новых членов блока ядерного оружия и существенных компонентов войск32. В выступлениях представителей официальных властей также отмечалось, что Беларусь признает право НАТО принимать собственные решения и право государств по своему желанию вступать в политические альянсы и выступает за принятие новых мер в области укрепления доверия, безопасности и открытости. С точки зрения белорусского руководства, эти меры должны осуществляться на двух уровнях: между странами расширившегося Североатлантического альянса и новыми государствами — соседями НАТО, с одной стороны, и между новыми членами НАТО и их соседями, не вошедшими в альянс, с другой33.

Вместе с тем белорусское руководство продолжало выступать с позиций осуждения расширения НАТО и предлагало трансформировать НАТО из военно-политической организации в политико-оборонную (выступление президента А. Лукашенко на международном форуме в Кран-Монтано, июнь 1998 г.).

В апреле 1998 г. был повышен уровень дипломатических контактов Беларуси с НАТО. В соответствии с указом президента было образовано Постоянное представительство Республики Беларусь при Организации Североатлантического договора. Постоянным представителем Республики Беларусь при НАТО был назначен В. Лабунов, Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Беларусь в Королевстве Бельгия.

Расширению сотрудничества способствовали информационные мероприятия, организуемые в Беларуси. Например, в ноябре 1998 г. в Минске состоялся международный семинар "Европейская безопасность и НАТО", организованный Белорусским государственным университетом совместно с Бюро информации и прессы НАТО. В ходе семинара представители штаб-квартиры НАТО, белорусские ученые, политики, представители государственных структур обменялись мнениями об основных тенденциях в сфере европейской безопасности, обсудили вопросы, связанные с взаимодействием Североатлантического альянса и Республики Беларусь. Как отметили в ходе семинара представители официальных властей Беларуси, белорусское руководство пытается найти "наиболее оптимальные варианты создания архитектуры европейской безопасности, которая учитывала бы интересы всех стран континента"34.

В ходе подготовки Стамбульского саммита ОБСЕ Беларусь предложила в будущей Хартии европейской безопасности предусмотреть специальные инструменты доверия в связи с новыми явлениями в области безопасности (имелось в виду расширение НАТО), которые не допускали бы появления вновь ядерного оружия в Центральной и Восточной Европе. В частности, Беларусь предложила обратить особое внимание на уважение безопасности стран, не входящих в военные союзы и группировки. Как отмечали эксперты МИД Беларуси в начале 1999 г., "перед Беларусью, Россией и другими странами СНГ стоит альтернатива: либо отстаивать создание сильной Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, либо признать превалирующую роль НАТО, не выступать против ее расширения и прокладывать путь для участия в формировании нового порядка безопасности, начало которому, по утверждению Запада, положено заключением Основополагающего акта Россия — НАТО и развитием других разнообразных способов и форм сотрудничества"35.

Существенно осложнились отношения Беларуси с НАТО в период косовского кризиса в Югославии в конце 1998-начале 1999 г. В марте 1999 г. в связи с обострением ситуации вокруг Косово белорусское руководство выступило с резкими заявлениями, осуждавшими использование вооруженных сил НАТО против Югославии. Военная операция НАТО в отношении Югославии была названа в заявлении президента Беларуси от 25 марта 1999 г. "откровенным актом агрессии". Белорусское руководство полностью поддержало позицию Российской Федерации по косовской проблеме и заявило о том, что "складывающуюся в результате агрессивных действий НАТО ситуацию мы рассматриваем как прямую угрозу международной безопасности и совместно с союзной Россией будем предпринимать адекватные меры"36. Беларусь, как и ряд других государств, выступила за мирное урегулирование конфликта, предложив незамедлительно созвать Совет Безопасности ООН и осудить применение военной силы в отношении суверенной Югославии. В разгар конфликта, в апреле 1999 г. белорусский президент осуществил визит в Югославию, в ходе которого, в частности, обсуждались вопросы, связанные с присоединением Югославии к Союзу Беларуси и России. В начале апреля президент А. Лукашенко в ходе саммита стран СНГ в Москве заявил о том, что в отношении Югославии со стороны Беларуси будет осуществляться исключительно гуманитарная помощь. Вслед за Россией Беларусь в конце марта 1999 г. приостановила сотрудничество с Организацией Североатлантического договора. Это касалось участия в программе ПРМ, деятельности СЕАП, работы Постоянного представительства при НАТО. Белорусское руководство отказалось также от участия в мероприятиях по случаю 50-летия НАТО. Надо отметить, что "югославский синдром" оказал влияние на отношение белорусского населения к угрозе, исходящей со стороны НАТО. По данным НИСЭПИ, если в 1997 г. только 30,8% населения считало, что расширение альянса на Восток представляет угрозу для Беларуси, то в середине 1999 г. уже 47,7% придерживались этой точки зрения, и лишь 17,6% не признавало угрозы со стороны НАТО37.

В августе 1999 г. после прекращения военной операции стран НАТО в Югославии и начала мирного урегулирования белорусское руководство вслед за Россией приняло решение о возобновлении сотрудничества между Беларусью и НАТО. В декабре 1999 г. министр обороны Беларуси А. Чумаков принял участие в заседании СЕАП на уровне министров обороны. В ходе встречи А. Чумакова с Генеральным секретарем НАТО Дж. Робертсоном было отмечено, что трудности во взаимоотношениях Беларуси с альянсом остались позади и необходимо работать над развитием нормальных конструктивных отношений38. Надо отметить, что представители Беларуси постоянно принимали участие в сессиях СЕАП, осуществляли политический диалог с руководством НАТО, причем в условиях дефицита политических контактов со странами ЕС встречи в рамках СЕАП являлись практически единственной возможностью для белорусского руководства изложить свою позицию представителям западных стран. Как отмечали эксперты МИД Беларуси в 1998 г., "сотрудничество Республики Беларусь с НАТО как организацией и ее отдельными членами отвечает интересам ее национальной безопасности, а также способно оказать влияние на характер отношений Беларуси с Советом Европы, Евросоюзом, ОБСЕ, другими международными и европейскими организациями"39.

В целом же уровень сотрудничества НАТО — Беларусь существенно отставал от развития взаимодействия Североатлантического альянса с Россией и Украиной. Например, в решениях Вашингтонского саммита НАТО в апреле 1999 г. Беларусь упоминалась только в одном случае — содержался призыв к ней наряду с Россией и Украиной ратифицировать Договор об открытом небе, в то время как постоянно подчеркивалась важность сотрудничества НАТО с Россией и Украиной. В целом данная позиция отражала общий курс руководства западных стран на ограничение политических контактов и в то же время являлась косвенным признанием того факта, что Беларусь не представляла собой "проблемную" страну в системе европейской безопасности. Это подтверждалось и тем, что республика последовательно выполняла взятые международные обязательства в области разоружения и сокращения вооружений. Беларусь первой ратифицировала адаптированный Договор об обычных вооруженных силах в Европе, в конце 2001 г. ратифицировала Договор об открытом небе, выполняла обязательства по Конвенции о запрещении химического оружия, принимала активное участие в работе Организации по запрещению химического оружия, подписала Соглашения с Украиной и Литвой о дополнительных мерах доверия в развитие Венского документа 1999 г. В июле 2001 г. представители белорусской стороны заявили, что Беларусь намерена присоединиться к Конвенции о запрещении противопехотных мин при условии выделения международной финансовой помощи для уничтожения запасов противопехотных мин, оставшихся на территории республики после распада СССР.

В период 2000—2001 гг. руководство Беларуси предпринимало попытки повысить уровень отношений с Североатлантическим альянсом и в то же время выдвигало новые инициативы, призванные улучшить политические отношения с новыми членами альянса — соседями Беларуси. В частности, президент Беларуси в марте 2001 г. на совещании с главами дипломатических миссий Беларуси за рубежом высказался за усиление работы по формированию вокруг Беларуси пояса "добрососедства", за необходимость более тесного сотрудничества и налаживания широкого взаимодействия с Советом государств Балтийского моря, другими региональными организациями40. В мае 2000 г. в ходе заседания СЕАП во Флоренции министром иностранных дел Республики Беларусь было передано приглашение новому Генеральному секретарю НАТО Дж. Робертсону нанести визит в Беларусь.

В 2001 г. были предприняты действия по налаживанию контактов белорусского руководства с Парламентской ассамблеей Организации Североатлантического договора. В марте 2001 г. в Беларуси находилась делегация ПА НАТО во главе с вице-президентом М. Меркелем. Руководитель делегации заявил, что визит носит ознакомительный характер. Во время визита состоялись встречи с министром иностранных дел Беларуси М. Хвостовым, с представителями Национального собрания и Верховного Совета 13-го созыва41.

В мае 2000 г. президент Республики Беларусь одобрил проект ИПП на 2000—2001 гг., который в июле того же года был утвержден Североатлантическим советом НАТО. В этот период Беларусь выразила готовность участвовать в 14 областях сотрудничества, сделав упор на мероприятиях невоенного характера. Приоритетными были признаны такие направления, как чрезвычайные ситуации и гражданская оборона, оборонная политика и стратегия, медицинская служба, языковая подготовка, военное образование и подготовка.

Накануне парламентских и президентских выборов возникло дополнительное напряжение в отношениях Беларуси с НАТО, связанное с опасениями белорусского руководства в отношении вероятности влияния западных стран на подготовку выборов путем поддержки оппозиционных сил. В сложной для белорусского руководства внутри- и внешнеполитической ситуации любая реплика высокопоставленного чиновника НАТО в отношении Беларуси могла вызвать осложнения. В ноябре 2000 г. в ряде белорусских СМИ было опубликовано изложение статьи московской газеты "КоммерсантЪ" под названием "Александр Лукашенко уйдет дипломатическим путем. НАТО готово финансировать белорусскую оппозицию". В статье содержались выдержки из выступления спикера НАТО Дж. Ши, из которых следовало, что НАТО планирует предоставить белорусской оппозиции финансовую поддержку на президентских выборах. Представитель НАТО опроверг эти высказывания, заявив, что "эта история была придумана"42. Накануне выборов президента, в начале сентября 2001 г. газета "Советская Белоруссия" опубликовала аналитическую записку, подготовленную московским центром "Независимая политическая экспертиза" и касающуюся деятельности иностранных спецслужб против белорусского руководства. По мнению московских аналитиков, "после крушения Милошевича и установления в Югославии прозападного либерального строя только Беларусь является "неосвоенной" Западом территорией, мешающей созданию сплошного геополитического кордона от Балтики до Черного моря, блокирующего всяческие попытки "имперской реставрации в России". По информации московского центра, для изменения режима в Беларуси западными странами рассматривались различные варианты — от прямого военного воздействия НАТО до новейших выборных технологий, финансовой, организационной и политической поддержки белорусской оппозиции43.

Определенные изменения в политике белорусского руководства по отношению к НАТО произошли после событий 11 сентября 2001 г. Беларусь решительно осудила акты террора в Нью-Йорке. В заявлении Министерства иностранных дел от 21 сентября 2001 г. белорусское руководство высказалось о "твердой поддержке согласованных усилий мирового сообщества по борьбе с терроризмом и искоренению актов терроризма". В своем выступлении в декабре 2001 г. на сессии Совета Североатлантического партнерства Постоянный представитель Республики Беларусь при НАТО С. Мартынов заявил о необходимости расширить сотрудничество в рамках СЕАП по проблемам защиты гражданского населения от оружия массового поражения, борьбы против терроризма, организованной преступности, нелегальной миграции и обратил особое внимание на проблемы незаконной миграции как одной из наиболее серьезных угроз европейской безопасности. Представитель Беларуси отметил, что Беларусь не в состоянии одна и далее справляться с защитой европейских рубежей от волн незаконной миграции без существенной помощи со стороны НАТО и Европейского союза44.

В целом отношения Беларуси с Организацией Североатлантического договора в 1990-х гг. находились в стадии сложных эволюционных изменений, отражавших нюансы внутриполитической ситуации в Беларуси. Период первой половины 1990-х гг. характеризовался становлением и постепенным расширением сотрудничества Беларуси с НАТО. Во второй половине 1990-х гг. вследствие осуществления белорусским руководством политики, направленной на корректировку демократических реформ в области экономики, гарантий прав человека и строительства гражданского общества, страны Западной Европы и США ограничили официальные контакты с белорусским руководством, что отразилось и на уровне отношений НАТО и Беларуси. По существу, отношения НАТО — Беларусь не выходили из рамок взаимодействия в формате СЕАП и ПРМ. Вместе с тем необходимо отметить, что Беларусь в 1990-е гг. занимала важное место в системе европейской безопасности и ее политика в этой сфере в целом осуществлялась в соответствии с нормами международного права.

1 Шушкевiч С. Цi падтрымлiваеце вы нейтралiтэт Беларусi, якi прадугледжвае адмаўленне ад уступлення рэспублiкi ў ваенныя i ваенна-палiтычныя блокi? // Народная газета. 1993. 14 мая. С. 2.
2 Народная газета. 1993. 24 лiпеня. С. 1.
3 Сигал Дж. США не стремятся диктовать свою волю Беларуси // Советская Белоруссия. 1996. 13 ноября. С. 1, 4.
4 Краўчанка П. Беларусь i cусветнае супольнiцтва: погляд у будучыню: Выступленне мiнiстра замежных спраў П.К.Краўчанкi ў ходзе агульнай дыскусii на 47-й сесii Генеральнай Ассамблеi Арганiзацыi Аб'яднаных Нацый // Беларусiстыка. 1992. № 220. С. 113.
5 По-другому поступить нельзя: Из выступления председателя Комитета государственной безопасности республики Э. Ширковского на внеочередной сессии Верховного Совета Беларуси // Во славу Родины. 1993. 23 апреля. С. 1.
6 Розанов А. По пути ли Беларуси с НАТО // Советская Белоруссия. 1993. 19 февраля. С. 3.
7 Снапковский В. Республика Беларусь и международные организации // Сучасныя даследаваннi: Зборнiк. Мн., 2002. С. 58.
8 Толочко М. Беларусь разоружается. Америка предлагает нам партнерство с НАТО // Советская Белоруссия. 1993. 27 октября. С. 1.
9 Безвесельный А. "Партнерство во имя мира" сулит нам выгоду // Во славу Родины. 1994. 24 ноября. С. 1.
10 Путеводитель по материалам саммита НАТО в Вашингтоне 23—25 апреля 1999 г. Брюссель, 1999. С. 116.
11 Сянько В. Беларусь гатова супрацоўн_чаць для ўсталявання атмасферы добрасуседства ў Цэнтральна-Усходнiм рэгiёне Еўропы // Звязда. 1995. 18 лютага. С. 2.
12 Будкевiч В. Беларусь прыпынiла выкананне Дагавора аб скарачэннi звычайных узбраенняў // Звязда. 1995. 2 сакавiка. С. 3.
13 Рэакцыя ФРГ на заяву Аляксандра Лукашэнкi: Iнфармацыя з аддзела прэсы Мiнiстэрства замежных спраў ФРГ // Звязда. 1995. 2 сакав_ка. С. 3.
14 Вестник Министерства иностранных дел. 1997. С. 44.
15 Цепкало В. Позиция Беларуси в вопросе расширения НАТО на восток // Belarus Monitor. Беларусь — Россия — Украина: проблемы европейской безопасности. 1996. № 12. С. 43—45.
16 Белорусская деловая газета. 1996. 3 октября. С. 1.
17 Александр Лукашенко выступил в Госдуме России. Интерфакс // Советская Белоруссия. 1996. 14 ноября. С. 1.
18 Вестник министерства иностранных дел. 1997. № 1. С. 37.
19 Томашевская О., Гулякевич Л. Холодный лиссабонский душ // Белорусская деловая газета. 1996. 5 декабря. С. 1.
20 Вардомацкий А. Белорусская элита о союзах и блоках, о векторах внешней политики страны // Капитал-Эксперт. 1996. № 10—11. С. 65—68; Котляров И., Грищенко А. Отношения Беларуси и России: взгляд изнутри. Мн., 1996. С. 4.
21 Политические партии. Беларусь и современный мир. Мн., 2002. С. 169, 185, 331.
22 Вестник Министерства иностранных дел. 1997. № 1. С. 101.
23 Валадашчук В. Апошнi "Тополь" пакiдае Беларусь // Свабода. 1996. 26 лiстапада. С. 4.
24 Ответы Генерального секретаря НАТО Хавьера Соланы на вопросы журнала "Беларусь в мире" // Беларусь в мире. 1997. № 3. С. 6.
25 Перспективы создания в Центральной и Восточной Европе пространства, свободного от ядерного оружия // Материалы международной конференции. Минск, 8—9 апреля 1997 г. Мн.: БГУ, 1997. С. 7.
26 Вестник Министерства иностранных дел. 1997. № 1. С. 101.
27 Фёдараў А. Адносiны Беларусь — NATO: гiсторыя i перспектывы // Грамадзянская альтэрнатыва. 1999. № 6. С. 20.
28 Канфер Л. Госсекретарь СБ Виктор Шейман заявил о решении Совета безопасности активизировать контакты Беларуси с руководством НАТО // Белорусская газета. 1997. 24 марта. С. 4.
29 Вестник Министерства иностранных дел. 1997. № 1. С. 43.
30 Там же. 1997. № 2. С. 17.
31 Там же. 1998. № 1. С. 101.
32 Антонович И. МИД уполномочен заявить: Беларусь открыта для диалога // Рэспублiка. 1998. 12 жнiўня. С. 4.
33 Вестник Министерства иностранных дел. 1998. № 3. С. 59.
34 Андрыевiч У. Еўрапейская бяспека i Беларусь // Звязда. 1998. 10 снежня. С. 7.
35 Вестник Министерства иностранных дел. 1999. № 1. С. 71, 73.
36 Там же. С. 27, 28.
37 Национально-государственные интересы Республики Беларусь / Под ред. Л. Заико. Мн., 1999. С. 267.
38 Вестник Министерства иностранных дел. 1999. № 4. С. 81.
39 Там же. 1998. № 3. С. 114.
40 Там же. 2001. № 1. С. 98.
41 Там же. 2001. № 2. С. 53.
42 Силич А. НАТО не виновато // Народная воля. 2000. 25 лiстапада. С. 3.
43 Операция "Белый аист" // Советская Белоруссия. 2001. 5 сентября. С. 2—3.
44 Вестник Министерства иностранных дел. 2001. № 4. С. 68, 137.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.