журнал международного права и международных отношений 2005 — № 3


международное право — международная ответственность

МЕХАНИЗМ ПРИМЕНЕНИЯ КОНТРМЕР: РЕГЛАМЕНТАЦИЯ В ПРОЕКТЕ СТАТЕЙ КОМИССИИ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА ООН ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ГОСУДАРСТВ

Анна Антихович

Автор:
Антихович Анна Игоревна — аспирант кафедры международного права факультета международных отношений Белорусского государственного университета

Рецензенты:
Лепешков Юрий Алексеевич — кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой международного права факультета международных отношений Белорусского государственного университета
Величковский Андрей Владимирович — кандидат юридических наук, главный консультант по международным связям и протокольной работе Белорусской торгово-промышленной палаты

В международном праве отсутствует централизованный аппарат принуждения государств к соблюдению международных обязательств. Средства принуждения находятся в руках государств как суверенных субъектов международного права, и они применяют их индивидуально или коллективно.

Одной из главных задач международного права является ограничение возможности применения силы, поэтому в международном праве активно осуществляется кодификационный процесс в области применения принудительных мер. Примером тому может служить принятие в 2001 г. первой редакции проекта статей Комиссии международного права ООН об ответственности государств. В ходе работы над проектом Комиссия длительное время использовала термин «санкции»1 в значении принудительных мер, предпринимаемых в ответ на правонарушение. Однако, учитывая различные доктринальные трактовки данного понятия и стремясь в максимально возможной степени обеспечить однозначность интерпретации формулировок, Комиссия приняла решение заменить его термином «контрмеры»2. Существенную роль в этом сыграла международная судебная практика, которая использовала термин «контрмеры» в отношении односторонних мер государств3.

В проекте контрмеры занимают значительное место — 6 статей из 59 посвящены этому институту. Положения, касающиеся контрмер, определяют условия и ограничения принятия контрмер потерпевшим государством как его реакции на международно-противоправное деяние. Кроме того, устанавливаются ограничения применения контрмер для сокращения возможности злоупотребления ими. Глава II части третьей проекта посвящена процессуальным аспектам применения контрмер.

Обсуждение главы, касающейся контрмер, вызвало интенсивные дебаты как в шестом комитете Генеральной Ассамблеи ООН, так и в самой Комиссии международного права4. Данная глава активно обсуждалась правительствами государств. Представители США и Великобритании настаивали на исключении статей о контрмерах из проекта, заявляя, что они являются эффективными правовыми инструментами и что их ограничение не должно лишить их эффективности. Предлагалось исключить статьи о контрмерах, ограничившись лишь общей ссылкой на них5. Правительства развивающихся стран поддерживали такую позицию, рассматривая контрмеры как угрозу малым государствам и предлог для принятия односторонних мер6. Однако большинство государств высказалось в пользу ограничительной трактовки возможности обращения к контрмерам, а не исключения их из проекта, что способствовало бы злоупотреблению ими. Особо подчеркивалось, что контрмеры не должны использоваться в качестве формы возмездия или наказания; они не должны иметь последствия, ставящие под угрозу международный мир и безопасность; они не должны быть связаны с применением силы в нарушение Устава ООН7.

Термин «контрмеры» был введен в международно-правовой обиход арбитражным решением 1979 г. по делу о Соглашении о воздушном сообщении (США против Франции)8. Комиссия международного права ООН сочла его наиболее подходящим, и в настоящее время его можно считать общепризнанным.

Согласно проекту контрмеры — это действия, которые были бы противоправными, если бы не осуществлялись в ответ на правонарушение в целях обеспечения прекращения противоправного деяния и получения возмещения ущерба (ст. 22).

Применение контрмер как принудительных мер, используемых в международных отношениях, должно рассматриваться в рамках института ответственности в международном праве как последствие совершения государством определенного противоправного деяния.

В главе II части третьей излагаются условия, которым должны соответствовать контрмеры. Во-первых, контрмеры применяются в основном государствами, но не исключается их применение и международными организациями в случае нарушения принятых в отношении их обязательств. Подтверждением этому служит Венская конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями 1986 г. Конвенция предусматривает возможность прекращения или приостановления действия договора международной организацией в случае его нарушения (ст. 60). Прекращение или приостановление действия международного обязательства является одним из основных видов контрмер. Во-вторых, контрмеры должны применяться только в ответ на предшествующее международно-противоправное деяние.

Правомерность контрмер, отвечающих определенным материальным и процессуальным условиям, признается судебной практикой и доктриной. В решении по делу о проекте «Габчиково-Надьмарош» (Словакия против Венгрии) 1997 г. Международный суд ООН определил, что контрмеры могут оправдать противоправные действия, «предпринятые в ответ на предшествовавшее международно-противоправное деяние другого государства и… направленные против этого государства»9. Контрмеры должны быть четко ограничены требованиями ситуации, в которой они применяются. Кроме того, должны существовать адекватные гарантии против злоупотребления ими. Проект относит к ним следующие: ненасильственный характер (ст. 50); направленность только против ответственного государства, а не третьих сторон (ст. 49); временный характер контрмер (ст. 53) и т. п.

Контрмеры следует отличать от других видов принудительных мер. Как указывалось выше, в доктрине и практике международных отношений для определения мер принуждения часто используется термин «санкции». Первоначально данный термин использовался специальным докладчиком Комиссии международного права по проекту Р. Аго и впоследствии был подтвержден новым докладчиком Г. Аранжио-Рузом для обозначения мер, предпринятых международными организациями (в частности, в соответствии с гл. VII Устава ООН, несмотря на то, что в самом Уставе используется термин «меры», а не «санкции»). В данном контексте санкции могут быть определены как комплекс ответных мер, примененных на основании решения, принятого международной организацией, как реакция на нарушение международных обязательств, имеющих серьезные последствия для международного сообщества в целом.

Еще одним термином, который также используется в связи с мерами принуждения в международном праве, является термин «репрессалии». По мнению украинского юриста-международника
В. А. Василенко, репрессалии — это ответные односторонние принудительные меры государства, направленные на ограничение или ликвидацию прав другого государства, совершившего международное противоправное деяние10. В современных международных отношениях в качестве репрессалий выступают лишь принудительные меры экономического и политического характера (например, эмбарго, бойкот, временное лишение или ограничение дипломатических привилегий и иммунитетов официальных представителей государства-нарушителя и т. д.). Ранее понятие репрессалий охватывало все меры воздействия на правонарушителя. Такое понимание было отражено в Декларации о принципах международного права 1970 г., в которой сказано: «государства обязаны воздерживаться от актов репрессалий, связанных с применением силы»11. В последнее время термин «репрессалии» употребляется в узком значении в отношении действий, предпринимаемых во время международных вооруженных конфликтов, т. е. понимается как синоним военных репрессалий (см., например, Дополнительный протокол I к Женевским конвенциям 1949 г.).

В доктрине международного права, особенно среди ученых стран СНГ, активно используется термин «реторсии» для обозначения не выходящих за рамки международного права мер воздействия одного государства на другое, преследующих цель побудить последнее прекратить неправомерные действия12. Акты реторсий могут включать в себя установление ограничений на импорт товаров из государства-нарушителя, повышение таможенных пошлин, отзыв посла из государства-нарушителя и т. п. Однако к рассматриваемым мерам принуждения они не относятся, поскольку особенностью таких мер является то, что они включают действия, не нарушающие международные обязательства применяющего их государства по отношению к государству-нарушителю, и поэтому проектом статей об ответственности государств не регулируются.

В системе принудительных мер можно выделить также так называемые взаимные контрмеры (проект статей не проводит никакого различия между взаимными контрмерами и прочими мерами)13. Взаимные контрмеры могут быть определены как контрмеры, включающие в себя временное прекращение исполнения таких обязательств по отношению к государству-нарушителю, которые непосредственно связаны с нарушенными этим государством обязательствами. В проекте не предусматривается каких-либо ограничений возможности приостановления выполнения того же или подобного обязательства. Для некоторых обязательств, касающихся, например, защиты прав человека, взаимные контрмеры исключены. Объективным ограничением применения взаимных контрмер может стать ситуация, когда пострадавшее государство не может принять такие же или аналогичные меры в отношении государства-нарушителя (например, если его обязательства носят односторонний характер или если пострадавшее государство уже исполнило свою часть обязательства, а также, если потерпевшее государство не готово морально или политически пойти на принятие мер, подобных предпринимаемым правонарушителем).

Статья 49 проекта «Цель и пределы контрмер» гласит:

«1. Потерпевшее государство может принимать только контрмеры против государства, которое несет ответственность за международно-противоправное деяние, с целью побудить это государство выполнять свои обязательства согласно части второй.

2. Контрмеры ограничены временным невыполнением международных обязательств государства, принимающего такие меры в отношении несущего ответственность государства.

3. Контрмеры должны, по возможности, предприниматься таким образом, чтобы позволить возобновление выполнения соответствующих обязательств».

Итак, контрмеры понимаются ограничительно как меры, направленные на то, чтобы побудить правонарушителя выполнить свои обязательства. Для того чтобы быть оправданными, контрмеры должны приниматься в ответ на предшествующее международно-противоправное деяние другого государства и быть направленными против этого государства14.

Контрмеры не могут затрагивать какую-либо процедуру разрешения споров, которая действует между двумя государствами и применима к данному спору (п. 2(а) ст. 50). Они не могут применяться таким образом, чтобы от этого пострадала дипломатическая или консульская неприкосновенность (п. 2(b) ст. 50). Контрмерам должно предшествовать требование потерпевшего государства, обращенное к государству-нарушителю, о выполнении обязательств последним. Причем такие требования должны сопровождаться предложением провести переговоры и приостанавливаться, если международно-противоправное деяние прекратилось и спор добросовестно передан на рассмотрение суда или трибунала, компетентного выносить обязательные для сторон решения (п. 3 ст. 53).

Одним из наиболее важных критериев правомерности осуществления контрмер является требование их соразмерности (пропорциональности15) тяжести международного правонарушения. Принцип пропорциональности играет существенную роль в ограничении возможности принятия контрмер одним государством в ответ на противоправное деяние второго государства. Пропорциональность гарантирует некоторую предсказуемость ответной меры.

В доктрине международного права отсутствует определение пропорциональности, поэтому на практике трудно найти параметры ее характеристики. Особое внимание должно быть уделено структуре нарушенных обязательств и типу последствий нарушения. Хотя оценка пропорциональности субъективна, бесспорным является то, что контрмеры должны соответствовать правонарушению, в ответ на которое они применяются. Условия необходимости и соразмерности (пропорциональности) должны быть учтены и при реализации права на самооборону, предусмотренного статьей 51 Устава ООН. В решении Никарагуа против США по делу об обвинении Соединенных Штатов в военной и полувоенной деятельности против Никарагуа 1986 г. Международный суд ООН заявил, что в соответствии с нормой международного обычного права самооборона признается оправданным средством, если она соразмерна (пропорциональна) вооруженному нападению и необходима для его отражения16.

В статье 51 проекта, касающейся пропорциональности, предусмотрено, что: «Контрмеры должны быть соразмерны причиненному вреду с учетом тяжести международно-противоправного деяния и затронутых прав». Однако это не означает полного соответствия между ущербом, причиненным нарушением, и последствиями применения контрмер для государства-правонарушителя.

В решении Международного суда ООН по делу о нефтяных платформах (Иран против США) от 6 ноября 2003 г. ряд ответных нападений военно-морского флота США на иранские нефтяные платформы в Персидском заливе в 1987 и 1988 гг. был признан актом незаконного использования силы. В данном судебном решении устанавливаются юридические пределы использования силы в качестве ответной реакции, включая критерий пропорциональности17. Учитывая неразработанность института контрмер в системе норм международного права, следует признать важность таких юридических прецедентов в процессе кодификации и прогрессивного развития международного права.

В Проекте устанавливается ряд обязательств, нарушение которых не может вызвать применение контрмер. Контрмеры не должны затрагивать:

а) обязательство воздерживаться от угрозы силой или ее применения в соответствии с Уставом ООН;

б) обязательства по защите основных прав человека;

в) обязательства гуманитарного характера, запрещающие репрессалии;

г) иные обязательства, вытекающие из императивных норм общего международного права.

Перечень основных обязательств, выполнение которых не может быть затронуто контрмерами, не является исчерпывающим.

Современное международное право признает, что правом призывать к ответственности в определенных случаях обладает не только непосредственно потерпевшее государство18, но и другие государства, имеющие юридический интерес. К таким случаям относятся ситуации, когда: а) нарушенное обязательство является обязательством в отношении группы государств и установлено в целях защиты коллективных интересов; б) нарушенное обязательство является обязательством в отношении международного сообщества в целом19. Указанные критерии заложены в основу коллективных принудительных мер, закрепленных в главе VII Устава ООН. Проект предусматривает, что в таких случаях другие государства могут требовать от несущего ответственность государства прекращения противоправного деяния и выполнения обязательств по возмещению в интересах потерпевшего государства (ст. 48), приняв при этом только правомерные меры против государства-нарушителя (ст. 54).

Следует отметить, что закрепленные основания применения контрмер непосредственно не пострадавшими государствами не всегда соблюдаются. Как свидетельствует современная практика, государства нередко злоупотребляют таким правом. Показательна в этом контексте практика стран Европейского cоюза (ЕС) и США в отношении применения контрмер к бывшей Югославии. После возобновления военных действий в Югославии в 1991 г. члены ЕС приостановили, а затем денонсировали соглашение о сотрудничестве 1983 г. Эта мера вышла за рамки резолюции Совета Безопасности ООН 713(1991), предусматривавшей установление эмбарго лишь на поставки оружия. Она нарушила и само соглашение, предусматривавшее возможность денонсации лишь после шестимесячного уведомления. Обосновывая принятую меру, члены ЕС ссылались на угрозу миру и безопасности в регионе. Федеративная Республика Югославия возразила против указанных мер как «незаконных, односторонних и являющихся примером политики дискриминации», инициировав рассмотрение своих претензий в Международном суде ООН20.

В 1998 г. со ссылкой на события в Косово члены ЕС приняли законы, на основании которых были заморожены югославские активы и прекращено воздушное сообщение. Введение этих мер ФРГ, Францией и Великобританией означало нарушение ими двусторонних соглашений с Югославией о воздушном сообщении. Правительство Великобритании первоначально высказало готовность применить предусмотренную соглашением процедуру двенадцатимесячного предупреждения о денонсации. Однако в дальнейшем оно немедленно запретило полеты, обосновав это так: «Ухудшающаяся характеристика Президента С. Милошевича в связи с его действием в области прав человека означает, что в моральном и политическом плане он лишил свое правительство настаивать на обычно применяемом двенадцатимесячном уведомлении»21.

«Контрмеры должны быть прекращены как только ответственное государство выполнит свои обязательства, связанные с международно-противоправным деянием, согласно Части второй» (ст. 53).

Речь идет о ситуации, когда в результате принятия контрмер потерпевшим государством несущее ответственность государство выполнило свои обязательства по прекращению противоправного деяния и возмещению ущерба. В результате контрмеры достигли своей цели, и их продолжение не будет правомерным.

Последний специальный докладчик Кроуфорд (Великобритания) в своем сообщении заявил: «Контрмеры могут быть оправданы только в ответ на поведение, которое является международно-противоправным и по закону, и фактически. Уверенность "пострадавшего" государства в противоправности не является достаточным основанием. Таким образом, "пострадавшее" государство, которое обращается к контрмерам на основании своей односторонней оценки ситуации, поступает на свой страх и риск и может понести ответственность за неправомерное деяние в случае неправильной оценки»22. Кроме того, применение контрмер чревато злоупотреблениями, возможность чего усугубляется фактическим неравенством между государствами. Проект статей об ответственности государств имеет целью установить действующую систему, учитывающую чрезвычайный характер контрмер как реакции на международно-противоправное поведение.

 


 

1 См., напр.: Док. ООН A/CN.4/SER.A/1982/Add.1 (Part2) // Ежегодник Комиссии международного права. 1984. Т. II, ч. 2. С. 120.
2 Лукашук, И. И. Право международной ответственности. М., 2004. С. 325.
3 See: Decision of US-French Arbitration concerning Air Services Agreement of 1978 // Reports of International Arbitral Awards. Vol. XVIII. New York: United Nations, 1979. P. 416; International Court of Justice Judgement on the Сase concerning United States Diplomatic and Consular Stuff in Tehran (USA v. Iran) of 24 May 1980 // International Court of Justice. Reports of Judgments. Advisory Opinions and Orders. The Hague, 1986. P. 102.
4 Crawford, J. The International Law Commission’s Articles on State Responsibility. Introduction, Text and Commentaries. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. P. 260.
5 Док. ООН A/CN.4/515 // Система оптических дисков ООН <http://ods-dds-ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N01/292/20/pdf/N0129220.pdf?OpenElement>. Дата изъятия 01.11.2005 г.
6 Crawford, J. Op. cit. P. 264.
7 Ibidem.
8 Decision of US-French Arbitration concerning Air Services Agreement of 1978. P. 443—446.
9 See: International Court of Justice Judgement on the Case concerning Gabcнkovo-Nagymaros Project (Hungary v. Slovakia) of 25 September 1997 // International Court of Justice. Reports of Judgments. Advisory Opinions and Orders. The Hague, 1997. P. 55.
10 Василенко, В. А. Международно-правовые санкции. Киев, 1982. С. 78.
11 См.: Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН // Действующее международное право: в 3 т. Т. 1. М., 1999. С. 65—73.
12 Василенко, В. А. Указ. соч. С. 80.
13 Тексты проектов статей об ответственности государств за международно-противоправные деяния и комментарии к ним // Официальный сайт Комиссии международного права ООН <http://www.un.org/law/ilc/texts/State_responsibility/responsibilityfra.htm>. Дата изъятия 01.11.2005 г.
14 See: International Court of Justice Judgement on the Case concerning Gabcнkovo-Nagymaros Project (Hungary v. Slovakia) of 25 September 1997. P. 56.
15 Cannizzaro, E. The Role of Proportionality in the Law of International Countermeasures // European Journal of International Law. 2001. Vol. 12, N 5. P. 889—916.
16 International Court of Justice Judgement concerning Military and Paramilitary Activities in and against Nicaragua (Nicaragua v. United States of America) // International Court of Justice. Reports of Judgments. Advisory Opinions and Orders. The Hague, 1986. P. 94.
17 Case concerning Oil Platforms (Islamic Republic of Iran v. United States of America) // International Court of Justice Official website <http://www.icj-cij.org/icjwww/idocket/iop/iopjudgment/iop_ijudgment_20031106.PDF>. Date of reading 01.11.2005.
18 Alland, D. Countermeasures of general interest // European Journal of International Law. 2002. Vol. 13, N 5. P. 1221—1239.
19 Лукашук, И. И. Указ. соч. С. 351.
20 Crawford, J. Op. cit. P. 278.
21 Marston, G. United Kingdom Materials on International Law 1997 // British Year Book of International Law 1997. Vol. 68. Oxford: Oxford University Press, 1998; P. 580—581; Marston, G. United Kingdom Materials on International Law 1999 // British Year Book of International Law 1999. Vol. 70. Oxford: Oxford University Press, 2000. P. 555—556.
22 Ibidem.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.