журнал международного права и международных отношений 2005 — № 3


международные отношения

ПОЛИТИКА ФРГ В ОТНОШЕНИИ УКРАИНЫ В 1990—1994 гг.: ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ

Владислав Фрольцов

Автор:
Фрольцов Владислав Валерьевич — кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета

Рецензенты:
Тихомиров Александр Валентинович — кандидат исторических наук, доцент кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета
Семёнова Людмила Николаевна — кандидат исторических наук, доцент кафедры истории мировой цивилизации Международного гуманитарно-экономического университета

Взаимодействие с восточными соседями традиционно являлось одним из ключевых направлений германской внешней политики. При этом в качестве важнейшей предпосылки ее эффективности рассматривалось сотрудничество с Россией, которая на протяжении нескольких столетий контролировала значительную часть Восточной Европы. Это предопределяло стремление Германии наладить тесные торгово-экономические и политические связи с влиятельным соседом, в том числе и за счет игнорирования интересов других восточноевропейских народов1.

Однако после исчезновения советской сферы влияния в Восточной Европе и распада СССР Россия уже не могла оказывать существенное влияние на политику бывших участников советского блока и членов СНГ. Это вынуждало ФРГ учитывать особенности политического развития данных государств, крупнейшим из которых являлась Украина, руководство которой сыграло решающую роль в процессе ликвидации СССР.

К началу 1990-х гг. население Украины составляло почти 52 млн человек2. Значительный промышленный потенциал, наличие крупных морских портов и развитой инфраструктуры не могли не привлечь внимания к ней немецкого капитала. Однако политическое взаимодействие с этим государством представляло для руководства ФРГ определенную проблему, учитывая наличие у украинского руководства собственного видения дальнейшего развития постсоветского пространства, которое весьма отличалось от точки зрения России — традиционного партнера Германии.

Более того, в последние годы существования СССР правительство ФРГ, которое было заинтересовано в скорейшем воссоздании единого немецкого государства, предпочитало не замечать расширения национально-демократического движения в Украине. Западногерманское руководство справедливо полагало, что явная поддержка центробежных тенденций в СССР может усилить позиции противников М. Горбачева в КПСС и силовых структурах и, тем самым, помешать процессу объ-единения. Более того, в этот период взаимодействие с союзными республиками не рассматривалось западногерманским правительством в качестве первоочередной задачи.

Одним из характерных примеров такой политики явился вопрос об открытии консульских представительств ФРГ в Киеве и СССР в Мюнхене. По свидетельству Ю. Квицинского, который в 1986—1990 гг. был советским послом в Бонне, переговоры об этом велись в течение 13—14 лет, однако предварительное соглашение было достигнуто лишь в ходе визита министра иностранных дел ФРГ Х.-Д. Геншера в СССР в июле 1986 г.3 Во время визита главы советского МИД Э. Шеварднадзе в Бонн в январе 1988 г. было подписано соглашение о создании генеральных консульств, которые должны были открыться одновременно 1 января 1989 г., при этом численность работников в каждом из них ограничивалась 274. Однако протокол о размещении и строительстве генеральных консульств в Мюнхене и Киеве, в котором речь шла о хозяйственных вопросах, был подписан только 20 января 1989 г., т. е. через два с половиной года после визита в Советский Союз Х.-Д. Геншера5. Все эти факты позволяют утверждать, что проблема оказания консульских услуг жителям Украины и Баварии не рассматривалась в качестве особо значимой руководством СССР и ФРГ, несмотря на партнерские отношения между этой федеральной землей и Украинской ССР. За их развитие отвечала двусторонняя комиссия по сотрудничеству в сфере сельского хозяйства, окружающей среды, здравоохранения, культуры и права6.

Лидеры обеих стран стремились к совместному решению, в первую очередь, актуальных международных проблем, предоставив возможность взаимодействовать на региональном уровне хозяйственным субъектам. Так, в июле 1990 г. канцлер ФРГ Г. Коль заявил о готовности западногерманского министерства экономики профинансировать направление на промышленные предприятия Москвы, Ленинграда, Киева и Минска специалистов, которые должны были содействовать поиску деловых партнеров в обоих немецких государствах и странах ЕЭС7.

О нежелании Западной Германии устанавливать политические контакты с союзными республиками и более активно взаимодействовать с национально-демократическими движениями на территории Советского Союза заявил в марте 1990 г. в интервью немецкой газете «Тагесцайтунг» известный польский писатель и член Сената РП А. Шчиперски. Он, в частности, констатировал неготовность руководства ФРГ объективно оценивать центробежные процессы на постсоветском пространстве, итогом которых мог стать распад СССР и образование демократических России, Украины, Литвы8.

Между тем, такие процессы усиливались. Так, в августе 1990 г. председатель украинского движения «Рух» И. Драч в интервью этому же изданию рассуждал о перспективах отношений Украины и Германии, полагая, что немцы вновь способны разыграть украинскую карту, как Россия — польскую9.

Прибыв в начале июля 1991 г. в Киев на встречу с М. Горбачевым накануне саммита «большой семерки»10, Г. Коль стал свидетелем массовых акций протеста в центре украинской столицы. В аэропорту «Борисполь» и на главных улицах города канцлера встретили активисты национально-демо-кратических партий и организаций с желто-голубыми флагами и плакатами «Горбачев, отправляйся домой» и «Горбачев, выведи советскую армию». Демонстранты, основная часть которых сконцентрировалась на площади Октябрьской революции, требовали также не нарушать суверенитет Украины. Приглашение советским президентом федерального канцлера в Киев без консультации с парламентом УССР рассматривалось оппозицией как нежелание считаться с украинскими интересами11.

Более того, немецкие эксперты, которые занимались анализом ситуации в Советском Союзе, безусловно, обратили внимание на принятую Верховной Радой УССР 16 июля 1990 г. Декларацию о государственном суверенитете Украины, в статье 1 которой республика объявлялась «суверенной национальной державой»12.

Однако именно массовые протесты в ходе визита Г. Коля в Киев продемонстрировали руководству ФРГ, что речь идет неформальных правовых актах, а о желании значительной части украинского народа реализовать право на самоопределение, которое предусматривало возможность осуществлять самостоятельную внешнюю политику. Представляется вероятным, что это обстоятельство также учитывалось как германским канцлером, так и другими лидерами стран «большой семерки», которые решали вопрос об оказании финансовой помощи СССР на фоне стремительной дезинтеграции советского государства и попыток М. Горбачева сохранить его единство. И хотя Г. Коль заявил о желании содействовать реформам в СССР13, сомнения в их успехе после визита в Киев лишь укрепились на фоне очевидного кризиса советской государственности.

Вместе с тем, даже после поражения ГКЧП и объявления Украиной независимости 24 августа 1991 г. германское руководство проводило в отношении этой страны весьма осторожную политику. ФРГ предпочитала ожидать результатов политики президента СССР, который продолжал вести переговоры с лидерами республик о заключении нового союзного договора. Однако украинское правительство назначило на 1 декабря 1991 г. референдум о независимости, который должен был обеспечить народную поддержку решения Верховной Рады от 24 августа. Украинские предприятия к этому времени уже достаточно активно использовали возможность самостоятельно выходить на рынки других стран, включая Германию. Так, к примеру, в 1991 г. на ежегодной Лейпцигской ярмарке свою продукцию представили 60 предприятий из Украины14.

В сложившейся ситуации федеральное правительство было вынуждено поддерживать тесные контакты с президентом М. Горбачевым, принимая во внимание, что именно Союз, а не республики несут ответственность за своевременный вывод военнослужащих с территории Восточной Германии, а также за погашение советских долгов.

Последняя проблема становилась все более актуальной. Немецкое руководство опасалось, что стремительная дезинтеграция СССР может привести к такой ситуации, когда ни одно из новых независимых государств не объявит о своей готовности выплатить задолженность. В целом экономическая ситуация на постсоветском пространстве осенью 1991 г. не внушала западным кредиторам оптимизма15. В этой ситуации Россия пыталась оказать давление на правительства Украины, Азербайджана и Узбекистана, угрожая им возможными проблемами в отношениях со странами «большой семерки» в случае отказа участвовать в погашении союзного долга16. Однако правительство Украины ожидало итогов референдума и воздерживалось от подписания нового союзного договора. Тем не менее, несмотря на все эти сложности, президент М. Горбачев лично пообещал министру финансов ФРГ Т. Вайгелю в ходе его визита в СССР в конце сентября 1991 г., что до октября договор все же будет подписан17.

Примечательно, что по дороге в Москву глава западногерманского внешнеполитического ведомства посетил Киев, где не только дал обещание передать Украине 800 из 7000 грузовиков для решения транспортной проблемы и получил в ответ просьбу премьер-министра Украины В. Фокина о поставках инсулина, а также 3—4 млн т зерновых и 2—3 млн т сои в течение последующих двух—трех месяцев, но и сформировал собственное мнение о ситуации в этой республике. Т. Вайгель, в частности, заявил, что ФРГ и мировое сообщество уважают объявление советскими республиками независимости, но не намерены вмешиваться в их внутренние дела (т. е. в отношения с правительством СССР). В ответ глава украинского правительства выразил готовность погасить «справедливую долю» общесоюзного долга в случае обретения Украиной полной независимости. Помимо этого, В. Фокин объявил, что его страна примет всех этнических немцев, которые были депортированы с украинской территории по приказу Сталина18. Такой шаг был призван заложить основу для будущего тесного сотрудничества двух стран.

В октябре 1991 г. Киев посетил глава герман-ского МИД Х.-Д. Геншер. Он также заявил об уважении права украинского народа на самоопределение, но при этом воздержался от открытой поддержки независимости этой республики19. Примечательно, что Х.-Д. Геншер стал первым министром иностранных дел, посетившим Украину20.

В начале декабря 1991 г. Украина наряду с другими республиками бывшего СССР обрела независимость. Итоги референдума 1 декабря 1991 г. наглядно продемонстрировали волю украинского народа: более 90 % участвовавших в нем граждан этой республики высказались за независимость. Однако ни ФРГ, ни США, ни другие ведущие мировые державы не спешили ее признать21.

Федеральное правительство не решилось принять такое решение даже после заключения Беловежских соглашений, а дождалось отставки с поста президента СССР М. Горбачева, благодаря политике которого воссоединение Германии стало реальностью. ФРГ признала независимость Украины 26 декабря 1991 г. (об этом было заявлено в письме президента Р. фон Вайцзеккера)22. Дипломатические отношения между двумя странами были установлены 17 января 1992 г.23 А 18 февраля этого же года первый немецкий посол граф фон Бассевитц вручил верительные грамоты (в марте 1996 г. его сменил А. Хайкен)24. К этому времени с визитом в ФРГ уже побывал министр иностранных дел Украины А. Зленко25. Отношения с Германией рассматривались украинским руководством как одно из приоритетных направлений внешней политики молодого государства. Хотя еще в начале января 1992 г. руководитель отделения российского посольства в Берлине И. Максимычев говорил лишь о большой вероятности того, что Украина (как и Беларусь) будут взаимодействовать на дипломатическом уровне с ФРГ независимо от Российской Федерации26.

Появление независимого украинского государства в значительной степени меняло геополитический расклад сил в Восточной Европе. У России появился конкурент, который претендовал как на лидерство в регионе, так и на особый статус привилегированного партнера для западных государств, включая Германию. О вероятности именно такого развития ситуации на постсоветском пространстве писал, в частности, немецкий политический комментатор К. Землер в декабре 1991 г.27 Вместе с тем, следует отметить, что новые независимые государства, их политические системы и социально-экономические особенности являлись в определенной степени малоизученным объектом для немецких экспертов в различных сферах. Информации о ситуации в этих странах было явно недостаточно, к примеру, немецкие издатели атласов и карт жаловались, что они не имеют точных данных об экономике Украины или Киргизии28.

Однако, несмотря на это, уже в марте 1992 г. по решению правительств обеих стран был создан германо-украинский Совет по сотрудничеству, который должен был содействовать развитию экономической кооперации в сфере сельского хозяйства и продовольствия, машиностроения и конверсии, химии и фармакологии, нефтяной промышленности, металлургии, инфраструктуры и коммуникации, банковского дела, энергетики и т. д. Помимо этого, в Киеве были открыты отделения четырех крупнейших немецких банков. Германия превратилась в важнейшего торгово-экономического партнера Украины в Западной Европе29.

Украинское правительство, тем временем, столкнулось с весьма серьезными политическими и экономическими проблемами, и дальнейшее взаимодействие с ФРГ могло стать решающим фактором для их разрешения. Однако оставался ряд вопросов, которые осложняли процесс установления партнерских отношений между странами Запада, включая Германию, и постсоветскими государствами.

В германо-украинских отношениях такие проблемы обозначились уже в 1992 г. Федеральное руководство (как и правительства других западных стран) было заинтересовано в скорейшей передаче советского ядерного потенциала под контроль российского правительства. Но Украина в силу ряда обстоятельств задерживала принятие такого решения.

Не менее серьезным вопросом в двусторонних отношениях явилась ситуация вокруг закрытия Чернобыльской АЭС, которую, как и многие другие устаревшие ядерные реакторы на постсоветском пространстве, называли в Германии «ядерной бомбой с часовым механизмом»30. Тем не менее, испытывая нарастающее давление со стороны общественности, которая опасалась дальнейшего развития атомной энергетики в ФРГ, федеральное правительство и немецкие деловые круги искали выход из сложившейся ситуации с помощью более тесного сотрудничества со специалистами в этой сфере из бывшего СССР. В частности, в январе 1992 г. появилась информация о контактах фирмы «Сименс» с украинскими ядерщиками с целью наладить производство сырья для немецких ядерных реакторов на территории Украины31.

Возникли также определенные проблемы с выводом советских войск с территории новых восточных земель ФРГ. Так, в феврале 1992 г., поскольку Россия, Украина и Беларусь не могли договориться о месторасположении выведенных войск, федеральное правительство вынуждено было приостановить предоставление финансовой помощи32. В дальнейшем эта проблема была решена. Для прибывших в Украину военнослужащих было построено более 5 тыс. квартир стоимостью 750 млн немецких марок, при этом Германия организовала центры переобучения, которые помогали этим людям получить гражданские специальности33.

Немецкое правительство отдавало себе отчет в том, что именно в период перехода к рыночной экономике постсоветские государства нуждаются в содействии со стороны западных стран. По этой причине в мае 1992 г. министр финансов ФРГ Т. Вайгель предложил создать скоординированную программу по поддержке Украины, Беларуси и Молдовы с участием 24 западных промышленно развитых государств34.

В феврале 1992 г. состоялся первый официальный визит украинского президента Л. Кравчука в Бонн. Одной из ключевых тем для обмена мнениями с представителями германского руководства явилось обсуждение заявления главы Украины о готовности принять на территории этой страны немецких переселенцев из Казахстана и России35. Л. Кравчук в интервью журналу «Шпигель», в частности, выразил желание расселить немцев в южных областях и Крыму. Помимо этого было предложено создать специальный германо-украинский фонд, который, по мнению парламентского госсекретаря в МВД ФРГ Х. Ваффеншмидта, будет способен оказать содействие в решении вопроса о 2,5 млн «русских немцев»36.

Именно этот чиновник был направлен в конце февраля 1992 г. в Украину с целью проверить, могут ли быть реализованы на практике заявления украинского президента. Речь, в первую очередь, шла о переселении 400 тыс. человек в восемь районов на территории Одесской, Николаевской, Херсонской и Запорожской областей, где до депортации в 1941 г. существовало немецкое самоуправление37.

В данном случае украинское руководство, безусловно, преследовало собственные интересы, надеясь стать приоритетным партнером для ФРГ на постсоветском пространстве. Помимо этого переезд трудолюбивых немецких крестьян на юг Украины мог способствовать экономическому развитию этих областей, что было немаловажно, учитывая сложности, с которыми сталкивалось украинское правительство в процессе перехода к рыночной экономике. Данное обстоятельство, к примеру, отмечал вице-президент Союза немцев СНГ Х. Вормсбахер38.

Между тем, реализация плана Л. Кравчука натолкнулась на серьезную проблему. Абсолютное большинство немецких переселенцев стремилось выехать в Германию, а не осваивать вновь украин-ские земли. Несмотря на все усилия представителя федерального правительства Х. Ваффеншмидта, такая позиция доминировала и среди активистов организации русских немцев «Возрождение», председатель которой Х. Грот заявил, что выехать в ФРГ хотят около 90 % представителей этой этнической группы39. Переселенцы также сомневались в устойчивости политической системы Украины, опасаясь, что в случае отстранения Л. Кравчука от власти его решение может быть пересмотрено40.

По этой причине к началу 1993 г. стало очевидно, что предложенное первым президентом Украины решение проблемы немецкого населения бывшего СССР не может быть реализовано, несмотря на то, что в 1992 г. федеральное правительство выделило на эти нужды 20 млн марок и планировало выделить еще 25 млн в 1993 г., о чем Л. Кравчук заявил в интервью журналу «Шпигель», сославшись на организационные и иные проблемы41. Тем не менее, было очевидно, что для «русских немцев» выезд в ФРГ предпочтительнее любых иных предложений, и это обстоятельство украинское правительство было вынуждено признать.

Вместе с тем, сотрудничество между двумя странами продолжало развиваться. Федеральное правительство, безусловно, оценило стремление руководства Украины оказать содействие в решении вопроса с немецкими переселенцами. Более того, обязательства украинского государства принять этнических немцев на своей территории и содействовать сохранению их национальной идентичности, культуры и языка были закреплены в форме отдельной статьи в Совместной декларации об основах отношений между Украиной и Федеративной Республикой Германия, которая была подписана в ходе официального визита канцлера
Г. Коля в Киев 9 июня 1993 г.42 

К этому времени отношения между двумя государствами строились на основе весьма солидной международно-правовой базы. В 1992—первой половине 1993 гг. было заключено пять договоров и соглашений, подписано четыре совместных заявлений и протокола, которые касались различных сфер сотрудничества как на межгосударственном, так и на региональном уровнях (к примеру, совместное заявление о сотрудничестве МВД Украины и Баварии)43. Тем не менее, обе стороны нуждались в базовом документе по образцу Договора между Германией и СССР о добрососедстве, партнерстве и сотрудничестве, который был подписан М. Горбачевым и Г. Колем в Бонне 9 ноября 1990 г.44 

Совместная декларация 1993 г. явилась основой для дальнейшего взаимодействия Украины и ФРГ, при этом согласно статье 6 этого документа Германия обязывалась оказать Украине помощь в выполнении ее обязательств по разоружению, а также содействовать разработке национальной системы контроля за экспортом. Помимо этого, в статье 9 указанного документа речь шла о создании Бюро представителя немецкой экономики, которое должно было начать работу в Киеве в 1993 г., а также об открытии соответствующего украин-ского бюро на территории Германии45.

В ходе визита канцлера Г. Коля в Украину были также заключены пять соглашений и сделано одно совместное заявление, которые касались различных направлений отраслевого сотрудничества между двумя странами. Главу правительства ФРГ сопровождали федеральные министры Г. Рексродт (экономика), К. Топфер (защита окружающей среды), М. Виссманн (транспорт) и П. Крюгер (наука)46. Они провели переговоры со своими украинскими коллегами и наметили направления для дальнейшего сотрудничества. Так, К. Топфер обратил внимание на недопустимость нелегального ввоза представляющих опасность для экологии и жизни людей промышленных отходов из Германии в Украину47. О таких поставках стало изве-стно благодаря действиям Гринпис, и федеральное правительство стремилось продемонстрировать решительное осуждение подобной практики48. Особенно активно проявил себя в этом направлении федеральный министр К. Топфер49.

Тем не менее, немецкому канцлеру не удалось уговорить украинское руководство согласиться вывести все ядерное оружие с территории этой страны и передать его России50. Правительство Украины стремилось сохранить ядерный статус, поскольку опасалось территориальных притязаний со стороны Российской Федерации, определенные политические силы которой ставили вопрос о передаче в состав России Крыма. Шла речь и о «законных» российских претензиях на восточные и южные украинские области. Нерешенной оставалась проблема Черноморского флота. Развитие политической системы России также не внушало оптимизма жителям других постсоветских государств, так как осенью 1993 г. стало очевидно, что националистические и имперские лозунги приобрели значительную популярность среди россиян. Убедительная победа партии В. Жириновского на первых выборах в Госдуму Российской Федерации в декабре 1993 г. явилась еще одним аргументом в пользу позиции сторонников сохранения за Украиной ядерного статуса51.

В этой ситуации украинское руководство не желало лишаться такого весомого аргумента в споре с Россией, как оставшиеся от бывшего СССР ракеты, что вызывало опасения западных государств, которые пытались предотвратить распространение ядерного оружия на постсоветском пространстве. По этой причине украинское правительство испытывало все большее давление со стороны США и европейских государств, однако окончательно решить этот вопрос удалось лишь после вступления в должность второго президента Украины Л. Кучмы в 1994 г.

Кроме того, правительство этой страны пыталось получить дополнительную помощь Запада для уничтожения ядерных боеголовок в соответствии с ратифицированным Верховной Радой 18 ноября 1993 г. Договором о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений. Об этом, в частности, говорил министр иностранных дел Украины А. Зленко, выступая на саммите СБСЕ в Риме в декабре 1993 г.52 

Не менее серьезная помощь требовалась Украине и для закрытия Чернобыльской АЭС. Молодое украинское государство нуждалось в энергетических ресурсах и поэтому могло согласиться с закрытием этой станции только в случае получения значительной компенсации. Эта ситуация была вполне понятна Г. Колю, который призывал своих коллег по «большой семерке» и ЕЭС оказать Украине содействие в решении этой проблемы53.

Между тем, к 1993 г. сторонам удалось добиться значительных успехов при решении других спорных вопросов, которые возникали в двусторонних отношениях. Это касалось, прежде всего, проблемы выплаты компенсации лицам, угнанным в годы Второй мировой войны на территорию Германии. Вице-премьер украинского правительства по социальным вопросам Н. Жилинский утверждал, что из Украины было угнано в общей сложности 2,2 млн человек, из которых 600 тыс. направили заявления о компенсации по состоянию на весну 1993 г.54  Соответствующее соглашение было подписано Беларусью, Россией, Украиной и ФРГ 30 марта 1993 г., в рамках которого в этом же году Германия выделила 400 млн марок для решения данной проблемы55. Нуждающиеся получили суммы от 600 до 1 тыс. марок56.

Постепенно решалась и проблема о реституции культурных ценностей. Так, к примеру, в декабре 1993 г. берлинский Бранденбургский музей получил из Киева предметы древности из вывезенного в годы войны с немецкой территории Фонда Каблова57. А через четыре месяца президент Прусского фонда культурного наследия В. Кнопп передал украинскому представителю 82 древних бронзовых изделия, вывезенных немецкими войсками из Херсона58.

Вместе с тем, в развитии двусторонних отношений возникли определенные сложности, которые обусловливались внутриполитической ситуацией в Украине. Летом 1994 г. в этой стране должны были состояться президентские выборы, что явилось причиной обострения борьбы между различными политическими силами. Внешнеполитическая проблематика стала одним из объектов предвыборной полемики. К примеру, подверглась критике деятельность украинского посольства в ФРГ, руководитель которого И. Писковый был снят с должности накануне выборов по обвинению в бездействии и из-за конфликта с другими сотрудниками дипломатического учреждения. Новый посол Ю. Костенко был назначен уже Л. Кучмой и приступил к работе в начале 1995 г.59 

Не менее серьезным испытанием явились для правящей коалиции ФРГ назначенные на 16 октября 1994 г. выборы в Бундестаг. В связи с многочисленными социально-экономическими проблемами, которые были обусловлены негативными последствиями объединения, руководство ХДС—ХСС и СвДП не испытывало уверенности в победе. Но если в Украине смена президента могла означать изменение внешнеполитического курса, то дальнейшая германская политика в отношении этого государства представлялось вполне предсказуемой. В опубликованной министерством обороны ФРГ в 1994 г. Белой книге, в которой были изложены основные направления германской политики в сфере обороны и безопасности, Украина и Россия характеризовались как «решающие факторы» для долгосрочной стабильности в Европе, которая может быть обеспечена только при согласии и поддержке этих двух стран. По этой причине федеральное правительство должно было содействовать сотрудничеству ЕС и НАТО с этими государствами60.

Такая оценка места и роли Украины в системе европейской безопасности предопределила особое внимание федерального руководства к сохранению тесных отношений с этой страной вне зависимости от партийной принадлежности. Немецкие деловые круги были также заинтересованы в освоении украинского рынка. Помимо этого, к середине 1994 г. не были решены такие важные для ФРГ проблемы, как закрытие ЧАЭС и отказ Украины от претензий на обладание ядерным оружием.

Все эти обстоятельства обусловливали стремление Германии укреплять сотрудничество с Украиной, взаимодействие с которой рассматривалось в качестве одного из ключевых элементов внешнеполитической стратегии Г. Коля в отношении стран Центральной и Восточной Европы, направленной на укрепление позиций ФРГ как регионального лидера. И хотя сотрудничество с Украиной представлялось федеральному руководству менее приоритетным, нежели взаимодействие с соседними странами: Чехией и Польшей, рассмотренное в данной статье направление германской внешней политики явилось одним из ключевых элементов стратегии ФРГ на постсоветском пространстве в начале 1990-х гг.

 


 

1 Можно вспомнить, к примеру, взаимодействие России и Пруссии в ходе подавления восстания в Польше, Литве и Беларуси в 1863—1865 гг., военное и экономическое сотрудничество между СССР и Германией в 1920-е гг., а также пакт Молотова—Риббентропа 1939 г.
2 Страны мира: краткий политико-экономический справочник. М.: Республика, 1993. С. 418.
3 Квицинский, Ю. А. Время и случай. Заметки профессионала. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1999. С. 501.
4 Schewardnadse beendete Bonn-Besuch // Tageszeitung. 1988. 20 Januar. S. 2.
5 Протокол о размещении и строительстве Генеральных консульств Союза Советских Социалистических Республик в Мюнхене и Федеративной Республики Германии в Киеве. Совершено в Бонне 20 января 1989 г. // Официальный сайт «Верховна Рада України. Законодавство України» <
http://zakon.rada.gov.ua/cgi-bin/laws/main.cgi?nreg=276_019>. Дата изъятия 20.08.2005 г.
6 Kirsenko, M. Ukraine and Germany: Current relations and the Potencial for Partnership // Ehrhart H.-G., Thraenert O. (Eds.) European Conflicts and International Institutions: Cooperating with Ukraine. Baden-Baden: Nomos Verl.-Ges., 1998. S. 87—88.
7 Kohl besucht Gorbatschow: Hilfe als Schmiermittel fuer die Einheit // Tageszeitung. 1990. 12 Juli. S. 7.
8 Aendern kann sie nur ein Krieg...: Interview // Tageszeitung. 1990. 5 Mдrz. S. 10.
9 «Ich fuehle die Kraft des Volkes wachsen»: Interview // Tageszeitung. 1990. 21 August. S. 12.
10 Kohl trifft Gorbatschow // Tageszeitung. 1991. 25 Juni. S. 2.
11 Kein Geld, aber Tips fuer Gorbatschow // Tageszeitung. 1991. 6 Juli. S. 2.
12 Декларацiя про державний суверенітет України // Відомості Верховної Ради УРСР. 1990. № 31. С. 429.
13 Kohl haelt fest zu Gorbatschow // Tageszeitung. 1991. 8 Juli. S. 6.
14 Handelspartner aus Osteuropa suchen // Tageszeitung. 1991. 21 Mдrz. S. 27.
15 IWF-Tagung Bangkok. Nichts ist so wie es scheint // Tageszeitung. 1991. 15 Oktober. S. 1.
16 G-7-Vertreter erzwangen Zusagen der Republiken bei Schuldenregelung // Tageszeitung. 1991. 21 November. S. 7.
17 Waigel bittet um Erich Honecker // Tageszeitung. 1991. 26 September. S. 6.
18 Waigel: 7000 LKWs fuer die UdSSR // Tageszeitung. 1991. 25 September. S. 4.
19 Heyken, E. Die deutsch-ukrainischen Beziehungen: gestern, heute und morgen auf dem Weg nach Europa. Zum 10. Jahrestag der Unabhaengigkeit der Ukraine. Konstanz: Hartburg-Gorre Verlag, 2001. S. 12.
20 Kirsenko, M. Ukraine and Germany: Current relations and the Potencial for Partnership // Ehrhart H.-G., Thraenert O. (Eds.) European Conflicts and International Institutions: Cooperating with Ukraine Baden-Baden: Nomos Verl.-Ges., 1998. S. 88.
21 Мэтлок, Дж. Ф. Смерть империи: пер. с англ. М.: Рудомино, 2003. С. 534—535.
22 Kustschow, W. Zur Westorientierung der Aussen-und Sicherheitspolitik der Ukraine // Hamburger Beitraege zur Friedensforschung und Sicherheitspolitik. Heft 107. Sept. 1997. S. 19—20.
23 Lehmann, H. G. Deutschland-Chronik 1945 bis 2000. Bonn: BfpB, 2000. S. 507.
24 Kirsenko, M. Op. cit. S. 88.
25 Heyken, E. Op. cit. S. 12.
26 Noch freie Zimmer im «Russischen Haus»: Interview // Tageszeitung. 1992. 4 Januar. S. 40.
27 Semler, C. Ueberlebensstrategien // Tageszeitung. 1991. 23 Dezember. S. 14.
28 Malzahn, C. C. Von der Weltlage schwer erwischt // Tageszeitung. 1992. 28 Februar. S. 5.
29 Kirsenko, M. Op. cit. S. 90.
30 Riedel, D. Atomare Zeitbomben // Tageszeitung. 1992. 28 September. S. 7.
31 «Es waere eine Schande, wenn unser Erfahrungsschatz jetzt nicht genutzt wird». Interview // Tageszeitung. 1992. 30 Januar. S. 3.
32 Was fehlt // Tageszeitung. 1992. 8 Februar. S. 2.
33 Stehr, U. German-Ukranian Relations: A German View // Ehrhart H.-G., Thraenert O. (Eds.) European Conflicts and International Institutions: Cooperating with Ukraine Baden-Baden: Nomos Verl.-Ges., 1998. S. 98.
34 Mit den EG-Finanzen auf du und du // Tageszeitung. 1992. 11 Mai. S. 7.
35 Kanzler empaengt ukrainischen Praesidenten Krawtschuk // Tageszeitung. 1992. 5 Februar. S. 4.
36 Krawtschik bietet Russlanddeutschen Land an // Tageszeitung. 1992. 3 Februar. S. 4.
37 In Russland packen die Deutschen ihre Koffer // Tageszeitung. 1992. 3 Mдrz. S. 5.
38 Auswandern oder bleiben?: Interview // Tageszeitung. 1992. 1 Juni. S. 12.
39 Russlanddeutsche verbittert ueber Russland // Tageszeitung. 1992. 23 Mдrz. S. 2.
40 Kugler, A. In Russland packen die Deutschen ihre Koffer // Tageszeitung. 1992. 3 Mдrz. S. 5.
41 Ukraine. Keine Russlanddeutschen // Tageszeitung. 1993. 15 Mдrz. S. 2.
42 Стаття 1530. Спільна декларація про основи відносин між Україною і Федеративною Республікою Німеччина. 9 червня 1993 року // Офіційний вісник України. № 26. 15.07.2005. С. 170.
43 См. все международно-правовые акты, заключенные Украиной и ФРГ в 1992—2004 гг. // Официальный сайт «Верховна Рада України. Законодавство України <
http://zakon.rada.gov.ua/cgi-bin/laws/main.cgi?user=c&find=1&org=232>, <http://zakon.rada.gov.ua/cgi-bin/laws/main.cgi?page=2&user=1124491207632720>. Дата изъятия 20.08.2005 г.
44 Weidenfeld, W., Korte, K.-R (Hrsg.). Handbuch zur deutschen Einheit 1949—1989—1999. Bonn: BfpB, 1999, S. 603.
45 Стаття 1530. Спільна декларація про основи відносин між Україною і Федеративною Республікою Німеччина. 9 червня 1993 року // Офіційний вісник України. 2005. № 26. С. 170.
46 Ukraine. Kohl in Kiew // Tageszeitung. 1993. 10 Juni. S. 2.
47 Deutsches Gift brannte // Tageszeitung. 1993. 27 Mai. S. 6.
48 Tenhagen, H.-J. Deutscher Giftmuell und deutsche Briefwechsel // Tageszeitung. 1993. 26 Mai. S. 6.
49 Giftmuellgesetz gefordert // Tageszeitung. 1993. 18 Mai. S. 6.
50 Bachmann, K. Ukraine im Schatten der Russlandpolitik // Tageszeitung. 1993. 11 Juni. S. 9.
51 Bachmann, K. Warnung vor dem neuen alten Imperium // Tageszeitung. 1993. 15 Dezember. S. 3.
52 KSZE muss Ueberstunden machen // Tageszeitung. 1993. 2 Dezember. S. 2.
53 Rosenkranz G. Nach dem neuen Stuerfall von Tschernobyl // Tageszeitung. 1993. 20 Mдrz. S. 10.
54 Zwangsarbeiter warten // Tageszeitung. 1993. 11 Mai. S. 2.
55 Kirsenko, M. Op. cit. S. 88
56 Stehr, U. Op. cit. S. 98.
57 Kugler, A. Austausch von Beutesteinen // Tageszeitung-BERLIN. 1993. 17 Dezember. S. 28.
58 Fruehgeschichtliche Funde zurueckgegeben // Tageszeitung-BERLIN. 1994. 10 Mдrz. S. 27.
59 Osadczuk-Korab, B. Die Aussen- und Innenpolitik der Ukraine in juengster Zeit // Russland und Ukraine nach dem Zerfall der Sowjetunion. Berlin: Duncker und Humblot, 1996. S. 164—165.
60 Weissbuch 1994. Weissbuch zur Sicherheit der Bundesrepublik Deutschland und zur Lage und Zukunft der Bundeswehr. Bonn: Bundesministerium der Verteidigung, 1994. S. 54.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.