журнал международного права и международных отношений 2007 — № 4


международные отношения

Эволюция внешней политики Италии в регионе Ближнего Востока и Средиземноморья (2001—2007 гг.)

Владимир Васильков

Автор:
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. — аспирант кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета

Рецензенты:
Русакович Андрей Владимирович — кандидат исторических наук, заведующий кафедрой международного права и общеюридических дисциплин Международного института трудовых и социальных отношений
Селиванов Андрей Владимирович — кандидат исторических наук, ведущий специалист Центра международных исследований Белорусского государственного университета

На рубеже столетий в Италии начала происходить перестройка политической системы, сопряженная c коррективами внешнеполитического курса. Усилия итальянской дипломатии в новом веке были направлены на то, чтобы выйти на международную арену в качестве реального генератора безопасности, а не только ее потребителя — пассивного участника блоков и соглашений.

Согласно мнению бывшего премьер-министра Италии С. Берлускони, за годы его правления «Италия стала одним из главных действующих лиц мировой политики» [3]. Министр иностранных дел Ф. Фраттини опубликовал книгу, посвященную внешней политике Италии [9]. Данная книга была рассчитана на относительно широкий круг читателей и носила довольно красноречивое название: «Меняем курс!». В одном из интервью министр заявил, что «Италия больше не толчет воду в ступе, а принимает решения» и при этом «Италия является авангардом в разрешении кризисов и в Европе, и в Средиземноморье, и в Персидском заливе» [10].

Правительство «Дома Свобод», как и сменивший его левоцентристский кабинет коалиции «Союз» во главе с Р. Проди, уделяли присутствию на Ближнем Востоке первостепенное значение. Основным лейтмотивом ближневосточной политики обоих итальянских кабинетов стало стремление сделать Италию неотъемлемым субъектом принятия решений в рамках многостороннего диалога по разрешению ближневосточной проблематики.

Учитывая отсутствие комплексного и подробного анализа внешнеполитической деятельности правительства Италии в регионе Ближнего Востока и Средиземноморья в начале XXI в., мы поставили целью своего исследования охарактеризовать характер, тенденции и перспективы эволюции участия Италии в политических, военных, социально-экономических и иных региональных и субрегиональных процессах Ближнего Востока и Средиземноморья в исследуемый период.

В качестве хронологических рамок исследования был взят период от прихода к власти коалиции «Дом Свобод» во главе с С. Берлускони (май 2001 г.) до настоящего времени.

Различные аспекты внешнеполитической деятельности как правительства С. Берлускони (2001—2006 гг.), так и правительства Р. Проди (с 2006 г.) нашли свое отражение в работах ряда исследователей, как русскоязычных, так и зарубежных. Обзор и анализ актуальных проблем деятельности Италии как субъекта мировой политики в конце XX — начале XXI вв. представлен в работе доцента кафедры мировых политических процессов МГИМО МИД России О. Барабанова «Внешняя политика Италии на современном этапе» [1]. Большой интерес представляет статья бывшего министра иностранных дел Италии Дж. Фини [7]. Тенденции постбиполярной внешней политики Италии рассматривает в своих трудах итальянский историк С. Романо, анализируя трансформацию роли страны как субъекта мировой политики в рамках краха биполярной системы [20—22]. Довольно критическая характеристика политического курса и методов правительства С. Берлускони, перспективы и дилеммы дальнейшего развития итальянской дипломатии изложены в работе профессора Ньюфаундлендского университета (Канада), итальянца по национальности, О. Крочи [6]. В статье американского исследователя Дж. Лоренса вскрыта проблематика итало-американских отношений в свете иракской кампании, начатой в 2003 г. [18]. Оценку роли правительства С. Берлускони как нового политического явления на фоне процессов европейской интеграции попытались дать в посвященных этой теме работах итальянский политолог П. Моризи [19] и американский исследователь Дж. Уолстон [23].

Кроме того, при написании статьи автор обращался к материалам международного семинара по европейско-средиземноморской интеграции, проходившего в Милане в июне 2003 г. [13].

Основные тенденции внешнеполитической стратегии и тактики Италии в регионе Ближнего Востока и Средиземноморья в 2001—2007 гг. В начале XXI в. у власти в Италии оказалась новая политическая сила. Правительству коалиции «Дом Свобод» во главе с С. Берлускони досталось решение нелегкой задачи: сформировать обновленную стратегию итальянского государства в условиях формирующегося глобального миропорядка.

Период шестимесячного председательства Италии в ЕС в 2003 г. характеризовался стремлениями усилить позиции Европы на Ближнем Востоке. На фоне процессов расширения сфер влияния Евросоюза и разных точек зрения, имеющихся у членов ЕС относительно данных процессов, свою роль итальянское государство видело в качестве поборника взаимопонимания между Европой, тяготеющей к северо-восточной направлености, и Европой, склонной смотреть на юг [11].

В начале нового века дипломатический кризис вокруг войны в Ираке явился ударом по монолитной идеологии НАТО и спровоцировал разногласия внутри Европы относительно поддержки или оппозиции антииракской кампании. Правительство С. Берлускони попыталось использовать для укрепления влияния Италии в региональных и мировых процессах участие в антииракской кампании, в подходящий исторический момент встав на защиту «трансатлантического единства».

Однако трудности в кампании в Ираке, в част-ности гибель итальянских солдат, рост террористических акций (захват заложников и др.), существенно снизили популярность правительства «Дома Свобод». Кроме того, в своей европейской политике Италия, дистанцировавшись от стран «европейского ядра», неизбежно потеряла часть былого влияния и доверия в этом лагере.

Смена правительства после выборов в апреле 2006 г. и начало правления левоцентристской коалиции во главе с Р. Проди внесло четкие изменения во внешнеполитическую ориентацию Рима. Левоцентристский блок, который возглавил Р. Проди, выступил за отличный от предшественника подход: 1) назад к балансу между двумя берегами Атлантики, 2) назад к мультилатерализму (многосторонней дипломатии), более активной и кооперативной роли ЕС, 3) назад к более внимательному и взвешенному отношению к Ближнему Востоку.

В настоящее время среди приоритетных задач внешней политики Италии в регионе Ближнего Востока и Средиземноморья можно назвать следующие:

1) посильное снижение напряженности в арабо-израильском конфликте, установление «холодного мира» между арабскими странами и Израилем;

2) приближение и ускорение политической, экономической и социальной модернизации в странах региона;

3) содействие религиозно-культурному диалогу исламского и западного миров (что в определенной и значительной степени перекликается с концепцией «диалога цивилизаций», одним из ведущих апологетов и пропагандистов которой является экс-президент Ирана М. Хатами);

4) установление нового «нефтяного порядка», который был бы способен обеспечить наиболее эффективное распределение и потребление нефтяных ресурсов и капитала. Здесь же можно отметить такую задачу, как внедрение и поощрение использования альтернативных источников энергии, прежде всего, в целях защиты окружающей среды;

5) вовлечение агентств стран Южного Средиземноморья в экономику Евросоюза.

Судя по всему, будущее итальянских интересов в Средиземноморье и на Ближнем Востоке во многом будет зависеть от ряда переменных, к которым относятся такие факторы, как:

1) внутриполитическая ситуация в Ираке;

2) амбиции и потенциал регионального лидерства стран внутри исследуемого региона (сюда прежде всего можно отнести Иран и Турцию, а также в некоторой степени Сирию и Египет);

3) последствия дальнейшего расширения Европейского союза (здесь уместно упомянуть региональную роль претендующей на членство в ЕС Турции, а также направления и динамику политики Евросоюза в отношении сопредельных с ним государств и, в частности, стран Южного Средиземноморья);

4) мощь и характер экономического, политического и, конечно, военного влияния в регионе США;

5) торговые связи внутри Магриба и Машрека (например, постепенно возрастающую роль бывшей колонии и сравнительно крупного торгового партнера Италии — Ливии в экономическом сближении стран африканского континента, в том числе, в первую очередь, Северной Африки);

6) сила радикальных исламских настроений и размах терроризма.

Итальянская дипломатия, как и большинство других дипломатий Европы, традиционно рассматривала арабо-израильский конфликт как сердцевину напряженности на Ближнем Востоке.

Военное присутствие Италии на Ближнем Востоке и в Средиземноморье в начале XXI в. осуществлялось в рамках миротворческих миссий ООН: UNTSO (Палестина), UNFIL (Ливан), MINURSO (Западная Сахара), MFO (Египет), TIPH2 (г. Хеврон), а также в рамках так называемой антитеррористической коалиции в Ираке (силовая операция под названием Antica Babilonia — «Древняя Вавилония»).

Участие итальянской дипломатии в урегулировании арабо-израильского конфликта и двусторонние отношения с Израилем и Палестиной. Проявляя собственную дипломатическую волю в миротворческом процессе по арабо-израильской проблеме, Италия занялась тем, что западные исследователи назвали «сепаратными попытками» разрешения конфликта [23].

Итальянская дипломатия стремится совмещать дружественные отношения с арабским миром (и палестинским народом в частности) со взаимовыгодным сотрудничеством с Израилем. Правительство Италии является активным сторонником усиления роли в процессе принятия решений по арабо-израильской проблеме так называемого «квартета посредников», в который входят ООН, Евросоюз, Соединенные Штаты Америки и Российская Федерация.

В 2001—2005 гг. премьер-министр и министры иностранных дел Италии совершили ряд визитов с целью налаживания диалога палестинской и израильской администраций при посредничестве Рима в целях разрешения регионального кризиса. Италия потребовала от Израиля ослабить ограничения на перемещение палестинцев, убрать соответствующие «санитарные» ограждения. С другой стороны, Италия всегда последовательно осуждала любые теракты, с которыми были связано руководство Палестинской автономии, отказывалась от контактов с экстремистскими группировками, выступала за неотложное проведение реформ в автономии.

Италия была непосредственно вовлечена в процесс реформирования Палестинской национальной автономии. Итальянские эксперты работали в трех из семи Группах международной поддержки: по выборному праву, судебной системе и рыночной экономике [14].

Кроме того, в 2001 г. итальянское правительство инициировало так называемую Глобальную программу экономической реконструкции и развития Палестины. Концепция данной программы основана на понимании того, что корнями терроризма и напряженности в регионе является экономическая отсталость и бедность, с которыми нужно вести первоочередную борьбу, улучшая жизненные условия на данных территориях. Первоначальный взнос Италии в фонд этой программы составил около 77 млн евро [14].

В то же время, несмотря на традиционно сбалансированный характер позиции Италии по вопросу израильско-палестинских отношений, при правительстве С. Берлускони наблюдался и некоторый дипломатический перекос в сторону Израиля. Так, правоцентристский премьер Италии, председательствуя в ЕС, в ноябре 2003 г. спровоцировал критику Европарламента и Еврокомиссии своей поддержкой идеи возведения израильской стены безопасности (санитарного кордона) [23]. Тема сотрудничества Италии с Израилем получила дополнительное развитие благодаря визитам президента Израиля М. Кацава в Италию и Дж. Фини в Израиль в 2005 г. Во время визита М. Кацава и Италию С. Берлускони публично реанимировал свои заявления о том, что «Израиль должен стать членом ЕС». Израильский руководитель отреагировал на это достаточно сдержанно, отметив, что ни неформально, ни официально Израиль не заявлял свою кандидатуру на членство в Евросоюзе [2].

Решимость Рима развивать прочные отношения с обеими сторонами обеспечила предпосылку для важной роли, которую намеревалось сыграть итальянское правительство в недавнем ливанском кризисе. После некоторых затруднений израильское правительство открыто приняло новый подход Италии, а, в свою очередь, руководство Организации освобождения Палестины и арабские нации немедленно выразили относительно него свое одобрение.

Италия является убежденным приверженцем мирного, стабильного и долгосрочного сосуществования двух независимых государств: еврейского и арабского.

На фоне критически тяжелой политической ситуации в Палестине Италия стремится по возможности расширять проекты политической и финансовой поддержки силам, подконтрольным президентской администрации М. Аббаса.

Итальянская дипломатия подчеркивает, что разрешение арабо-израильского противостояния невозможно без учета мнений Сирии и Ливана и переговоров с ними. Дипломаты правительства Р. Проди и, в частности, министр иностранных дел М. Д’Алема, подчеркивают нецелесообразность политики изоляции этих стран в виду роста их регионального влияния, что продемонстрировал очередной ливанский кризис 2006 г. Вместе с тем, глава МИД Италии подчеркнул, что «международное сообщество должно четко объяснить этим странам, что они обязаны внести вклад в умиротворение конфликта и разоружение боевиков, а не усиливать напряженность» [15].

Место Ливана в ближневосточной политике Италии и участие в миротворческой миссии в Южном Ливане. Ливан является ключевой страной Ближнего Востока Италия — один из его ведущих партнеров как в политической, так и в торгово-экономической сферах.

Во время конфликта между Израилем и «Хезболлах» летом 2006 г. Италия инициировала созыв международной конференции в Риме 26 июля, целью проведения которой была проработка заключения прочного перемирия между противоборствующими сторонами и начало процесса реконструкции. В Римских переговорах приняли участие лидеры европейских и арабских государств.

Встреча в Риме, инициированная правительством Италии, была первым шагом на пути объявления перемирия и выработки политического решения путем переговоров. Даже несмотря на то, что саммит не принес немедленно ощутимых результатов, усилия итальянской дипломатии сделали определенный вклад в ускорение стабилизации ситуации в Южном Ливане. Можно также отметить, что итальянская дипломатия довольно успешно справилась с задачей активного и деятельного посланника Евросоюза как субъекта влияния на миротворческие процессы на Ближнем Востоке.

По словам М. Д’Алемы, римские переговоры заложили фундамент для общего политического диалога европейцев, американцев и умеренных арабских сил для преодоления ближневосточного кризиса. Позиция, выраженная Д’Алемой на переговорах, базировалась на понимании необходимости создать широкую международную коалицию для предотвращения роста опасности столкновения Запада с мусульманским миром. По его мнению, эта коалиция должна обязательно включать в себя Соединенные Штаты Америки и Европу как одно целое. Важным признается и присутствие России, а также ведущих мусульманских стран, таких как Египет, Саудовская Аравия, Иордания и Турция [15].

Таким образом, обновленное итальянское правительство решило установить для себя новый прецедент достаточно высокой степени активности участия в международном процессе принятия решений касательно ближневосточной проблемы.

После установления в августе 2006 г. перемирия итальянское правительство поспешило выразить свою готовность к реализации резолюции 1701 Совета Безопасности ООН о расширении миро-творческой миссии в Ливане с широким участием собственных вооруженных сил, несмотря на жесткую критику со стороны оппозиционных сил внутри Италии. Сенат Италии 19 августа 2006 г. принял решение направить в Южный Ливан 3000 военнослужащих [12]. Характерным было то, что как Израиль, так и США целиком поддержали заявление Р. Проди о намерении Италии возглавить миссию UNIFIL II.

Со 2 февраля 2007 г. итальянский генерал-майор Клаудио Грациано возглавил коммандование силами UNIFIL. В рамках миссии итальянские силы вносят непосредственный вклад в дело послевоенного восстановления Ливана. Ими, в частности, была проведена очистка моря от нефтяных пятен [16].

Активизируя участие в ливанской миссии, Италия одновременно стремилась снять напряжение в отношениях с США, возникшее из-за резкого вывода своих войск из Ирака, и добивалась усиленного развития и консолидации Европы, непо-средственно участвующей в построении мира на Ближнем Востоке. Как писала «Нью Йорк Таймс», «после успеха Италии в формировании миротворческих сил для Ливана политические эксперты и даже американские дипломаты заговорили о новом "эффективном мультилатерализме", который Италия, кажется, проверяет на практике». Подобные дипломатические усилия помогли Италии за-крепиться в центре европейской политической сцены [8].

Участие Италии в международной силовой операции в Ираке в 2003—2006 гг. Итальянская миссия «Древняя Вавилония» в Ираке была санкционирована законом 218 от 1 августа 2003 г., согласно которому на итальянский военный контингент возлагался ряд функций, таких как поддержание порядка, распределение гуманитарной помощи, обеспечение функционирования инфраструктуры и других служб первоочередной важности. Итальянские войска получили в качестве подотчетного сектор области Дхи-Кар с центром в городе Насирия. Контингент составлял приблизительно 3200 солдат из различных родов войск: сухопутной армии, флота, ВВС и корпусов карабинеров. Итальянские вооруженные силы включали в себя корпус военных из Румынии [16].

Целенаправленный вывод итальянского контингента из этой страны начался с июня 2006 г., когда соответствующее решение было одобрено парламентом Италии. Уже к концу июня в Ираке осталось лишь 1600 итальянцев. Последняя группа итальянских миротворцев покинула иракскую землю 2 декабря 2006 г. [17].

США ожидали, что этот шаг будет «компенсирован» усилением присутствия итальянской армии в Афганистане. В свою очередь, правящий кабинет Р. Проди встретил сильную оппозицию в лице леворадикального крыла коалиции, которые твердо заняли в парламенте позиции пацифизма, призывая окончательно пресечь вовлечение итальянских войск в военные кампании за рубежом. Добившись решения о выводе сил Италии из Ирака, они стали продвигать стратегии выхода из Афганистана. Но на этот раз правительство не пошло навстречу их инициативе, а продлило мандат пребывания в Афганистане, что отвечало мягкому «переходу» к новой тактике взаимоотношений с Вашингтоном.

Таким образом, силовые миссии Италии на Ближнем Востоке использовались правительством для укрепления ее имиджа как крупной действующей силы мировой политики, стратегического внедрения в важный с экономической точки зрения регион, а также для поддержания особых отношений с США.

Развитие итало-турецких отношений в начале XXI в. Важным политическим и экономическим партнером Италии является Турция. Рим заинтересован в сотрудничестве с Анкарой с точки зрения создания платформы для дальнейшей экспансии на рынки Ближнего Востока, балканского и кавказ-ского регионов, а также стран Центральной Азии.

В последние годы в Турции сохраняется высокий уровень экономического роста, снижение инфляции. При этом в стране достаточно низкая стоимость рабочей силы (как минимум в 2 раза ниже, чем в Италии). За счет высокого экономического роста расширяется и внутренний рынок. Все это создает предпосылки для активного наращивания поставок итальянских товаров в Турцию и развития совместных производств [4].

Впервые государственный визит президента Италии в Турцию состоялся 22 ноября 2005 г.
К. А. Чампи выразил поддержку стремлению Турции стать членом Евросоюза. В то же время президент Италии сделал акцент на том, что страна и ее руководство должны будут приложить усилия, чтобы достичь стандартов, принятых в ЕС [4].

Учитываются повышение роли Турции как важного для Италии регионального узла в транспортировке энергоносителей и возможность в перспективе поставок российского газа через Турцию в Южную Италию, что было обсуждено как с турецкой, так и с российской стороной.

Трудности в диалоге Италии с Ираном. Италия стала первой европейской страной, которая позволила Ирану прорвать дипломатическую изоляцию со времени революции 1979 г., став для этого государства своего рода «окном» в Западную Европу. Межгосударственный диалог с Ираном осуществлялся на высшем уровне со времени избрания М. Хатами президентом Ирана.

Однако после заявлений президента Ирана М. Ахмадинеджада о том, что «Израиль должен быть стерт с лица земли», Италия выступила с резкой критикой подобного подхода. В результате возникла значительная напряженность в отношениях Рима с Тегераном. Министр иностранных дел Дж. Фини в 2006 г. заявил, что «Италия не желает изоляции Ирана, однако Тегеран сам себя изолирует». Министр при этом подчеркнул, что итальянское правительство заинтересовано в сотрудничестве с Ираном, однако «Тегерану стоит быть более транспарентным, в том числе — в вопросах освоения ядерных технологий» [6]. В целом позиция Италии совпадает по иранскому вопросу с общей позицией Евросоюза.

Несмотря на неблагожелательную реакцию со стороны большинства государств Европы, Италия продолжает поддерживать открытый диалог с Тегераном, отталкиваясь от исторически прочных двусторонних отношений, и стремится внести вклад в нормализацию отношений Ирана с западным миром.

Укрепление стратегических интересов и влияния Италии в Средиземноморье. Италия активно принимает участие в укреплении стабильности в Магрибе, а также является одним из главнейших действующих лиц в диалоге ЕС — Средиземноморье. С точки зрения торгово-экономических отношений в сравнении с другими европейскими странами структура экономики Италия сильнее взаимосвязана с экономиками стран Средиземноморья в плане как экспорта, так и импорта. У Италии есть значительные рынки в Средиземноморье, которые поглощают итальянских товаров больше, чем это делают, например, Китай и Япония вместе взятые [3].

Так называемое внешнеэкономическое пространство установлено Италией с девятью странами региона — от Марокко до Турции. Во всех этих странах Италия входит в тройку ведущих рынков поставок. Однако довольно прочные торговые связи пока все еще остаются, по мнению итальянских экспертов, недостаточно подкрепленными присутствием Италии в сфере прямых инвестиций. Основными получателями итальянских инвестиций, направляемых в регион, остаются Турция (31,7 %), Ливия (30,9 %) и Тунис (12,5 %) [3]. В последние годы наблюдается рост инвестиционных вливаний в экономику Египта и Израиля.

Острым и важным вопросом в отношениях Италии с Магрибом остается миграционный. Политика Италии направлена на пресечение нелегальной миграции путем как непосредственного пресечения въезда в страну, так и косвенно помощи местному социально-экономическому развитию стран Магриба. Италия ставит задачу построения модели корпоративной безопасности в регионе путем развития сотрудничества между флотами и другими компетентными органами через заключение соглашений о спасательных операциях и совместных патрулях для борьбы с организованной преступностью, загрязнением окружающей среды и нелегальными миграционными потоками.

Италия держит курс на развитие отношений со своей бывшей колонией Ливией. Возрастает доля итальянского капитала в различных отраслях ливийской экономики — от нефтяной промышленности до специальных программ по диверсификации и модернизации экономики.

Отношения Италии с Сирией, традиционно довольно успешные, в последние несколько лет ослабли в результате осложнения политической обстановки на Ближнем Востоке. Тем не менее, итальянское правительство сохраняет убежденность в том, что Дамаск должен играть конструктивную роль в выработке долгосрочного решения ближневосточных конфликтов. Рим в определенной мере продвигает интересы Сирии в ЕС, делая акцент на целесообразность большего ее вовлечения в процесс строительства мира в регионе.

Италия была одним из государств, оказавших мощную поддержку созданию Инициативы европейско-средиземноморских инвестиций и партнерства (FEMIP), которая была учреждена в Барселоне в октябре 2002 г. В период своего председательства в Европейском союзе в 2003 г. итальянское правительство инициировало ряд встреч на высшем уровне, нацеленных на то, чтобы сделать Италию одним из главных вдохновителей процессов дальнейшего развития средиземноморского региона. В Неаполе 2—3 декабря 2003 г. была проведена министерская конференция стран Европы и Средиземноморья, посвященная решению вопросов взаимной интеграции [16].

В ближайшее время Италия рассматривает Египет, Ливан и палестинские территории в качестве главных получателей материально-инвестиционной помощи в регионе, в первую очередь, в поддержке экономических реформ, в частности развитии малого и среднего бизнеса (особенно в аграрном секторе), а также в субсидиях в сферы обучения квалифицированных кадров, здравоохранения и водных ресурсов. По вопросу миграции и в свете Соглашения о сотрудничестве относительно миграционных потоков, подписанного с Египтом, Италия намеревается интенсифицировать взаимоотношения с Сирией и Ливаном с целью заключения соответствующих соглашений, закрепляющих борьбу с нелегальной иммиграцией.

Новые успехи итальянской дипломатии в странах Персидского залива. В недавнем времени произошли существенные сдвиги в развитии отношений Италии со странами Персидского залива, к которым относятся Саудовская Аравия, Бахрейн, Объединенные Арабские Эмираты, Катар, Кувейт, Оман (перечисленные страны являются членами Совета по сотрудничеству государств Залива (ССГЗ)). Партнерство Италии со странами Залива было важным подспорьем, в том числе для авторитета страны, возглавляющей миссию УНИФИЛ-2. Итальянское правительство всецело одобрило план подписания Соглашения о свободной торговле между Евросоюзом и ССГЗ [5].

Министр иностранных дел М. Д’Алема и его заместитель в начале 2007 г. нанесли серию визитов в страны субрегиона. В результате были подписаны меморандумы об институционализации политических консультаций Италии со странами ССГЗ, особенно в торгово-экономической сфере.

По инициативе итальянских Министерства иностранных дел и Министерства торговли 18 декабря 2006 г. был открыто Бюро по экономическим проектам в странах Залива, которое призвано стать интегрированным межминистерским форумом для планирования и внедрения бизнес-проектов, осуществляемых итальянскими правительственными и неправительственными агентствами в странах субрегиона, с целью выработки органической стратегии продвижения итальянских интересов в регионе [5].

Кроме того, была создана отдельная Экологическая группа для взаимодействия Италии и стран Залива в вопросах экологии. Одной из первых инициатив, которые обсуждались в рамках данной группы, стала программа по возобновляемым источникам энергии. Конференция на эту тему за-планирована в Италии на середину 2008 г. и предполагает участие квалифицированных представителей компетентных институтов и бизнес-структур стран Залива.

Заключение. Таким образом, Италия выражает непосредственную заинтересованность в возможности в той или иной мере участвовать в контроле над положением дел в столь важном для нее регионе Средиземноморья и Ближнего Востока, в том числе и потому, что любые конфликты здесь чреваты для нее крайне нежелательным увеличением миграционных потоков.

Кроме того, Италия серьезным образом заинтересована в экономическом развитии средиземноморских стран и в постепенной торгово-финансовой интеграции их с ЕС. Внешняя политика Италии традиционно носит экономическую окраску, в ней преобладает прагматизм и стремление к открытому торговому и гуманитарному сотрудничеству со всеми возможными сторонами.

Более того, Рим осознает, что без участия в миротворческом процессе на Ближнем Востоке он не сможет в полной мере воспользоваться правом на участие в разделе политических и экономических сфер влияния внутри стран региона. В начале XXI в. Рим значительно расширил это участие, увеличив общее число итальянского миротворческого контингента в несколько раз.

Несмотря на первоначально кажущийся антагонизм двух политических сил — «Дома Свобод» и «Союза», — обе коалиции последовательно сохраняли значительное присутствие итальянской военной силы в регионе. Разница здесь в том, что, если кабинет С. Берлускони предпочитал позицио-нировать Италию как самостоятельную политическую силу, способную к плодотворным достижениям на Ближнем Востоке в рамках инициативного «антитеррористического альянса», то кабинет Р. Проди подчеркивает необходимость участия Европейского союза (как одновременно и авторитетной международной организации и, по сути, мощной федеративнообразной державы) в принятии решений по актуальным проблемам Ближнего Востока, а Италию позиционирует как эффективного и энергичного представителя ЕС.

Стимулируемое Италией постепенное вовлечение ЕС в военные миссии региона, встретившее лояльное отношение со стороны Соединенных Штатов и Израиля, может быть расценено как видный успех дипломатии итальянского правительства. Возможно, в перспективе он знаменует начало более настойчивой внешнеполитической деятельности и достижение более высокого статуса Италии в международной политике.

Литература

1. Барабанов, О. Внешняя политика Италии на современном этапе. // Мировая экономика и междунар. отношения. 2003. № 10. С. 82—89.
2. Информационно-аналитическое письмо Посольства Беларуси в Италии за август 2005 г. // Текущий архив Мин-во иностранных дел Респ. Беларусь.
3. Информационно-аналитическое письмо Посольства Беларуси в Италии за март 2006 г. // Там же.
4. Информационно-аналитическое письмо Посольства Беларуси в Италии за ноябрь 2005 г. // Там же.
5. Bilateral relations [Electronic resource] // Ministero degli affair esteri. Mode of access: <http://www.esteri.it/MAE/EN/Politica_Estera/Aree_Geografiche/Mediterr_MO/Rapporti_bilaterali.htm>. Date of access: 01.05.2007.
6. Croci, O. The Second Berlusconi Government and Italian Foreign Policy [Electronic resource] // Istituto Affari Internazionali Mode of access: <http://www.iai.it/pdf/articles/Croci.pdf>. Date of access: 15.03.2005.
7. Fini, G. Italy’s Role in Mediterranean Security and the Fight Against Terrorism [Electronic resource] // Duke University Press Mode of access: <http://mq.dukejournals.org/cgi/reprint/17/1/1>. Date of access: 27.04.2007.
8. Fisher, I. Italy’s Peacekeeping Offer Signals Shift in Its Foreign Policy // New York Times. 2006. 30 Aug.
9. Frattini, F. Cambiamo rotta / F. Frattini, C. Panella. Piemme: Casale Monferrato, 2004.
10. Frattini: una Costituzione Ue da sei e mezzo // Corriere della Sera. 2004. 20 giugno.
11. Geographical Areas [Electronic resource] // Ministero degli affair esteri. Mode of access: <http://www.esteri.it/eng/4_27.asp>. Date of access: 10.12.2005.
12. Italian parliament committees approve mission to Lebanon — Xinhua. 2006. 19 Aug. [Electronic resource] // People’s Daily Online. Mode of access: <http://english.people.com.cn/200608/19/eng20060819_294699.html>. Date of access: 25.08.2006.
13. Italy Euro-Mediterranean Workshop. Outlines of a Possible Integration. Summary of the introductory dossier [Electronic resource] // Euro-mediterraneo.it. Mode of access: <http://www.euro-mediterraneo.it/Materiale/sintesi-1-inglese.doc>. Date of access: 27.01.2005.
14. Italy in the World [Electronic resource] // Ministero degli affair esteri. Mode of access: <http://www.esteri.it/eng/4_29.asp>. Date of access: 10.12.2005.
15. Italy Pursues Peacekeeping Role in Mideast: Massimo D’Alema’s speech [Electronic resource] // National Public Radio. 2006. July 30. Mode of access: <http://www.npr.org/templates/transcript/transcript.php?storyId=5592595>. Date of access: 01.08.2007.
16. Italy’s Role in the Middle East Peace Process [Electronic resource] // Ministero degli affair esteri. Mode of access: <http://www.esteri.it/MAE/EN/Politica_Estera/Aree_Geografiche/Mediterr_MO/>. Date of access: 01.05.2007.
17. Last Italian soldiers to leave Iraq by Dec 2-Prodi [Electronic resource] // ReutersAlertnet. 2006, November, 27. Mode of access: <http://www.alertnet.org/thenews/newsdesk/L27648484.htm>. Date of access: 01.03.2007.
18. Laurence, J. Friendly Fire: Italy, America and the War in Iraq. US — Europe Analysis Series, March 2005 [Electronic resource] // Brookings. Mode of access: <http://www.brookings.edu/dybdocrooft/fp/cuse/analysis/laurence20050301.pdf>. Date of access: 16.04.2005.
19. Morisi, P. The Berlusconi Government and Eurointegration [Electronic resource] // The University of York. Mode of access: <http://www.york.ac.uk/depts/poli/news/asmi/morisi.pdf>. Date of access: 19.02.2006.
20. Romano, S. Guida alla politica estera italiana. Da Badoglio a Berlusconi. Milano, 2002.
21. Romano, S. Italy and the New Europe: From the Atlantic to the Urals: National Perspectives on the New Europe. Arlington: Seven Locks Press, 1992.
22. Romano, S. La politica estera italiana / a cura di Richard J.B. Bosworth e Sergio Romano. Bologna: Il Mulino, 1995.
23. Walston, J. Italian Foreign Policy: Light and shade in the second Berlusconi government [Electronic resource] // The University of York. Mode of access: <http://www.york.ac.uk/depts/poli/news/asmi/walston.pdf>. Date of access: 17.02.2006.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.