журнал международного права и международных отношений 2011 — № 2


международное право — международное космическое право

Перспективы создания Всемирной космической организации

Илья Адамов

Автор:
Адамов Илья Николаевич — второй секретарь отдела многосторонних договоров управления международных договоров главного договорно-правового управления Министерства иностранных дел Республики Беларусь

Рецензенты:
Попков Андрей Николаевич — кандидат юридических наук, заместитель начальника главного договорно-правового управления — начальник управления международных договоров Министерства иностранных дел Республики Беларусь
Старовойтов Олег Михайлович — кандидат юридических наук, заместитель директора Юридического колледжа Белорусского государственного университета

Деятельность международных организаций в области исследования и использования космического пространства (Комитет ООН по использованию космического пространства в мирных целях, Международный союз электросвязи, Международная организация подвижной спутниковой связи и др.) свидетельствует о том, что научно-технические составляющие космической деятельности все более взаимосвязываются с политико-правовыми компонентами. Это требует аккумулирования обширных информационных потоков знаний о космосе на международном уровне, их структурирования, упорядочения и дальнейшего распространения.

Целью настоящей статьи является рассмотрение перспектив создания Всемирной космической организации (ВКО) со статусом специализированного учреждения ООН. Для достижения поставленной цели уместно как изучить факторы, позитивно и негативно влияющие на перспективы создания ВКО, так и высказать некоторые соображения относительно как организационной структуры ВКО, так и иных международно-правовых аспектов деятельности организации. Необходимо подчеркнуть, что в нашем понимании создание ВКО не означает ipso facto упразднения Комитета ООН по использованию космического пространства в мирных целях, который оставался бы вспомогательным органом Генеральной Ассамблеи ООН и занимался бы международно-правовыми вопросами. Напротив, учреждение ВКО позволило бы расширить организационную основу международного сотрудничества в космосе, повысив не только его роль в решении вопросов, связанных с космической деятельностью, но и согласованность практики применения международного космического права в XXI в.

Ввиду в определенной степени гипотетического характера вопроса о создания ВКО данная тема не является широко обсуждаемой в советской, постсоветской и зарубежной доктрине международного права. Так, советский юрист-международник Е. П. Каменецкая [1] рассматривала создание ВКО в качестве закономерного продолжения тенденций развития организационно-правовых форм сотрудничества государств в космической деятельности. Российский ученый А. В. Яковенко также уделяет определенное внимание данной тенденции развития международного космического права [15]. В зарубежной доктрине уместно выделить работы Д. Шеарбайя [4], К. Кристола [5], С. Куртэ [6], К. Хе [9], С. Хорсфорда [10], Г. Лафферандери [11], Л. Мартинеца [12], в той или иной степени затрагивающие вопросы создания и деятельности Всемирной космической организации.

Первые предложения о создании универсальной организации по вопросам космоса выдвигались в конце 50-х гг. прошлого столетия, на заре космической эры [1, c. 115]. В 1969 г. на VIII сессии Юридического подкомитета Комитета ООН по космосу предметно обсуждался вопрос о возможности и целесообразности учреждения межправительственного Международного агентства по вопросам космического пространства. [1, c. 115—117]. При этом основным аргументом в пользу создания ВКО было и остается то, что космическая деятельность носит глобальный характер и, следовательно, любая организация, координирующая данную деятельность, также должна носить глобальный, а не региональный (как, например, Европейское космическое агентство (ЕКА)) характер.

Современные космические проекты подразумевают значительную степень сотрудничества между государствами — участниками таких проектов. Учитывая экономическую целесообразность объединения ресурсов, все большее число государств мира приходит к пониманию того, что международное сотрудничество является лучшим средством реализации космических программ. При этом особую важность приобретает вопрос о формах такого сотрудничества [см.: 6].

По нашему мнению, расширение международного сотрудничества в области исследования и использования космоса в мирных целях способствует возникновению предпосылок для создания ВКО в качестве специализированной организации с членством универсального характера, наделенной координационно-рекомендательными и некоторыми контролирующими функциями по всем основным направлениям сотрудничества государств в исследовании и использовании космического пространства.

Проблема учреждения ВКО является весьма сложной и неоднозначной. При ее рассмотрении необходимо принимать во внимание целый комплекс различных соображений политического, юридического, экономического и научно-технического характера.

Целесообразность учреждения ВКО обусловлена рядом обстоятельств. Во-первых, это специфика самой космической деятельности, которая проявляется в глобальном характере космических исследований, затрагивающих интересы всех государств, в исключительном значении деятельности человека в космосе для дела мира и безопасности на Земле, в общей заинтересованности всех стран в результатах космических экспериментов. Во-вторых, это достигнутый за последние годы уровень развития космической науки и техники, а отсюда — новые возможности и задачи, решение которых требует объединения усилий государств, что придает особую актуальность развитию сотрудничества в освоении космоса.

Следует также учитывать факторы, оказывающие негативное влияние на перспективы создания ВКО. Это, в первую очередь, факторы, неотъемлемо присущие деятельности по исследованию и использованию космического пространства — высокая стоимость такой деятельности, значительная связь космических программ с национальной безопасностью государств и, следовательно, нежелание последних идти на неизбежные ограничения свободы действий, вытекающие из членства в ВКО. Кроме того, необходимо принимать во внимание и политические аспекты сотрудничества государств в сфере использования космического пространства, связанные с имеющими место противоречиями между развитыми и развивающимися страними.

В этой связи одним из основных принципов будущей деятельности ВКО может стать, как предлагает английский исследователь С. Хорсфорд, не столько нивелирование экономических различий между государствами, что практически невозможно, а осуществление агентством своих функций на основании равного учета интересов всех государств [10, p. 201].

Исторически технические достижения в различных сферах (авиация, электросвязь и т. д.) влекли за собой расширение международного сотрудничества и, как правило, создание международных организаций. Так, развитие сотрудничества в области международной гражданской авиации и мирного использования атомной энергии шло по пути заключения двусторонних и многосторонних договоров, созыва конгрессов и конференций, создания региональных и, наконец, образования универсальных международных организаций (ИКАО, МАГАТЭ), которые не подменяют собой деятельности на внутригосударственном уровне или других форм международного сотрудничества.

На наш взгляд, целесообразность создания ВКО как классической международной межправительственной организации, обладающей международной правосубъектностью и не осуществляющей коммерческую деятельность, очевидна. Как справедливо полагает американский ученый Л. Мартинец, государства продолжают играть ключевую роль в правовом регулировании прикладных видов использования космического пространства, поскольку только государства и созданные ими международные организации осуществляют правотворческую и правоприменительную деятельность на международном уровне [12, p. 307]. Кроме того, как показал опыт ИНМАРСАТ и ИНТЕЛСАТ, совмещение в рамках одной организационно-правовой структуры публично-правовых и коммерческих функций не вполне соотносится с основами международного права и может в итоге привести к ее разделению на собственно международную организацию и коммерческую корпорацию. В отличие от международных космических организаций, непосредственно осуществляющих оперативные функции (например, ЕКА), главная задача ВКО могла бы заключаться в координации деятельности государств (а в перспективе, возможно, иных организаций, неправительственных субъектов) по освоению космического пространства в мирных целях. В то же время целесообразно, чтобы функции ВКО носили не только координационный, но в определенной мере оперативный характер, т. е. ВКО не только рассматривала бы различные проблемы освоения космоса, выносила рекомендации и разрабатывала международные программы сотрудничества, но и осуществляла бы определенную практическую деятельность в интересах всего человечества (например, проводила совместные фундаментальные исследования и эксперименты и т. п.). По аналогии со статьей 65 чикагской Конвенции о международной гражданской авиации 1944 г. уместным представляется предусмотреть право ВКО вступать в соглашения с другими международными организациями, если это необходимо для выполнения организацией возложенных на нее функций [2].

Представляется целесообразным, чтобы новая организация взяла на себя функции ведения реестра космических объектов, который на сегодняшний день ведет Генеральный секретарь ООН.

В перспективе ВКО может внести свой вклад в укрепление международной безопасности посредством осуществления в рамках компетенции организации деятельности по контролю над соблюдением международных договоров и договоренностей по разоружению и контролю над вооружениями и в повышение координации деятельности по справедливому распределению благ, полученных от космической деятельности и передачи космических технологий от космических держав развивающимся странам [6, p. 423—424].

Существует ряд международных организаций как межправительственного, так и неправительственного характера (Группа по координации частот в космосе, Межагентская консультативная группа по космической науке, Комитет по спутникам наблюдения Земли, Координационная группа по геосинхронным метеорологическим спутникам и т. д.), в рамках которых осуществляется сотрудничество в области исследования и использования космического пространства. Как представляется, ВКО могла бы предоставить данным организациям возможность участвовать в работе ВКО на правах наблюдателей. Уместно также предоставить данным организациям консультативный статус при ВКО. Опыт ЭКОСОС в данной области может послужить ориентиром при разработке соответствующей правовой базы [7, p. 440—443].

Ключевым элементом дальнейшего развития космических технологий на благо всего человечества является снижение стоимости космической деятельности, что сделает ее результаты более доступными потребителям как развитых, так и развивающихся стран. Снижению стоимости космической деятельности будет способствовать рост частных инвестиций в отрасль в целом, с особым учетом важности научно-исследовательской работы в данной сфере. Это означает, что рост прибыльности прикладного использования космического пространства продолжится в обозримом будущем. Это в определенной степени повышает роль частных компаний в космической деятельности за счет традиционной роли государств. Растущая обеспокоенность мирового сообщества экологическими проблемами влечет за собой разработку норм, обеспечивающих соблюдение частными компаниями требований по недопущению загрязнения космоса и Земли. Это требует создания международного органа, разрабатывающего соответствующие технические стандарты и рекомендуемые практики и контролирующего их исполнение по аналогии с Организацией международной гражданской авиации. Полагаем, что эта задача также может быть возложена на ВКО.

Коммерциализация и приватизация космической деятельности влекут за собой повышение важности защиты данных (информации), имеющих коммерческую ценность, для чего целесообразным представляется создание соответствующего международно-правового механизма. Проблемой здесь может стать то, что защита права интеллектуальной собственности может в определенной мере противоречить принципу исследования и использования космического пространства на благо и в интересах всех стран. Данное противоречие можно разрешить посредством закрепления на международно-правовом уровне обязанности государств и частных компаний, осуществляющих прикладное использование космического пространства, производить определенные отчисления от прибыли в специальный фонд, созданный под эгидой ВКО. Средства такого фонда могут впоследствии использоваться для финансирования различных программ содействия развивающимся странам в развитии собственных космических проектов или, по меньшей мере, содействия доступу таких стран к благам, полученным от космической деятельности [8, p. 159—161].

Кроме того, на ВКО должна быть, по нашему мнению, возложена также функция координации и регулирования планируемой эксплуатации природных ресурсов Луны и других небесных тел. Необходимо учитывать, что Соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах от 5 декабря 1979 г. заключалось в то время, когда вопрос об эксплуатации ресурсов небесных тел носил теоретический характер в связи с отсутствием соответствующих технологий и полной экономической нецелесообразностью такой деятельности для частных компаний. Статья 11 Соглашения предусматривает создание международного режима для регулирования эксплуатации природных ресурсов Луны и других небесных тел [3]. Как утверждает французский ученый Д. Шеарбай, планы космических держав в отношении Луны свидетельствуют о том, что время для создания такого органа настало [4, p. 288].

При изучении вопроса об организационной структуре ВКО уместно, основываясь на необходимости соответствия предполагаемой структуры ВКО возлагаемым на нее функциям, использовать аналогии с существующими международными организациями подобного типа, учесть опыт международного сотрудничества государств в других сферах деятельности. Российский ученый А. В. Яковенко предлагает взять за модель ВКО МАГАТЭ. Основной причиной этого является, по мнению А. В. Яковенко, тот факт, что в рамках МАГАТЭ уже довольно длительное время успешно удается уравновешивать интересы государств, обладающих развитой атомной технологией, с одной стороны, и государств, только приступающих к эксплуатации ядерных установок, — с другой. Схожая ситуация наблюдается и в области прикладного использования космического пространства [15, p. 365—366]. В то же время при определении возможной организационно-правовой формы создания ВКО и базовых принципов ее деятельности необходимо, как представляется, принимать во внимание и такие международные организации, как Международная морская организация, Международный орган по морскому дну. Учет специфики Международного органа по морскому дну в контексте вопроса о создании ВКО представляется уместным, поскольку в настоящее время в условиях приватизации и коммерциализации космической деятельности особую важность приобретают именно вопросы справедливого распределения благ, полученных в результате эксплуатации космического пространства. Необходимо также принимать во внимание схожий правовой статус космического пространства и морского дна как общего достояния человечества.

Говоря о предполагаемой структуре ВКО, уместно исходить из целесообразности сохранения доказавших на практике свою эффективность органов, таких как общее собрание представителей государств-участников с сессионным порядком работы, постоянный исполнительный орган с ограниченным составом и, возможно, институционализированный механизм разрешения споров. В то же время возможно предложить и менее традиционные структурные элементы ВКО. Так, необходимо учитывать, что в настоящее время частные компании и международные неправительственные организации не имеют тех возможностей в международном правотворчестве, которые имеют государства (например, в рамках Комитета по космосу или Генеральной Ассамблеи ООН) [14, p. 410—412]. Это объясняется тем, что вопрос о правосубъектности частных юридических лиц в современном международном публичном праве не решен. Не вдаваясь в дискуссии о международной правосубъектности частных компаний и в то же время стремясь обеспечить их участие в обсуждении проектов международных соглашений, самым непосредственным образом влияющих на их права и обязанности, французский ученый Г. Лафферандери предлагает создать более гибкий механизм, позволяющий различным субъектам, участвующим в деятельности по исследованию и использованию космического пространства, обмениваться мнениями по актуальным вопросам такой деятельности, проводить консультации и т. д. Г. Лафферандери предлагает для этих целей созывать международную конференцию каждые пять лет [11]. Однако с учетом динамики научно-технического прогресса в области космонавтики, подразумевающего необходимость адекватного правового регулирования, более уместным представляется включение в предлагаемую структуру ВКО органа, объединяющего представителей как государств, так и крупнейших частных корпораций, наиболее авторитетных международных неправительственных организаций, научных кругов и т. д. По нашему мнению, такой постоянно действующий орган сможет более оперативно реагировать на новые вопросы правового характера, возникающие в ходе осуществления космической деятельности.

Необходимо обеспечить тесную координацию деятельности ВКО с ООН, ее органами и учреждениями, занимающимися вопросами исследования и использования космического пространства в мирных целях. Учитывая особое значение космической деятельности для международной безопасности, связь ВКО с ООН, по мнению российского юриста-международника Е. П. Каменецкой, могла бы осуществляться через Генеральную Ассамблею и Совет Безопасности ООН [1, c. 123].

Весьма ценным опытом для ВКО была бы процедура, используемая Комитетом ООН по космосу, которая позволяет государствам — членам Комитета рассматривать как технические, так и политические вопросы. По мнению бразильского ученого Э. Рибейро, это способствует обмену идеями между юристами, учеными и дипломатами, что позволяет комплексно изучить каждый новый вопрос [13, p. 330].

Несомненно, ВКО должна быть открыта для членства любого государства мира. Это предоставит новые возможности для диалога развивающихся стран и космических держав относительно доступа к благам, полученным в результате использования космического пространства. С другой стороны, необходимо надлежащим образом учитывать и особые интересы космических держав. Следует, на наш взгляд, рассмотреть вопрос о введении в ВКО при принятии решений технического характера принципа взвешенного голосования (в случае принятия ключевых решений политико-правового характера уместно все же придерживаться правила «одна нация — один голос»). Кроме того, целесообразным представляется определение исчерпывающего перечня важнейших вопросов (например, касающихся основополагающих принципов международного космического права, приема и исключения членов ВКО), решения по которым должны будут приниматься квалифицированным большинством голосов. При этом представляется целесообразным закрепить в учредительных документах ВКО необходимость единогласия космических держав (предусмотрев критерии для предоставления данного статуса) при принятии решений по перечисленным вопросам.

Как справедливо отмечает китайский юрист-международник К. Хе, ВКО должна обладать такими полномочиями, которые позволили бы ей эффективно защищать интересы государств, осуществляющих мирное исследование и использование космического пространства, пресекая нарушения требований международного космического права и норм, принятых самой ВКО [10, p. 201—203].

Еще одним вопросом, подлежащим разрешению при создании ВКО, является вопрос о компетенции данной организации относительно космической деятельности военного характера, осуществляемой членами ВКО. Целесообразно, по нашему мнению, исходить из необходимости соблюдения принципов полной демилитаризации Луны и других небесных тел и частичной (в связи с запретом на размещение оружия массового уничтожения) демилитаризации космического пространства. Детальное исследование вопроса о предотвращении гонки вооружений в космическом пространстве выходит за рамки настоящей статьи, однако уместно отметить, что отнесение к компетенции ВКО обсуждения и разработки мер по предотвращению милитаризации космоса заслуживает внимания. Существующая на сегодняшний день ситуация, когда данные меры рассматриваются вне Комитета ООН по космосу (в рамках Конференции по разоружению), характеризуется несогласованностью подходов, не позволяет организовать системное рассмотрение с привлечением всех необходимых экспертов. В то же время такие характеристики космического пространства, как глобальность, возможность скрытного действия, внезапного и точечного применения космического оружия, могут на фоне эрозии принципа демилитаризации оказывать дестабилизирующее влияние на международную обстановку в целом.

Изложенные выше проблемы позволили французскому ученому С. Куртэ сделать вывод о том, что, хотя создание ВКО и является в высшей степени целесообразным, организация должна иметь весьма ограниченную компетенцию, не осуществлять самостоятельно деятельность по использованию космического пространства и не заниматься прикладной деятельностью в космическом пространстве на коммерческой основе [6, p. 427].

Полностью согласиться с данным выводом, однако, не представляется возможным. Действительно, опыт осуществления международными межправительственными организациями коммерческой деятельности оказался в конечном счете неудачным. Такие уникальные организации, как ИНТЕЛСАТ и ИНМАРСАТ, были реорганизованы посредством разделения на классические межправительственные организации и частные коммерческие компании.

Трудно согласиться и с предложением С. Куртэ по ограничению компетенции ВКО, которая, по его мнению, должна взять на себя только те функции, которые проблематично либо невозможно осуществить посредством иных форм международного сотрудничества (разработка международно-правовых норм и контроль над их соблюдением, поощрение и осуществление передачи космических технологий от развитых государств к развивающимся, обучение специалистов, координация совместных космических программ, контроль над распространением космических технологий военного характера). Данные функции, несомненно, весьма важны. Однако идея об ограничении компетенции ВКО только этими функциями представляется необоснованной. Многие из них уже реализуются либо в рамках различных международных организаций, либо на основании двух- и многосторонних соглашений. Исключительно дублирование данных функций вряд ли обоснованно. По нашему мнению, ВКО должна обладать максимально широкой компетенцией и в максимально возможной степени координировать деятельность по исследованию и использованию космического пространства. Только такая организация сможет успешно содействовать сотрудничеству государств в области космонавтики и противодействовать фрагментации правового регулирования космической деятельности.

Нельзя не согласиться с мнением австрийского исследователя К. Кристола о том, что только посредством взвешенного, научно обоснованного использования ресурсов космического пространства могут быть в полной мере реализованы основные права и удовлетворены фундаментальные нужды человека [5, p. 223]. Более того, подобное использование не может, на наш взгляд, осуществляться без участия соответствующей международной организации.

В конечном счете создание ВКО зависит от наличия политической воли государств. Доводы в пользу создания ВКО достаточно убедительны и по мере качественного и количественного расширения космической деятельности находят все большее понимание не только на экспертном уровне, но и у самих государств.

Литература

1. Каменецкая, Е. П. Космос и международные организации: международно-правовые проблемы. — М.: Наука, 1980. — 167 с.
2. Конвенция о международной гражданской авиации [Электронный ресурс] // Международная организация гражданской авиации. — Режим доступа: <http://www.icao.int/icaonet/dcs/7300_cons.pdf>. — Дата доступа: 15.03.2011.
3. Соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах [Электронный ресурс] // Международное право на conventions.ru. Конвенции и иные международные договоры. — Режим доступа: <http://www.conventions.ru/view_base.php?id=126>. — Дата доступа: 15.03.2011.
4. Chearbhaill, D. N. A Place for the Moon Agreement in the General Convention on Space Law / D. N. Chearbhaill // Proceedings of the Forty-Seventh Colloquium on the Law of Outer Space, Vancouver, Canada, 4—8 Oct. 2004. — Reston: American Institute of Aeronautics and Astronautics, 2004. — P. 284—289.
5. Christol, C. Q. A Universal Bill of Rights for Outer Space / C. Q. Christol // Proceedings of the Thirty-Eighth Colloquium on the Law of Outer Space, Oslo, Norway, 2—6 Oct. 1995. — Reston, 1995. — P. 221—224.
6. Courteix, S. Towards a World Space Organization? // Outlook on Space Law over the Next 30 Years. — Leiden: Kluwer Law International, 1997. — P. 423—427.
7. Ferrazani, M. Soft Law in Space Activities / M. Ferrazani // Ibid. — P. 429—447.
8. Golrounia, A. A. Legal Principles of Exploration and Use of Outer Space: Past Achievements and Future Challenges / А. А. Golrounia, М. Bahrami // Proceedings of the Forty-Sixth Colloquium on the Law of Outer Space, Bremen, Germany, 29 Sept. — 3 Oct. 2003. — Reston: American Institute of Aeronautics and Astronautics, 2003. — P. 159—163.
9. He, Q. The Outer Space Treaty in Perspective / Q. He // Proceedings of the Fortieth Colloquium on the Law of Outer Space, Turin, Italy, 6—10 Oct. 1997. — Reston, 1997. — P. 51—55.
10. Horsford, C. E. S. Is I.C.A.O. the Model for an International Space Agency? C. E. S. Horsford // Proceedings of the Thirty-Eighth Colloquium on the Law of Outer Space, Oslo, Norway, 2—6 Oct. 1995. — Reston, 1995. — P. 199—203.
11. Lafferanderie, G. Epilogue / G. Lafferanderie // Outlook on Space Law over the Next 30 Years. — Leiden: Kluwer Law International, 1997. — P. 449—450.
12. Martinez, L. Weaving a Legal Web in Space: Factors for Globalizing Governance / L. Martinez // «Project 2001» — Legal Framework for the Commercial Use of Outer Space. — Köln: Heymann, 2001. — P. 305—320.
13. Ribeiro, E. T. Space Law: Prospects for the Future / E. T. Ribeiro // Proceedings of the Round Table on «Space Law: The Role of the UN», New York, 13—17 March 1995. — New York: United Nations, 1995. — P. 328—330.
14. Von der Dunk, F. The Undeniably Necessary Cradle — out of Principle and Ultimately out of Sense / F. Von der Dunk // Outlook on Space Law over the Next 30 Years. — Leiden: Kluwer Law International, 1997. — P. 401—414.
15. Yakovenko, A. World Space Organization: pro et contra / A. Yakovenko // Proceedings of 3rd ECSL Colloquium on International Organisations and Space Law, Perugia, 6—7 May 1999. — Paris: ESA, 1999. — P. 365—374.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.