журнал международного права и международных отношений 2012 — № 4


международные отношения

Аррасский договор 1435 г. в истории дипломатии Столетней войны

Дмитрий Черкасов

Автор:
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. — кандидат исторических наук, доцент кафедры экономической истории института социально-гуманитарного образования Белорусского государственного экономического университета

Рецензенты:
Бохан Юрий Николаевич — доктор исторических наук, заведующий кафедрой экономической истории института социально-гуманитарного образования Белорусского государственного экономического университета
Русакович Андрей Владимирович — кандидат исторических наук, доцент кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета 

Аррасский договор 1435 г. является одной из важнейших вех в истории европейской дипломатии времен Столетней войны 1337—1453 гг. Во-первых, потому, что именно Аррасский договор стал поворотным моментом в истории многовекового англо-французского противостояния. Во-вторых, он был важным этапом в формировании независимого Бургундского государства. И, кроме того, подписание Аррасского договора сопровождалось созывом первого в истории общеевропейского светского конгресса. Аррасский договор упоминается во многих работах, посвященных истории Столетней войны и дипломатии этого периода. Вместе с тем, глубокому изучению данной темы было уделено относительно немного внимания в западной историографии и практически никакого — в восточноевропейской.

Целью данной статьи является выявление предпосылок и причин заключения Аррасского договора, его суть и значение в истории европейской дипломатии и Столетней войны.

Первой известной работой, посвященной непосредственно Аррасскому договору 1435 г., была книга А. де ла Тавернь «Дневник Аррасского мира», изданная в Париже в 1651 г. [21]. В 1875 г. в 7-м томе сборника «Мемуары Академии Арраса» вышла обширная статья Э. Лесена «Аррасский конгресс 1435 г.», где автор не только изложил события, но и проанализировал их [18]. В 1886 г. французский историк Е. Коно в монографии «Коннетабль де Ришмон (Артюр Бретонский), 1393—1458» отдельный раздел посвятил Аррасскому конгрессу [15]. Им же в 1889 г. был издан сборник документов под заголовком «Великие договоры Столетней войны», с обширными комментариями автора. В числе пяти опубликованных «великих» договоров был и Аррасский договор 1435 г. [19]. В 1955 г. в Оксфорде вышла монография Дж. Г. Дикинсон (Рассел) «Аррасский конгресс 1435. Исследование по средневековой дипломатии», переизданная в 1972 г. в Нью-Йорке с исправлениями и изменениями [16]. До сегодняшнего дня эта работа является единственным крупным исследованием по истории Аррасского конгресса 1435 г. В 2007 г. вышла работа Н. Офанстада «Миротворчество в Средние века», в которой автором уделено значительное внимание Аррасскому конгрессу как одному из наиболее показательных миротворческих процессов средневековья [20].

В русскоязычной историографии Аррасский договор упоминался, прежде всего, в связи со Столетней войной. В 1946 г. была опубликована статья В. Э. Грабаря, в которой автор уделяет место и Аррасскому конгрессу [3]. Как пример, следует упомянуть вышедшую в 1985 г. работу Н. И. Басовской, переизданную в 2003 г. уже под другим заголовком [1; 2]. Непосредственно Аррасскому договору посвящена и статья автора [10].

События последнего этапа Столетней войны, предшествовавшие Аррасскому конгрессу, носили драматический характер. В условиях недееспособности французского короля Карла VI, страдавшего психическим расстройством, при дворе началась борьба за власть между братом короля Людовиком Орлеанским и герцогом Бургундским Жаном Бесстрашным. В 1407 г. по приказу герцога Бургундского Людовик был убит. Во Франции началась гражданская война, разделившая страну на два лагеря, во главе которых стояли сын убитого Карл Орлеанский (арманьяки) и Жан Бургундский (бургиньоны). Ослабленное внутренним конфликтом королевство в 1415 г. подверглось вторжению извне со стороны Англии, что привело к разгрому французской армии в битве при Азинкуре [1, с. 102—105]. Карл Орлеанский попал в плен. Во главе арманьяков в 1418 г. стал дофин Карл. Началось английское завоевание Франции. В условиях нарастающей опасности лидеры враждующих сторон начали переговоры с целью объединения сил в борьбе против английского вторжения. 10 ноября 1419 г. на очередной из встреч, состоявшейся на мосту у Монтеро, вождь бургиньонов Жан Бесстрашный был убит арманьяками в присутствии дофина. Эти события привели к окончательному разрыву между двумя лагерями. Наследник убитого герцога Жана Филипп Бургундский открыто перешел на сторону английского короля Генриха V. В 1420 г. был подписан договор в Труа, по которому Генрих V признавался законным наследником французского короля Карла VI. В результате Франция оказалась разделенной на три части — английскую (на севере и в центре), бургундскую (на северо-востоке и востоке) и французскую (на юге). В 1422 г. умерли Карл VI и Генрих V. Королями Франции одновременно были объявлены дофин Карл (Карл VII) и сын Генриха V — Генрих VI, бывший еще младенцем. При нем регентами стали его родные дяди — герцоги Бэдфорд (во Франции) и Глостер (в Англии) [5, с. 341—342].

Попытки французской стороны в течение 1419—1422 гг. самостоятельно решить вопрос изгнания англичан из Франции не привели к положительному исходу. Наоборот, англичане с каждым годом расширяли подконтрольные им территории, постепенно продвигаясь на юг к Луаре. Для французского правительства стало очевидным, что успех возможен лишь на пути примирения с Бургундией и прекращения внутреннего конфликта во Франции. Для этого необходимо было расколоть англо-бургундский союз и пойти на переговоры с Филиппом Добрым. Такая возможность вскоре представилась. В 1422—1426 гг. в англо-бургундских отношениях возникли серьезные осложнения. Причиной этих осложнений стали давние притязания Англии на господство в Нидерландах [5, с. 344—346].

Воспользовавшись этим, дофин попытался добиться возобновления переговоров с герцогом Бургундским, действуя через представителей папы и герцога Амедея VIII Савойского (родственника Филиппа Доброго). В январе 1423 г. в Бурге состоялась первая конференция представителей герцогов Бургундского и Савойского. Осенью 1423 г., во время свадьбы Артура де Ришмона и Маргариты Бургундской, произошла личная встреча герцогов Бургундского и Савойского. В 1425 г. в Маконе по случаю заключения второго брака Филиппа Бургундского с Бонной д’Артуа собрались посольства Бретани во главе с графом де Ришмоном, Савойи во главе с Амедеем Савойским и, что показательно, Франции во главе с Карлом де Бурбоном [13, p. 564—565]. Состоявшиеся встречи не привели к изменению политической ситуации, но настроили герцога Бургундского на более миролюбивый тон в отношении дофина и его сторонников. Кроме того, перед решительными действиями в Нидерландах герцог Бургундский хотел обеспечить свои тылы и на время минимизировать войну с дофином. Однако до франко-бургундских переговоров дело не дошло. Англия пошла на уступки, отказавшись от претензий на земли Нидерландов. Англо-бургундский союз был сохранен, хотя и дал трещину.

Очередное обострение англо-бургундских отношений произошло в 1429 г. во время осады англичанами Орлеана. Отчаявшиеся жители города, не желая сдаваться иноземцам, предложили сдать город герцогу Бургундскому. Герцог Бургундский обратился к Бэдфорду. Однако регент Франции и его Совет ответили отказом. Бэдфорд заявил, что он «не намерен расчищать кустарник для того, чтобы другие ловили в нем птиц» [7, c. 137]. Обиженный на англичан, герцог Бургундский удалился во Фландрию. Из-под Орлеана были отозваны бургундские отряды. В какой степени они ослабили силы англичан, сказать трудно. Однако 8 мая 1429 г. армия дофина, во главе которой он поставил Жанну д’Арк, сняла осаду с Орлеана [8]. 18 июня англичан ждала очередная крупная неудача — поражение в битве при Патэ. Их потери составили от 2000 до 4000 человек. Был пленен граф Тальбот, один из лучших английских военачальников [4, с. 96—97].

Герцог Бургундский был настолько рассержен на англичан, что не мог скрыть этого даже от иностранных представителей при бургундском дворе. Так, в своей хронике венецианец А. Морозини отмечает, что герцог Бургундский радовался поражению англичан под Орлеаном не менее, чем другие: «Если меня спросят конфиденциально, я скажу, что сеньор герцог, который находится здесь, испытывает удовольствие, как и другие. И это потому, что в его интересах, чтобы могущественные англичане были бы слегка побиты и чтобы другие, воюя, обращались совместно в прах… Но я вам скажу, если бы герцог Бургундский желал, хотя бы на словах, помочь своему родичу из другой партии, без сомнения, что уже ко (дню) Святого Иоанна (24 июня) ни осталось бы (во Франции) ни одного англичанина, способного к войне» [14, p. 35—39].

Развивая успех, Карл VII попытался договориться с бургундской стороной. 30 июня его советник ла Тремойль начал переговоры с представителями герцога Бургундского. 16 августа 1429 г. в Аррас прибыло французское посольство во главе с епископом Реймсским Реньо де Шартром и «буквально умоляло герцога остаться в стороне, не вмешиваться, предлагая большие привилегии» [13, p. 611—612]. Карл VII через архиепископа Реймсского извинялся за убийство Жана Бесстрашного, оправдываясь молодостью и тем, что он «был управляем людьми, которые не руководствовались интересами страны и общественного блага» [13, p. 611—612]. Усилия по заключению перемирия предпринимались не только французской, но и бургундской стороной, поскольку большая часть герцогского Совета желала примирения, за исключением Юга де Ланнуа, бургундца, входившего в Совет короля Англии, и главы герцогского Совета, епископа Турне Жана де Торси. Герцог был склонен к заключению мира, потому что очевидным было усиление французской партии и «большинство в стране желало, чтобы был заключен мир между королем и герцогом Бургундским» [13, p. 611—612]. Он дал понять французским послам, что согласился бы на мирную конференцию в Аррасе в 1430 г. при посредничестве герцога Савойского [4, с. 117—118].

В итоге 28 августа 1429 г. в Компьене было подписано перемирие на 4 месяца. Позднее было договорено о созыве 1 апреля 1430 г. конференции в Осере. Под этим предлогом франко-бургундское перемирие продлили до 15 марта 1430 г. [4, с. 133]. Однако в силу различных обстоятельств конференция так и не началась.

В течение 1432 г. французская сторона предпринимала попытки сесть за стол переговоров с бургундцами и англичанами. В начале года в Бургундию ездил епископ Реймсский. В конце 1432 г. в Осере и Мелуне проводились англо-франко-бургундские переговоры, которые не привели к положительному результату [12, p. 160].

Одновременно с ухудшением англо-бургундских отношений французское правительство предпринимало настойчивые шаги, чтобы склонить герцога Бургундского к заключению мира. К 1434 г. относится очередная попытка Карла VII активизировать внешнюю политику в отношении Бургундии. В этом году был заключен франко-имперский антибургундский договор, который был ни чем иным, как попыткой политического давления на герцога Бургундского (реальную военную помощь император, завязший в войнах с гуситами, вряд ли мог оказать) с целью склонить последнего к переговорам [11].

Карл VII также предпринял попытку заключить антибургундский союз с Венецианской республикой. Однако Венеция, заинтересованная в торговле с Нидерландами, не пошла на союз с Францией и отказала ей в просьбе о помощи [6, с. 58].

С лета 1434 г. начинаются непосредственные переговоры о проведении мирной конференции между Англией, Францией и Бургундией. Вероятнее всего, эти переговоры были секретные: «и причиной, почему данные переговоры велись тихо, была надежда на приближение окончательного мира между королем Франции и герцогом Бургундским…» [13, p. 683].

Важным моментом во франко-бургундском сближении сыграли мирные переговоры между герцогами Бургундским и Бурбонским осенью 1434 — зимой 1435 гг. После двухнедельной осады и взятия бургундцами стратегически важного замка Бельвиль осенью 1434 г. герцог Бурбон пошел на переговоры с Филиппом III Добрым. Первая встреча состоялась в Маконе и 4 декабря 1434 г. сторонами был подписан мирный договор, ратифицированный позднее на конференции, состоявшейся в январе—феврале 1435 г. в Невере [17, p. 97]. К переговорам подключились коннетабль де Ришмон и канцлер Франции Реньо де Шартр, которые прибыли с многочисленным сопровождением. Переговоры велись в течение нескольких дней и были успешными. Французская сторона предложила герцогу Бургундскому условия компенсации за смерть Жана Бургундского, которые, видимо, устроили Филиппа III Доброго, поскольку было договорено об очередной генеральной встрече летом 1435 г.
в Аррасе [13, p. 687—689].

Переговоры в Аррасе начали готовиться бургундской стороной сразу после окончания конференции в Невере. Во Фландрии и Брабанте герцогом были созваны Советы, где решались вопросы по обеспечению переговоров в Аррасе. К королю Англии было направлено посольство во главе с Югом де Ланнуа и сеньором де Кревкером с предложением о проведении переговоров о заключении мира между Англией и Францией. Англичане ответили согласием [13, p. 690].

В июле 1435 г. в Аррас прибыли посланник папы кардинал де Сен-Круа и представитель Базельского собора кардинал Кипрский в сопровождении значительного числа прелатов и докторов теологии [13, p. 695].

Практически сразу за представителями церкви прибыла английская делегация. В состав делегации численностью до 200 человек вошли архиепископ Йоркский, граф Суффолк, епископ Сент-Девидский, хранитель личной печати короля Джон Рэдклиф и другие лица [13, p. 695].

В это же время (28 июля) в Аррас прибыл и сам герцог Бургундский. Вместе с ним прибыли союзники и вассалы Бургундского дома: герцог Гельдернский, граф Нассау, епископ Камбрэ, епископ Льежский, граф де Водемон, граф де Невер, графы де Сен-Поль и де Линьи и вообще «большая часть всей знати страны упомянутого герцога (Бургундского)» [13, p. 696].

30 июля в Аррас прибыла французская делегация, возглавляемая кузенами Филиппа III Доброго герцогом де Бурбоном и графом де Ришмоном. В состав делегации вошли также канцлер Франции Реньо де Шартр, граф де Вандом и многие другие представители церкви, знати и чиновничества, всего около 400—500 человек. Французов герцог Бургундский встречал лично. Стороны выказывали по отношению друг к другу большое дружелюбие и радость по поводу встречи [13, p. 696—698].

В Аррас прибыли представители многих европейских государств: Священной Римской империи, королевств Сицилии, Кастилии, Арагона, Португалии, Наварры, Дании, Польши, Кипра, Романии (Византии?) и даже некой Азии также представители герцогов Миланского и Бретонского, коммун Голландии, Зеландии, Фландрии, Брабанта, Эно, Намюра, Бургундии и многих других земель [13, p. 696—698].

19 августа английская делегация была усилена прибывшим в Аррас в сопровождении 300 человек кардиналом Винчестерским, после чего стороны приступили непосредственно к переговорам, которые проходили в аббатстве Сен-Вааст. Переговоры велись более двух недель и были крайне трудными. Французская делегация предлагала английскому королю отказаться от титула короля Франции, за что отдавала ему Гиэнь и Нормандию на правах вассалитета. Однако английская делегация на это предложение не согласилась, потребовав полностью независимых от Франции Гиэни и Нормандии. Переговоры зашли в тупик. 7 сентября английская делегация покинула Аррас [13, p. 699].

Оставшиеся в Аррасе французская и бургундская стороны продолжили переговоры и 21 сентября подписали договор о мире, чему посодействовала смерть 14 сентября регента Франции герцога Бэдфорда [13, p. 700—703]. Чтобы очистить совесть герцога Бургундского от сомнений, по поводу отказа от статей Труасского договора 1420 г., папский легат кардинал де Сен-Круа от имени папы освободил герцога от присяги, данной английскому королю [3, с. 273].

Подписание франко-бургундского мирного договора стало возможным в силу ряда причин: 1) усилий французской дипломатии, на протяжении 16 лет добивавшейся различными путями расторжения англо-бургундского союза; 2) военных и политических успехов Франции (снятие осады c Орлеана и коронация Карла VII) и возникшей в связи с этим опасности потери Бургундией Пикардии; 3) военных неудач Англии и нараставших на протяжении многих лет англо-бургундские противоречия; 4) желания большинства подданных герцога Бургундского заключить мир с Францией [10].

Аррасский договор состоит из преамбулы и 43 статей [19, p. 116—151]. В преамбуле герцог Бургундский констатировал, что английская сторона не желает подписания мирного договора, призвал в свидетели этого церковь и объявил о заключении мира с Францией. В свою очередь, французское посольство от имени Карла VII подтвердило непричастность короля к убийству Жана Бургундского и предложило Филиппу III Доброму компенсацию за смерть его отца. Этой теме в договоре посвящено 10 статей. Карл VII взял на себя обязательство изгнать из Франции и Дофинэ всех причастных к убийству на мосту у Монтеро и конфисковать их имущество; под страхом смертной казни запрещалось всякое покровительство убийцам; в церкви Монтеро учреждалась поминальная месса по всем погибшим на мосту, на что ежегодно должно было выделяться 60 парижских ливров; здесь же основывался картезианский монастырь для настоятеля и 12 монахов, которым в течение их жизни выплачивалось ежегодно по 800 парижских ливров на содержание монастыря; поминальная месса учреждалась также и в дижонском картезианском соборе; на мосту у Монтеро, на месте убийства Жана Бургундского, возводился крест, а также в течение 1437—1439 гг. французская сторона обязывалась уплатить Филиппу III Доброму 50 тыс. «старых» золотых экю компенсации [19, p. 119—130].

Следующие 15 статей договора оговаривали королевские уступки герцогу Бургундскому, касавшиеся ряда территориальных владений и королевских прерогатив в них. Так, герцогу Бургундскому передавались города и графства Макон и Сен-Жангон со всеми сеньориальными правами — фьефами, арьер-фьефами, патронажем церквей и др. Эти права распространялись также и на наследников герцога. Королем передавались города и графства Осер и Булонь, графство Понтье, шателения Бар-сюр-Сен как коронное держание города, шателении и превотства Перрон, Мон-Дидье и Руа со всеми правами как коронное держание, города на Сомме — Сен-Кантен, Корби, Амьен, Аббвиль, Сен-Рикье, Кревкер, Арле, Мортань. Однако особо оговаривалось, что король может выкупить эти города за 400 тыс. «старых» золотых экю. Герцогу Бургундскому передавались также право на сбор всех государственных налогов с Бургундии, Шароле и Маконе, патронаж церквей и аббатства Люксель в графстве Бургундском. Графству Артуа предоставлялась помощь в 14 тыс. франков [19, p. 130—141].

Две статьи договора относились к племяннику герцога Жану Бургундскому, которому король передавал сеньорию Гиэнь-сюр-Луар с графством Этамп и сеньорией Дурдан. Жану и его брату графу де Невер выплачивалось 32 200 золотых экю [19, p. 141—143].

Особо следует выделить статью, в которой оговаривалось, что герцог Бургундский не обязан королю за свои земли во Франции ни фуа (феодальная клятва), ни оммажем (церемония введения в вассальные права), ни службой [19, p. 143—144]. Это было фактическое признание королем независимости герцога Бургундского от французской короны. Но герцог Бургундский обязан принести фуа и оммаж наследнику Карла VII в случае смерти последнего. В случае смерти герцога Бургундского его наследник также должен принести фуа и оммаж нынешнему королю Франции. В свою очередь, герцог Бургундский признавал Карла VII законным королем Франции [19, p. 144].

Король Франции брал на себя обязательство в случае войны между Англией и Бургундией оказывать помощь последней и не заключать сепаратного мира с англичанами без согласия бургундской стороны. Король Франции отказывался также от договора с императором Сигизмундом Люксембургом, направленного против Бургундии [19, p. 145—147].

Так как группировка приверженцев бургундских герцогов была в этот период наиболее представительной среди парижских робенов (людей мантии), то король обещал уважать права «людей герцога» [9, с. 141].

Ряд статей договора оговаривал его процессуальные стороны [19, p. 146—151]. Договор передавался кардиналам де Сен-Круа и Кипрскому для ознакомления с ним папы и Базельского собора.

Подписание Аррасского договора было важнейшим политическим событием последнего этапа Столетней войны.

Во-первых, несмотря на беспрецедентные уступки Карла VII герцогу Бургундскому, это была крупнейшая победа французской дипломатии, позволившая коренным образом изменить ход войны с Англией и, что крайне важно, положить конец гражданской войне бургиньонов и арманьяков.

Во-вторых, это был очень удачный внешнеполитический ход Филиппа III Доброго, который, благодаря договору, смог обеспечить независимость от французской короны и сохранить все завоеванные и полученные от англичан территории [16, p. 197—198]. Кроме того, Аррасский конгресс дал возможность герцогу Бургундскому достойно отказаться от союза с Англией и перейти на сторону Франции, не теряя лица в глазах своих подданных и посольств европейских государей. Очевидно, что конференция нужна была не для того, чтобы помирить англичан и французов. Их позиции были широко известны и не менялись в течение десятилетий, да и причин для каких-либо изменений практически не было: ни одна из сторон не имела на данном этапе заметного перевеса. Конференция была необходима Бургундии, чтобы обвинить Англию в нежелании договариваться и заключить сепаратный мир с Францией [5, с. 374].

Таким образом, на основании вышеприведенных фактов можно сделать следующие выводы:

1) англо-бургундский союз был результатом длительного внутриполитического противостояния группировок арманьяков и бургиньонов во Франции, приведшего к убийству в 1419 г. арманьяками Жана Бесстрашного, сепаратистских устремлений герцога Бургундского, а также тесных экономических связей Англии и Фландрии;

2) в период 1419—1435 г. между Англией и Францией шла дипломатическая борьба, целью которой было привлечение на свою сторону Бургундии. До 1430 г. герцогу Бэдфорду удавалось, благодаря гибкой политике, сохранять достаточно тесный союз с герцогом Бургундским, несмотря на ряд серьезных кризисов. Для периода 1430—1434 г. характерны выжидательная и нейтральная позиция герцога Бургундского, постепенное сворачивание англо-бургундских отношений, интенсификация переговоров с французской стороной;

3) Аррасский договор стал переломным моментом на последнем этапе Столетней войны: он привел к заключению мира между Францией и Бургундией, фактически предоставил независимость Бургундии от французской короны, предопределил победу Франции в Столетней войне.

Литература

1. Басовская, Н. И. Столетняя война 1337—1453 гг. / Н. И. Басовская. — М.: Высш. шк., 1985. — 185 с.
2. Басовская, Н. И. Столетняя война: леопард против лилии / Н. И. Басовская. — М.: Астрель; АСТ, 2003. — 428 с.
3. Грабарь, В. Э. Вселенские соборы западно-христианской церкви и светские конгрессы XV века / В. Э. Грабарь // Средние века. — М.; Л.: Наука, 1946. — Вып. 2. — С. 253—277.
4. Перну, Р. Жанна д’Арк / Р. Перну, М.-В. Клэн; пер. с фр. Н. И. Басовской. — М.: Изд. группа «Прогресс», «Прогресс—Академия», 1992. — 526 с.
5. Перруа, Э. Столетняя война / пер. с фр. М. Ю. Некрасова. — М.: Вече; СПб.: Евразия, 2006. — 480 с.
6. Плешкова, С. Л. К истории купеческого капитала во Франции в XV в. (Жак Кер и его деятельность) / С. Л. Плешкова. — М.: Изд-во Москов. ун-та, 1977. — 181 с.
7. Райцес, В. И. Жанна д’Арк. Факты, легенды, гипотезы / В. И. Райцес. — Л.: Наука, 1982. — 200 с.
8. Райцес, В. И. Жанна д’Арк / В. И. Райцес // И живы памятью столетий / под ред. Ю. Е. Ивонина, Н. А. Гусаковой. — Минск: Университетское, 1987. — С. 79—99.
9. Уваров, П. Ю. Университет и социальная мобильность французских буржуа XIV—XVI вв. / П. Ю. Уваров // Господствующий класс феодальной Европы. — М., 1989. — С. 127—148.
10. Черкасов, Д. Н. Аррасский договор 1435 г. и его роль во франко-бургундских отношениях / Д. Н. Черкасов // Весн. Беларус. дзярж. ун-та. Сер. 3. Гісторыя. Філасофія. Псіхалогія. Паліталогія. Сацыялогія. Эканоміка. Права. — 2002. — № 3. — С. 26—29.
11. Черкасов, Д. Н. Священная Римская империя во внешней политике Бургундии (1419—1467 гг.) / Д. Н. Черкасов // Журн. междунар. права и междунар. отношений. — 2006. — № 2. — С. 57—61.
12. Champion, P. Splendeurs et miseres de Paris (XIV—XV siecles) / P. Champion. — Paris: Calmann—Levy, 1934. — 287 p.
13. Choix de chroniques et mémoires sur l`histoire de France, avec notices biographique par L. A. Buchon. Chroniques d’Engerrand de Monstrelet. — Paris: A. Desres, Libraire-éditeur, 1836. — 859 p.
14. Chronique d’Antonio Morosini. En 4 t. T. 2: 1429—1433. — Paris: Librairie renouard, 1901. — 392 p.
15. Cosneau, E. Le connétable de Richmont (Arthur de Bretagne), 1393—1458 / E. Cosneau.— Paris: Hachette, 1886. — 712 p.
16. Dickinson, J. G. The congress of Arras 1435: a study in medieval diplomacy / J. G. Dickinson. — New York: Biblo and Tannen, 1972. — 266 p.
17. Kleinclausz, A. Histoire de Bourgogne / A. Kleinclausz. — Paris: Librairie Hachette et C., 1909. — 453 p.
18. Lecesne, E. Le congrès d’Arras en 1435 / E. Lecesne // Memoires de l’Académie des sciences, lettres et arts d’Arras. T. VII, serie II. — Arras: Typographie et lithographie de A. Courtin, 1875. — P. 237—273.
19. Les Grands traites de la Guerre de Cent Ans, poublies par E. Cosneau. — Paris: Alphonse Picard, 1889. — 190 p.
20. Offenstadt, N. Faire la paix au Moyen Âge / N. Offenstadt. — Paris: Odile Jacob, 2007. — 502 p.
21. Taverne A. de la, Journal de la paix d’Arras. Faite en l’abbaye royale de Sainct Vaast. Entre le Roy Charles VII & Philippes (sic) le Bon Duc de Bourgongne Prince Souverain des Pays-Bas / A. de la Taverne. — Paris: L. Billaine, 1651. — 329 p.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.