журнал международного права и международных отношений 2012 — № 4


международные отношения

Военная сила как основной структурный элемент военной безопасности белорусского государства

Александр Гламазда

Автор:
Гламазда Александр Васильевич — кандидат философских наук, доцент, профессор кафедры военной стратегии факультета Генерального штаба Вооруженных Сил Военной академии Республики Беларусь

Рецензенты:
Селиванов Андрей Владимирович — кандидат исторических наук, заместитель декана факультета международных отношений Белорусского государственного университета
Тиханский Александр Иванович — кандидат социологических наук, доцент, профессор кафедры военной стратегии факультета Генерального штаба Вооруженных Сил Военной академии Республики Беларусь

Военная безопасность — это составная часть, важнейший компонент национальной безопасности, которая определяет состояние обороноспособности страны и ее возможности по обеспечению защиты национальных интересов средствами вооруженного насилия.

Военная доктрина Республики Беларусь определяет военную безопасность (важнейший компонент национальной безопасности) как «способность государства реализовать всю совокупность имеющихся в его распоряжении сил, средств и ресурсов с целью предотвращения, локализации и нейтрализации военных угроз, создания благоприятных условий для организации вооруженной защиты его интересов» [9, п. 6, гл. 1].

Военная безопасность характеризует способность государства противодействовать возникновению войны, вовлечению в войну, а в случае ее возникновения — способность свести к минимуму ущерб и разрушительные последствия для национальной безопасности страны.

Требуемый уровень военной безопасности достигается при наличии всего комплекса структурных компонентов — как чисто военных, так и политико-дипломатических, экономических, морально-психологических и других, — формируемого целенаправленными и скоординированными усилиями государственных институтов.

Военный компонент включает в себя военную организацию общества, создаваемую для обеспечения военной безопасности путем возможного или реального применения военной силы.

Целью данной статьи является анализ ситуации и функций военной силы в рамках военной безопасности белорусского государства.

Понятие «сила» в общественных отношениях представляет собой способность субъектов (людей, общественных групп, государств) оказывать воздействие друг на друга при помощи каких-либо средств: физических, материальных, психологических и др. Цель воздействия — достижение определенных преимуществ перед другими субъектами.

Сила в отношениях между государствами или социальными группами, применяемая для достижения политических целей, называется политической силой. Политические цели — это борьба за власть, за ее удержание или за участие в ее осуществлении. Политическая сила может иметь различные подвиды: экономическую, военную, духовную, морально-психологическую и др. В полном объеме ими обладает государство.

Кроме государства субъектами политической силы, т. е. ее носителями, могут быть:

  • во-первых, различные легитимные организации: политические партии, общественные объединения, общественные движения — все они отстаивают свои интересы в рамках закона и опираются на свои возможности;
  • во-вторых, политические формирования нелегитимного характера: террористические, сепаратистские, криминальные и др. Сила нелегитимных формирований может быть весьма серьезной под влиянием помощи заинтересованных зарубежных и международных организаций.

Следовательно, политическая сила может быть как легитимной, так и нелегитимной.

Военных руководителей удовлетворяет понимание того, что разновидностью политической силы является сила военная. И если она принадлежит государству, то она легитимна по своей сути.

Дадим определение понятию «военная сила». Для этого используем несколько источников.

Во-первых, учебное пособие «Военно-политические процессы в мире и в России». В данном издании военная сила определяется как «средство политики государств, их союзов, а также социальных групп или организаций, представляющая собой степень и интенсивность реального воздействия собственной военной мощи на иные субъекты общественной жизни, систему внутри- и межгосударственных отношений в целях реализации национальных, региональных, корпоративных и иных интересов» [6, с. 24—25].

Во-вторых, Военный энциклопедический словарь, изданный в 2007 г. В словаре отмечается, что «Сила военная — это совокупность средств вооруженного принуждения, применяемых государством и другими субъектами политики для достижения внутри- и внешнеполитических целей. Включает вооруженные силы и другие воинские формирования и военные органы, создаваемые государством, а в ряде случаев политическими партиями и движениями. Может использоваться в форме непосредственного применения и опосредованно, как угроза силой. Служит либо для защиты общества и государства от вооруженного насилия извне или внутри страны, либо для осуществления военной экспансии, борьбы против законной государственной власти. Устав ООН признает правомерным применение Силы военной в целях самообороны и по решению Совета Безопасности в случае угрозы миру, нарушения мира или акта агрессии» [4, с. 851].

В-третьих, отечественный Сборник основных военных терминов и понятий. В данном издании военная сила трактуется как «совокупность Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов военного управления. Военная сила является фактором сдерживания силового давления на государство и его союзников со стороны другого государства или коалиции государств, обеспечения политическому руководству страны свободы выбора при принятии решений. При исчерпании возможностей устранения военной угрозы мирными средствами военная сила применяется как крайнее средство защиты жизненно важных интересов страны» [11, с. 53].

Наиболее содержательным является второе определение, так как в нем представлена сущностная характеристика военной силы. Ведь это действительно именно совокупность средств вооруженного принуждения, которые применяются субъектами политики для достижения своих целей.

Вторая и третья формулировки понятия военной силы едины в определении ее структуры. Структурными элементами военной силы являются:

1) вооруженные силы государства и (или) вооруженные отряды других субъектов политики;

2) другие войска и воинские формирования государства (внутренние войска МВД, КГБ, подразделения МЧС) и других субъектов политики;

3) органы военного управления государства и других субъектов политики.

Можно выделить пять особенностей военной силы:

1) по своему измерению военная сила может быть максимальной или реальной величиной. Максимальная величина выражается в уровнях развития потенциалов, т. е. возможностей, которыми располагает государство (военных, экономических, научных и др.). Реальная величина военной силы обычно ниже максимальной. Это связано с уровнем боеготовности армии и способностью военно-политического руководства эффективно использовать военную силу.

Хотелось бы отметить возросший интерес военно-политических аналитиков к максимальной величине военной силы, или к национальной мощи государства как совокупности потенциалов. Этот интерес приобрел вид конкретных количественных оценок, для получения которых используются различные методы и подходы [см. подробнее: 2]. Не вдаваясь в долгие рассуждения и оценки этих методов, приведем формулу расчета национальной мощи, предложенную еще в 1975 г. ученым, аналитиком, сотрудником ЦРУ Р. Клайном

P = (C + E + M) (S + W),

где P — мощь государства; С — население и территория; E — экономические возможности; M — военная мощь; S — коэффициент национальной стратегии; W — воля по достижению целей национальной стратегии [2].

Данная формула неоднократно модернизировалась различными авторами, что нисколько не умаляет ее значение;

2) изменчивость военной силы в процессе ее использования. С началом использования военной силы по назначению ее количественные, да и качественные характеристики начнут уменьшаться. Это будет оказывать очень
серьезное влияние на выполнение вооруженными силами государства задач в военное время;

3) зависимость использования военной силы от состояния военно-политической ситуации в стране и в мире. Реальное использование военной силы в целях достижения каких-либо политических целей есть вооруженное насилие. Это крайнее средство применения силы государством, когда другие средства не привели к успеху;

4) тенденция роста «коммерциализации» военной силы в развитых странах Запада, очень быстрое увеличение количества частных военных компаний. Так, за первые 9 месяцев президенства Б. Обамы число armed security contractors Департамента обороны США выросло на 236 % — с 3184 до 10 712. Сейчас число частных контрактников в Афганистане составляет по разным оценкам от 22 до 30 % вооруженных сил США. И это без учета тех, кто работает на Госдепартамент или ЦРУ (а на ЦРУ, в частности, в Афганистане работают Blackwater) [12].

Частные военные компании (ЧВК) (англ. Private military company) — негосударственные компании, уполномоченные государством на решение военных задач. Сферы деятельности частных военных компаний следующие: охрана дипломатов США в Багдаде; набор личного состава для американского контингента международных полицейских миссий и управление ими; охрана багдадского аэропорта; охрана нефтяных месторождений и трубопроводов Ирака; охрана энергетической системы Ирака; охрана посольств США и охрана президента Афганистана; сопровождение конвоев ООН в Ираке и Афганистане; обучение армий Ирака и Саудовской Аравии; предоставление услуг военных переводчиков; охрана тюрем в Ираке и Афганистане; разминирование минных полей и уничтожение неразорвавшихся боеприпасов; противопожарная защита; тыловое снабжение войск; авиаразведка; защита морских судов от пиратов [12];

5) различие важности отдельных функций военной силы в разных районах мира. Так, в Юго-Восточной Азии, Африке, Латинской Америке, на Ближнем Востоке роль военных в политической жизни своих стран очень велика, а в государствах — членах НАТО сохранение военно-политического союза придает военной силе определенные, уже традиционные черты. В то же время, развивающихся странах военная сила имеет свои, непохожие на другие регионы, свойства.

Например, в большинстве конституций арабских стран имеются статьи, которые устанавливают правовой статус вооруженных сил. Таким образом государство стремится закрепить свой контроль над армией, одновременно придав ей характер «народности». Роль армии как важного института политической системы в арабских странах определяется также через наделение главы государства широкими военными и внешнеполитические полномочиями.

Важным условием предотвращения открытого вмешательства военных в политику является повышение их статуса в обществе. В конце XX — начале XXI в. карьера военного в странах Востока по-прежнему считалась престижной и выгодной с материальной точки зрения. Однако по сравнению с периодом 1950—1970-х гг. в результате развития образования и совершенствования технологической базы, появления новых профессий положение изменялось. Молодежь из столичных городских центров, особенно с дипломом университета, сдержаннее относится к службе в армии. Поэтому социальный состав арабских армий все более пополняется за счет рекрутирования в вооруженные силы молодежи из малообразованных, бедных слоев и наиболее преданных власти групп населения.

Одними из наиболее распространенных средств контроля над вооруженными силами являлись: индивидуальное материальное стимулирование военных и финансовая поддержка армии в целом. Удовлетворение корпоративных потребностей армии и личных интересов высшего командного состава имело целью сформировать устойчивую материальную заинтересованность внутри военной элиты в сохранении правящего режима.

Во многих арабских странах стали устанавливаться специальные формы контроля над армией, а формой такого контроля служило увеличение служб безопасности и создание так называемых «параллельных» военных ведомств. Наряду с выполнением задач по обеспечению безопасности спецслужбы зачастую имели бóльшее влияние на главу государства в определении политики существующей власти. Важной чертой таких военных структур стал тот факт, что они могли быть использованы скорее для подавления внутренних беспорядков, чем для защиты государства от внешнего противника.

Важным инструментом политического контроля над всеми силовыми структурами государства явилась кадровая политика арабских лидеров. Основной ее целью было использование разнообразных методов управления кадрами с тем, чтобы исключить малейшую возможность возникновения в вооруженных силах оппозиции, способной подорвать власть. В основе таких кадровых перемещений лежали не профессиональные качества офицера, а родственные связи и принцип личной преданности.

Рассматривая политическую роль вооруженных сил на арабском Востоке, вряд ли правомерно вести речь о снижении риска захвата государственной власти военными как об устойчивой тенденции. Даже в последней четверти ХХ — начале XXI в. армия неоднократно вмешивалась в политическую жизнь различных арабских государств. Так, в конце 1980-х гг. южнойеменская армия установила контроль на юге страны и фактически способствовала ее объединению с севером. Похожая ситуация сложилась в Алжире в начале 1990-х гг., где военные отменили выборы в представительные органы власти, чтобы снять угрозу прихода к власти исламских радикалов.

Подобное развитие ситуации нельзя исключать и в ряде других арабских стран Ближнего Востока, где весьма напряженная внутренняя ситуация усугубляется общим негативным фоном региональных процессов и воздействием внешнего фактора. К тому же на этапе перехода от авторитаризма к демократии предпосылки для неожиданных действий армий значитально усиливаются, особенно в условиях глубокого социального кризиса в результате слишком поспешного перехода от одной общественно-политической системы к другой [1, с. 91—97].

Военная сила государства выполняет ряд очень важных функций. Определение этих функций производится по-разному. Мы воспользуемся определением функций военной силы, данным в учебном пособии В. И. Лутовинова и Ю. Н. Мотина [6, с. 32—34]. Функциями военной силы, по мнению этих авторов, являются:

1) обеспечение национальной безопасности и обороны государства — главная функция. Она остается одинаковой для всех стран, какими бы миролюбивыми они ни были;

2) достижение победы в бою — традиционная функция военной силы. По мере совершенствования средств вооруженной борьбы и способов их применения эта функция постепенно утрачивает свое значение. Разрушительные последствия войн, огромные материальные и моральные потери при сомнительных политических приобретениях, слишком высокая цена при необходимости сломить открытое вооруженное сопротивление противника заставляют критически оценить сущность
победы вообще.

Не является ли победой в современных условиях недопущение вооруженного столкновения и сохранение мирных условий развития отношений между различными субъектами политики? Естественно, что залогом такой победы все равно служит вполне реальная сила государства, в том числе и военная ее составляющая. При возникновении принципиальных проблем мало кто считается со слабыми. Формула Г. Гроция «si vis pacem, para bellum» («хочешь мира — готовься к войне») приобретает в этом контексте несколько иное звучание, поскольку достаточная военная сила наряду с другими средствами обеспечивает той или иной стране выгодные позиции и реальные преимущества на двустороннем, региональном и глобальном уровнях.

Конфликтные зоны остаются в разных районах мира. Совершенствование вооружений, прежде всего качественное, продолжается. Источниками конфликтов выступают терроризм, преступность, безудержные проявления неофашизма, экстремизма и сепаратизма.

Перечисленные источники возможных военных конфликтов и войн говорят о том, что их невозможно предотвратить с помощью одной лишь силы. В первую очередь нужны политические, экономические и технологические решения;

3) достижение крупных политических целей посредством прямого вооруженного насилия. В современных условиях сводится до минимума возможность выполнения этой одной из важнейших функций военной силы. Возрастает значение и расширяются возможности косвенных и скрытых форм ее использования. На смену традиционному «европейскому хирургическому» применению силы приходит «азиатская акупунктурная терапия» — использование высокоточного, избирательного, «зрячего» оружия с ограниченными задачами, локально нацеленного.

Для последних десятилетий XX в. характерными стали реальные шаги по введению правовых ограничений и запретов на применение некоторых видов оружия, способного наносить значительный ущерб лицам, не имеющим прямого отношения к конфликтующим сторонам. Определенные меры на много- и двусторонней основе предпринимались по ограничению ядерного, химического и бактериологического оружия. Международным преступлением считаются преднамеренные действия одного государства, причиняющие экологический ущерб другому государству, так как нарушение локального биогеоценоза влияет на экосистемы всей планеты. Настоятельно требует введения в правовые рамки производство и применение новых, экзотических видов вооружений: лазерного, акустического, генетического, этнического, психотронного, геофизического и пр. [3, с. 109]. Все это существенным образом влияет на характер функций военной силы;

4) политическое давление на другие государства, межгосударственные отношения, систему внутриполитических связей. По мере развития системы международной безопасности и международного права, возрастания значения общественных движений и организаций, а также СМИ снижаются роль и значение этой функции военной силы. Но зато возрастает значение «мягкой силы».

Процессы глобализации и интенсивное возрастание роли информационного фактора в мировой политике ХХІ в. убедительно свидетельствуют о невозможности игнорирования потенциала «мягкой силы» ни одним государством, претендующим на мировое или региональное лидерство. Поэтому вопросы использования «мягкой силы» во внешней политике все больше привлекают к себе внимание политологов.

Понятие «мягкая сила» государства впервые было сформулировано в 1990 г. американским исследователем международных отношений Дж. Наем, по мнению которого «мягкая сила» — это способность достигать желаемого путем убеждения и привлечения других к усвоению ваших целей. В отличие от «жесткой силы», опирающейся на «кнут и пряник» военных и экономических рычагов влияния, «мягкая сила» исходит из привлечения оппонентов к вашим идеалам, ценностям, культурным образцам и т. д. Как подчеркивает Дж. Най, оба типа силы важны, но привлечь намного дешевле, чем заставить [см., напр.: 3].

При этом использование «мягкой силы» не только не исключает наличия у государства «жесткой силы», а, напротив, во многом опирается на его экономическую и военную мощь, которые повышают его статус и влиятельность на международной арене. «Жесткая сила» также может оказывать позитивное влияние на международный авторитет государства и укреплять его «мягкую силу», как, например, в случае использования экономического потенциала для оказания гуманитарной помощи бедным странам, а военного — для участия в миротворческих операциях. А может, наоборот, подрывать доверие к данному государству и, следовательно, его международный авторитет, к примеру, вследствие нелегитимных действий на международной арене. Наиболее эффективным на сегодняшний день считается подход, предполагающий сбалансированное и взаимодополняющее использование этих двух типов внешнеполитического влияния (так называемая «умная сила»), что позволяет достигнуть синергетического эффекта взаимного усиления.

Потенциал «мягкой силы» государства основывается как на его политическом лидерстве, подкрепляемом экономическими и военными ресурсами, так и на популярности его культуры, политических ценностей, легитимности его внешнеполитического курса. Определенными показателями наличия у государства «мягкой силы» могут служить его международная репутация и имидж, сформировавшиеся в общественном мнении других стран, а также его потенциал информационного влияния и взаимодействия с другими странами (что тоже предполагает политическое и экономическое лидерство на мировом или региональном уровне).

В то же время было бы не совсем правильно отнести «мягкую силу» к однозначно более гуманному и «безобидному» типу влияния по сравнению с «жесткой силой»: ведь преследуя цель привлечь оппонента на свою сторону, можно как учитывать, так и игнорировать его собственные интересы. К открытым методам осуществления «мягкого» влияния (которые предполагают наличие определенной взаимной выгоды от сотрудничества) относятся такие виды информационного взаимодействия, как, например, связи с общественностью, программы культурных и академических обменов, открытие информационно-культурных центров и филиалов неправительственных организаций и т. д.

К скрытым методам информационного влияния относятся преимущественно специальные информационные операции, скрытое финансирование определенных общественных и политических организаций, влияние на информационную политику лояльных СМИ и т. д. Подобные методы, как правило, преследуют цели, расходящиеся с интересами объекта влияния, а их распознавание и осуществление контрмер находятся в компетенции органов, отвечающих за информационную безопасность государства. Тем не менее, любое неосторожное действие, например откровенно пропагандистские заявления через СМИ или публичное разоблачение в распространении дезинформации, могут существенно подорвать доверие к данному государству, а значит, и его репутацию как ключевой ресурс «мягкой силы»;

5) содействие политике предотвращения конфликтов и войн;

6) поддержание политической и военной стабильности. Другими словами, военная сила призвана «гaсить» возможные стихийные страсти политических и военных структур. В этом смысле она выступает как
элемент региональных и глобальных систем безопасности;

7) наказание агрессора — очень важная функция, так как военная сила может быть использована как инструмент совместных акций против него;

8) функция агрессии. Следует иметь в виду, что для некоторых стран военная сила остается функцией агрессии;

9) военное присутствие и военное давление. В современных условиях возросло значение указанных функций военной силы;

10) борьба с терроризмом, организованной преступностью;

11) демонстрация самолюбия, тщеславия тех государств, которые видят в военной силе объект уважительного к себе отношения.

Таким образом, с функциями военной силы произошли существенные изменения.

1. Главенство перешло к так называемым непрямым функциям военной силы:

а) средство обороны,

б) средство политической стабильности,

в) средство обеспечения суверенитета и независимости.

2. Военная сила служит «подкреплением» политики в районах мира, которые рассматриваются как ключевые с точки зрения геополитических, геоэкономических интересов той или иной державы.

Функций военной силы, как мы видим, много. Но, в отличие от прошлых времен, главная из них — ведение войн во имя полной победы — ограничивается в большей степени. Дело в том, что армии, вооруженные силы и поныне непрестанно и повсюду готовятся и совершенствуются как будто для выполнения именно этой невыполнимой задачи — победы в любых войнах. Но ее осуществление становится все менее реальным. А значит, уже давно стали обузой гигантские военные машины, предназначенные для побед и триумфов.

Научно-техническая революция сделала военную силу настолько мощной, что ее прямое использование становится все более опасным. Ее можно использовать только ограниченно, дозированно, в крайних ситуациях. Военные решения даются с гораздо большим трудом, чем раньше. Отсюда распространение по миру локальных войн, но без «абсолютных побед» в духе Клаузевица. Все войны оканчиваются миром, зачастую не приводящим к ожидаемым результатам, как, например, во Вьетнаме, Афганистане, Ираке и т. д.

Роль и место военной силы Республики Беларусь в разрешении кризисных ситуаций и обеспечении военной безопасности проявляются через систему стоящих перед ней задач. Таким общими задачами применения военной силы могут быть:

1) предотвращение военной угрозы;

2) сдерживание возможного агрессора;

3) ликвидация (урегулирование, разрешение) кризисной ситуации.

Предотвращение попыток силового давления на Республику Беларусь со стороны любого государства или коалиции государств, особенно в условиях возможного перерастания военной опасности в военную угрозу, осуществляется путем демонстрации решимости применения военной силы.

Сдерживание заключается в политическом и моральном психологическом воздействии на противника путем демонстрации силы (устрашения силой). Главное предназначение потенциала сдерживания состоит в предупреждении и пресечении попыток государств (коалиции государств) разрешить с помощью военной силы противоречия с Республикой Беларусь и ее союзниками как убедительной демонстрацией решимости применения военной силы. Такая решимость должна заставить противоборствующую сторону отказаться от применения военной силы или от проведения акций военно-силового давления из-за неотвратимости получения мощного превентивного удара.

Таким образом, главным средством предотвращения военной угрозы и сдерживания возможного агрессора является демонстрация
военной силы государства. Как показывает мировой опыт, она довольно часто применяется в отношениях между государствами и при определенных условиях позволяет достигать конкретных политических целей, не прибегая к прямому вооруженному насилию.

Вместе с тем, история знает немало примеров, когда демонстрация военной силы, планировавшаяся в целях предотвращения
войны, способствовала расширению масштабов конфликта и провоцировала противника на неадекватные упреждающие действия. Это свидетельствует о том, что проблема демонстрации военной силы и решимости ее применения требует дополнительного, углубленного исследования и проверки на практике.

В принципе каждая страна стремится к тому, чтобы ее рассматривали как достаточно мощное в военном отношении государство. Это дает возможность выйти из-под влияния или уменьшить возможности по влиянию равной по военной мощи или более сильной державы, а также определенным образом воздействовать на другие, более слабые в военном отношении государства.

Одной из эффективных форм достижения этих целей является демонстрация военной силы, прочно вошедшая в арсенал методов внешней и военной политики. Находясь на стыке дипломатической и вооруженной борьбы, она весьма сложна и противоречива по своему содержанию.

Во-первых, демонстрация военной силы является формой применения вооруженных сил в стратегическом сдерживании.

Во-вторых, это продолжение дипломатических усилий государства, так как в этом случае военная сила «применяется» без вооруженного насилия.

Демонстрация военной силы предполагает наличие:

1) государства-«демонстратора»;

2) государства (государств)-«зрителя»;

3) определенных «демонстрационных» действий первого в отношении второго (других). При этом «зрителю» (стране или группе стран) в прямой или косвенной форме указывается:

а) какие изменения необходимо внести в формы общения с «демонстратором»;

б) что следует сделать или, наоборот, какие шаги не следует предпринимать, так как за ними последует наказание.

Исторический опыт показывает, что демонстрация военной силы осуществляется: в условиях мирного времени; в условиях обострения противоречий (зарождения конфликта и предконфликтного состояния); в ходе военного конфликта.

Назовем лишь основные формы демонстрации военной силы в мирное время:

1) проведение учений или военных маневров;

2) участие в выставках вооружений и военной техники;

3) демонстрация обладания каким-либо видом вооружения, новых возможностей или свойств вооружения и военной техники;

4) испытание нового вида оружия;

5) проведение военных парадов.

Основными факторами, обеспечивающими успех демонстрации военной силы, являются:

а) централизованное руководство и решимость военно-политического руководства;

б) продуманность и согласованность проводимых мероприятий политического, военного, дипломатического, экономического и информационного характера;

в) наличие реальной военной мощи [7].

Многочисленные этнические и межконфессиональные конфликты вызвали к жизни специфическую трансформацию применения военной силы — миротворчество. Это — новое явление военной политики и военного искусства одновременно.

Применение военной силы в нынешних условиях должно осуществляться в иных формах, чем война. К ним можно отнести операции:

  • по поддержанию мира, а порой и элементарного порядка в ряде стран (установление мира, строительство мира, поддержание мира и, наконец, принуждение к миру как форма прямого вооруженного вмешательства);
  • по борьбе с международным терроризмом, наркобизнесом, контрабандой и иными формами организованной преступности;
  • по обнаружению, ликвидации и разоружению незаконных вооруженных формирований, по охране от преступных посягательств на нормальное функционирование основных транспортных артерий и продуктопроводов;
  • по эвакуации населения из горячих районов;
  • по оказанию гуманитарной помощи государствам, народам в зонах конфликтов и стихийных бедствий;
  • по контролю, разграничению и наблюдению за конфликтующими сторонами и достижению политического урегулирования;
  • по оказанию военной помощи дружественным суверенным государствам по охране границ;
  • по контролю за оружием и др.

Разумеется, что наряду с военной силой в этих мероприятиях активно используется весь арсенал дипломатических, экономических, гуманитарных и иных средств.

Особо следует подчеркнуть тот факт, что миротворчество требует надежной международно-правовой базы, высокого морального авторитета политического субъекта, под эгидой которого оно осуществляется. В противном случае оно может легко превратиться в завуалированную форму прямого вооруженного вмешательства во внутренние дела суверенного государства. Миротворческие операции, предполагающие вмешательство военной силы во внутренние дела суверенного государства, вне всякого сомнения должны осуществляться с санкции универсальной международной организации, такой как ООН. Ни НАТО, ни ЕС на такую роль претендовать не могут.

Военная сила, будучи средством политики, в определенных обстоятельствах может выступать и специфическим субъектом политики. Это, как правило, происходит во внутригосударственных конфликтах. Исторический анализ говорит о том, что существует несколько вариантов использования военной силы официальной властью в тех случаях, когда конфронтация между государством и институтами гражданского общества достигает высшей фазы [5, с. 72—73].

Вариант 1. Государство полностью подавило гражданское общество. Военная сила активно участвует в этом процессе. Такая историческая ситуация не бывает продолжительной и завершается, как правило, крушением власти вместе с используемой ею военной силой.

Вариант 2. В конфликте государства и гражданского общества военная сила становится на сторону последнего, помогает уничтожить антинародную и сформировать новую власть, способную решать проблемы, стоящие перед страной.

Вариант 3. Определенные институты гражданского общества, недовольные действиями публичной власти, создают собственную военную силу, способную успешно противостоять силе официальной и в итоге низвергнуть существующий политический режим.

Вариант 4. Официальная военная сила в конфликте между властью и активной оппозицией занимает нейтральное положение в силу низкого авторитета власти, ее политической, экономической или духовной немощи, отсутствия привлекательных ценностей. Этот вариант, как правило, губителен для самой военной силы и вызывает глубочайшие негативные процессы в обществе и политической системе.

Вариант 5. Военная сила сама становится властью. Стихийно или сознательно устанавливается новый режим. Предпосылками для подобной эволюции военной силы могут быть глубокий системный кризис общества, переходные периоды в процессах общественного развития, слабость официальной власти. Развитие событий при подобной ситуации может пойти непредсказуемо в самых различных направлениях: от полного развала государства и общества до достижения ими небывалых успехов и выхода на новый виток прогрессивного общественного развития.

Указанные выше варианты участия военной силы во внутренних конфликтах в силу высокой степени их деструктивности можно назвать нецивилизованными.

В настоящее время все громче заявляет о себе совершенно иной, цивилизованный вариант, который характерен для общественных систем с развитыми формами правового государства и демократического гражданского общества — гражданский контроль. Государство в данном случае не имеет полной монополии на применение военной силы, а последняя ориентируется на защиту жизненных интересов не только властных структур, но и всех граждан, их объединений и организаций. Создается развитая система контроля за военной силой со стороны как политической власти, так и общественности, в том числе и международной. При этом нельзя не вспомнить Женевский центр демократического контроля над вооруженными силами, являющийся международным фондом, деятельность которого базируется на законодательстве Швейцарии. Он является ведущей организацией в области реформы сектора безопасности и сектора безопасности управления. Центр состоит из 54 государств-членов и 4 постоянных наблюдателей. Наша страна стала членом этой структуры в 2002 г. Женевский центр демократического контроля над вооруженными силами концентрирует свою деятельность на таких направлениях, как безопасность, развитие и верховенство закона, которые являются предпосылками мира в государстве [см.: 13].

Сама военная сила функционирует в четком правовом пространстве. Так, Военная доктрина нашего государства констатирует тот факт, что: «Республика Беларусь осуждает войну как средство реализации политики и придерживается принципа неприменения первыми Вооруженных Сил Республики Беларусь, других войск и воинских формирований, создаваемых в соответствии с законодательством Республики Беларусь, при разрешении возможных противоречий… Республика Беларусь рассматривает возможность применения военной силы и участие в военном конфликте (войне) исключительно с целью отражения нападения (акта вооруженной агрессии) и защиты своей территориальной целостности» [9, гл. 1, п. 9].

В Республике Беларусь, как указано в Концепции национальной безопасности, военная безопасность обеспечена на достаточном уровне с опорой прежде всего на политико-дипломатические, информационные и другие невоенные методы. Вооруженные Силы остаются гарантом независимости, территориальной целостности, суверенитета государства. Завершено формирование необходимого нормативно-правового поля функционирования Вооруженных Сил, всех боевых и обеспечивающих систем. Проведенное реформирование позволило придать им современный облик, оптимизировать структуру и численность. Боевая и мобилизационная готовность, уровень оперативной и боевой подготовки, морально-психологическое состояние личного состава позволяют решать поставленные перед ними задачи [10, п. 24].

Концепция национальной безопасности о направлениях обеспечения военной безопасности Республики Беларусь в мирное время (ч. 1) включает:

  • подготовку страны к обороне (важнейшая задача);
  • развитие в обществе патриотизма (этому будет уделено первостепенное значение);
  • воспитание у граждан чувства ответственности за защиту Отечества;
  • повышение мотивации воинской службы;
  • укрепление кадрового потенциала Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и военизированных организаций;
  • развитие вопросов социальной защиты военнослужащих;
  • своевременное и полное финансирование государственных программ в области обороны;
  • изменение структуры оборонных расходов с увеличением общих объемов средств, направляемых на переоснащение Вооруженных Сил в соответствии с современными требованиями;
  • модернизацию инфраструктуры Вооруженных Сил;
  • повышение конкурентоспособности оборонного сектора экономики и его возможностей по созданию современных и перспективных образцов вооружения, военной и специальной техники для оснащения Вооруженных Сил и развития военно-технического сотрудничества.

В соответствии с требованиями Военной доктрины Республики Беларусь применение Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований (белорусская военная сила) осуществляется в строгом соответствии с законодательством Республики Беларусь при соблюдении установленных международным правом законов и обычаев войны [9, гл. 2, п. 3].

Решение о применении военной силы для урегулирования кризисов и обеспечения военной безопасности базируется на:

  • всестороннем учете условий возникновения кризисных ситуаций и прогнозируемых уровней интенсивности вооруженных конфликтов;
  • политических целевых установках, реализованных в политическом решении на пресечение (нейтрализацию) конфликта;
  • учете экономических и мобилизационных возможностей страны;
  • оценке состояния и условий организации управления и обеспечения войск (сил) в ходе выполнения поставленных задач;
  • оценке существующих форм применения войск (сил) и др.

Белорусская военная сила сознательно нацелена на ненанесение ущерба международной и национальной безопасности какой-либо страны. В мирное время она призвана решать комплекс взаимосвязанных задач по обеспечению военной безопасности своей страны. В период угрозы будет делаться все необходимое для организации и скоординированного ведения дипломатической, экономической, информационной и других видов борьбы, в том числе и вооруженной.

Военная сила республики (а именно — Вооруженные Силы, другие войска и воинские формирования) может быть применена в [9, гл. 2, п. 4]:

1) вооруженных конфликтах для:

  • демонстрации решимости защитить суверенитет, территориальную целостность и неприкосновенность границ государства,
  • нейтрализации военной угрозы,
  • блокирования района возможных военных действий (военных провокаций),
  • разгрома группировок противника, осуществивших вооруженное вторжение,
  • ликвидации незаконных вооруженных формирований, преднамеренно сформированных на территории Республики Беларусь,
  • создания условий для урегулирования военного конфликта;

2) локальной войне для:

  • локализации очага напряженности,
  • осуществления адекватных действий по предотвращению военной угрозы,
  • нанесения противнику максимального ущерба,
  • принуждения агрессора отказаться от планов вооруженного вторжения на территорию государства,
  • создания условий для прекращения войны,
  • урегулирования военного конфликта на условиях, отвечающих интересам Республики Беларусь;

3) региональной войне для:

  • вооруженной защиты суверенитета и территориальной целостности государства всеми имеющимися силами и средствами, в том числе с использованием боевого потенциала региональной группировки войск (сил) в рамках единого оборонного пространства с Российской Федерацией,
  • отражения нападения и нанесения поражения противнику,
  • принуждения противника к прекращению военных действий на выгодных для Республики Беларусь условиях.

В заключение необходимо отметить, что военная сила — это совокупность средств вооруженного принуждения, применяемых государством и другими субъектами политики для решения своих целей. Военная сила государства легитимна и состоит из вооруженных сил, других воинских формирований и органов военного управления. Она имеет свои особенности и выполняет важные функции.

Глубочайшие изменения, произошедшие в мире в последние годы, привели к пересмотру роли и места военной силы как эффективного средства достижения политических и иных целей. При некотором снижении количественных параметров растет число вариантов ее применения, меняются качественные характеристики используемых способов, средств и технологий. В нашей стране военная сила является основным структурным элементом военной безопасности белорусского государства.

Литература

1. Ахмедов, В. М. Роль армии в общественно-политическом развитии арабских государств Ближнего Востока // Вестн. аналитики. — 2008. — № 4. — С. 91—99.
2. Балахонцев, Н. Зарубежные методы оценки потенциала стран / Н. Балахонцев, А. Кондратьев // Зарубежное воен. обозрение. — 2010. — № 11. — С. 101—104.
3. Белоус, В. С. Оружие XXI века / В. С. Белоус // Междунар. жизнь. — 2009. — № 1. — С. 104—109.
4. Военный энциклопедический словарь. — М.: ЭКСМО, 2007. — 1024 с.
5. Волошко, В. С. Основы военной политики и обеспечения военной безопасности Российской Федерации: учеб. пособие / В. С. Волошко, В. И. Лутовинов, Ю. Н. Мотин. — М.: Изд-во РАГС, 2009. — 182 с.
6. Лутовинов, В. И. Военно-политические процессы в мире и в России: учеб. пособие / В. И. Лутовинов, Ю. Н. Мотин. — М.: Изд-во РАГС, 2010. — 142 с.
7. Матрошило, И. Ф. Роль и место демонстрации военной силы в системе военной безопасности государства / И. Ф. Матрошило // Наука и нац. безопасность. — 2007. — № 4. — С. 2—5.
8. Най, Дж. С. Мягкая сила. Средства достичь успеха в мировой политике / Дж. С. Най [Электронный ресурс] // Журнал «Стратегия России». — Режим доступа: <http://sr.fondedin.ru/new/admin/print.php?id=1084173688&archive=1086854170>. — Дата доступа: 01.02.2012.
9. Об утверждении Военной доктрины Республики Беларусь: Закон Респ. Беларусь, 3 янв. 2002 г., № 74-3 // Нац. реестр правовых актов Респ. Беларусь. — 2002. — № 6. — 2/826.
10. Об утверждении Концепции национальной безопасности Республики Беларусь: Указ Президента Респ. Беларусь, 9 нояб. 2010 г., № 575 // Там же. — 2010. — № 276. —1/12080.
11. Сборник основных военных терминов и понятий. — Минск: Воен. акад. Респ. Беларусь, 2011. — 453 с.
12. Частная военная компания [Электронный ресурс] // Wikipedia. — Режим доступа: <http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D0%92%D0%9A#cite_note-1>. — Дата доступа: 31.01.2012.
13. Geneva Centre for the Democratic Control of Armed Forces — DCAF [Electronic resource]. — Mode of access: <http://www.dcaf.ch/>. — Date of access: 01.02.2012.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.