журнал международного права и международных отношений 2013 — № 2


международные отношения

Международная проблематика в мировоззрении и практике Хосе Марти (к 160-летию со дня рождения)

Александр Челядинский

Автор:
Челядинский Александр Александрович — доктор исторических наук, профессор кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета

Рецензенты:
Шадурский Виктор Геннадьевич — доктор исторических наук, профессор, декан факультета международных отношений Белорусского государственного университета
Терновой Олег Сергеевич — доктор философских наук, профессор кафедры философии Белорусского государственного педагогического университета имени Максима Танка


В статье на основании изучения трудов великого кубинского просветителя и его практической работы на дипломатическом поприще проведен научный анализ его оценок и выводов по проблемам международных отношений в Латинской Америке, внешней политики США, борьбы кубинского народа за свою политическую и экономическую независимость.


Новизна данного исследования состоит в том, что впервые на постсоветском пространстве сделана научная попытка изучить международные аспекты мировоззрения выдающегося кубинского мыслителя, чьи идеи легли в основу не только войны за независимость 1895 г., но и революции 1959 г., стали принципами формирования внешней политики и дипломатии молодого государства. Знакомство с этими принципами важно не только для тех, кто изучает современные международные отношения, но и для практиков дипломатической службы Республики Беларусь. Это тем более важно, потому что в январе 2013 г. белорусская общественность отметила 20-летие установления отношений между нашей страной и Кубой. Об этом событии рассказал на научном «круглом столе» на факультете международных отношений Белорусского государственного университета Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Куба в Беларуси Альфредо Ниэвес Портуандо.

По нашему мнению, мировоззренческие аспекты внешней политики и дипломатии Х. Марти носят универсальный характер, и, как отмечал белорусский исследователь философии Кубы О. С. Терновой, «его духовное наследие представляет ценнейший вклад в сокровищницу передовой общественной мысли» [7, с. 6].

Анализируя историографию, посвященную Х. Марти, кроме исследований О. С. Тернового [6—8] следует отметить работы российских исследователей Л. И. Визена [1], В. О. Тененбаума [5], Б. Б. Чернявского [9]. В 2003 г. к 150-летию со дня рождения Х. Марти журнал «Латинская Америка» опубликовал ряд статей о жизни и творчестве мыслителя. Но международная тематика там была представлена в канве гуманистического наследия Х. Марти.

Естественно, что наибольшее внимание мировоззрению Х. Марти уделяется на Кубе, где он выступает в трех ипостасях — Национального героя, Учителя и Апостола революции. С 1961 г. на Кубе периодически публикуется тематическое собрание его сочинений в 30 томах [13].

Для изучения нашей темы научный интерес представляют такие разделы многотомника, как «Politica y revolucion», «Nuestra America», «Estados Unidos de America». К годовщине со дня рождения Х. Марти издательство «Ориенте» выпустило коллективную монографию «Марти. Биография. Аспекты исторического дискурса мартинизма» [12]. Автор публикации использовал и работу Центра изучения мартинизма в Гаване «Хосе Марти. Америка для гуманизма» [10]. Из подборки текущего архива посольства Кубы в Республике Беларусь хотелось бы отметить тематический материал «Хосе Марти, дипломат» [11].

Выделение международной сферы в мировоззрении любой личности представляет собой определенную сложность, поскольку эта сфера (в данном случае с Марти. — А. Ч.) перекликается с его философскими, правовыми, экономическими, моральными оценками, данными в другое историческое время и в другом историческом месте.

С другой стороны, по нашему мнению, анализировать деятельность Х. Марти только в качестве консула Аргентины, Уругвая и Парагвая в период с 1884 по 1891 г. — значило бы обеднять его взгляды по проблемам внешней политики по той причине, что он сочетал обязанности дипломата с огромной политической и просветительской деятельностью, подготовкой революции, преподаванием в учебных заведениях Гватемалы, Сальвадора и США. При этом всегда подчеркивал, что если дипломатическая деятельность будет мешать выполнять все остальные функции, он от нее откажется во имя свободы [7, с. 134]. И когда в июне 1891 г. посол Испании в США выразил протест против несовместимого, на его взгляд, со званием, долгом и честью консула трех американских республик подстрекательства к мятежу на Кубе, Х. Марти покинул эти должности, о чем и сообщил в письме своему другу мексиканскому сенатору М. Меркадо.

В связи с этим будем исходить из того, что на фоне Марти как поэта, как философа, как юриста, проповедника-моралиста справедливой представляется оценка Марти как гомо политикус — политика по натуре, данная в свое время известным кубинским историком Л. Г. Перальтой [5, с. 9]. Среди международных и внешнеполитических оценок мировоззрения Х. Марти возникло несколько, представляющих и поныне интерес и для истории, и для теории международных отношений. Это прежде всего: 1) независимость страны (в данном случае Кубы) как жизненно важный или существенный интерес; 2) народ как определяющий субъект международных отношений; 3) интеграция (в данном случае стран Латинской Америки) как важнейшее условие противостояния внешней политической и экономической угрозе; 4) дипломатическая практика, призванная изменить буржуазные принципы ее ведения; 5) политика США на региональном и мировом уровнях; 6) мультикультурализм как основной принцип взаимопонимания народов в условиях глобализации.

Хосе Марти-и-Перес родился 28 января 1853 г. в Гаване в бедной семье сержанта испанской армии, которая находилась на Кубе в качестве ее гаранта колониального статуса. К этому времени Куба вступила в полосу структурного кризиса, который проявился в 1868 г. в восстании против испанского господства. Началась десятилетняя, или Большая война, оказавшая огромное влияние на мировоззрение Х. Марти. Кроме этого, на становление его патриотических позиций повлияли два человека — директор мужского колледжа Рафаэль Мария Мендиве и преподаватель философии Хосе Каликсто Берналь [13, t. 1, p. 69].

Начало деятельности 16-летнего юноши, выпускника Гаванского мужского колледжа было положено публикацией поэмы «Абдала» в столичной газете «La Patria Libre» (Свободная Родина). (Абдала — имя историческое, так звали последнего мавританского короля Гранады.) Х. Марти вместо слова «Гранада» использовал понятие «Нубия». Абдала звал нубийцев на борьбу за независимость с тиранией: «Последний вздох за Нубию отдам я; для Нубии одной и наша сила, и наше мужество, и наша жизнь…» [2, с. 37].

Колониальные власти Испании поняли, кого имел в виду Х. Марти, когда писал о необходимости для Кубы быть суверенной страной. Последовал жестокий приговор — 6 лет каторжных работ, которые спустя 2 года были заменены ссылкой в Испанию. Благодаря усилиям кубинской диаспоры молодому человеку удалось закончить филологический и юридический факультеты университета в Сарагосе. Линия поведения Х. Марти — независимая, суверенная Куба как государство. Эта идея получила развитие в очерке «Политическая тюрьма на Кубе», опубликованном в 1871 г. в Испании. Данный очерк можно отнести к шедеврам мировой обличительной литературы [13, t. 1, p. 61]. Проблема заключалась в том, что на самой Кубе политическая и финансовая креольская элита не хотела независимости. Были выдвинуты юнионистские, автономные проекты с Испанией, но только не суверенитет [13, t. 1, p. 169].

Х. Марти резко критиковал такое поведение кубинских буржуа и помещиков. Там же в Испании появмлись его политические статьи — «Испанская республика перед лицом Кубинской революции», «Решение» и «Реформы», где окончательно утверждаются идеи национального освобождения. Опровергая тезис идеологов Испании о единой родине, Х. Марти обосновывал национальную самостоятельность Кубы: «Родина — это общность интересов, общность традиций, общность целей. Да и живут кубинцы не так, как живут испанцы; история испанцев — это не история кубинцев; то, что для Испании было неувядаемой славой, для кубинцев было по воле Испании глубочайшим несчастьем. Куба торгует и поддерживает связи с одними странами, а Испания — с другими... Не безумие ли претендовать на то, чтобы слились воедино два народа.., разделенные характером, обычаями, потребностями, традициями, отсутствием любви и объединенные только воспоминаниями о трауре и страданиях. Куба декларирует свою независимость по тому же праву, по которому Испания объявляет себя республикой» [1, с. 53].

В статье «Решение» впервые в латиноамериканской дипломатической практике Х. Марти подчеркнул единство права и нравственности, так как только такое единство может привести к независимости Кубы, поскольку «Испания не сумела ни управлять моей страной, ни сделать ее более счастливой. Испания разоряла ее и затопляла потоками крови» [13, t. 1, p. 100]. Поэтому, согласно логике Х. Марти, нет никакой необходимости доказывать, что правительство метрополии, пообещавшее установить у себя режим обновления, должно установить его и на Кубе. Этого требуют простая логика и суровая правда, которая должна быть положена в основу республики: «Говорят, что Куба была права вчера, когда она восставала против монархической Испании, но не права сегодня, восставая против либеральной и республиканской монархии. Но скажите, зачем вам владеть Кубой вопреки ее воле, владеть по праву силы и пролитой крови, по праву завоевания, отвратительному во все времена и вдвойне ненавистному, когда оно исходит от вас, республиканцев» [13, t. 1, p. 103].

В названных работах Х. Марти обосновывал место и роль народа как важнейшего субъекта международных отношений. В журнале «Кубинский вопрос», основанном эмигрантами в Испании, Х. Марти подчеркивал: «Независимость — это высшая цель борьбы моего народа, моей родины, объединившихся в страстном стремлении к свободе» [см.: 9, с. 80]. По логике Х. Марти, кубинцы должны извлечь для себя полезный урок из политической жизни республик Латинской Америки, которые были республиканскими лишь номинально. Кубинцы должны твердо усвоить ту истину, что одной из основных, если не главной причиной того, что Латинская Америка «была обречена страдать и страдает ныне, является нарушение победителями, которые победили благодаря народу и благодаря ему же пришли к власти основного правила (выделено нами. — А. Ч.) — править должно вместе с народом, этой солью земли, а не вопреки ему или без него. Наступила эпоха коллективного разума народа» [13, t. 1, p. 105].

Х. Марти крайне болезненно воспринял подписание Санхонского пакта 10 февраля 1878 г. по окончании войны против колониального гнета Испании, когда верхушка Освободительной армии под давлением плантаторов и сахароводчиков подписала с метрополией соглашение о прекращении вооруженной борьбы в обмен на обещание отмены рабства для тех, кто сражался в рядах повстанцев, всеобщую амнистию. По условиям Санхонского мира Кубе формально был предоставлен статус испанской провинции, после чего она стала называться не генерал-капитанством, а генерал-губернаторством в «лоне древнего национального единства», т. е. стала провинцией Испании [1, с. 103, 145].

В период войны за независимость 1868—1878 гг. США, ослабленные своей Гражданской войной, не были готовы к захвату Кубы. Они заняли, благоприятную для Испании позицию. Правительство У. Гранта отказалось признать кубинцев воюющей стороной и помогало испанцам организовать морскую блокаду с тем, чтобы повстанцы не могли получать оружие. После подписания мира с Испанией Х. Марти, воспользовавшись амнистией, вернулся на Кубу, где включился в борьбу против трех течений в правящем классе Кубы — консерваторов (интегристов с Испанией), либералов (автономистов в рамках Испании) и аннексионистов (ратующих за то, чтобы Куба была поглощена США) [7, с. 29]. Х. Марти считал, что предоставление Кубе автономии уже недостаточно, а война за независимость есть самое радикальное средство достижения цели. В отношении аннексионистов Х. Марти, отвергая в принципе их позицию, отмечал, что не все кубинцы желают подвергнуть свою родину «капризу судьбы» и бросить ее в объятия «северного колосса». Они должны разъяснять всю бессмысленность присоединения к агрессивной северной республике, которая рассматривает Кубу как свою факторию [13, t. 1, p. 112—115]. Если Куба присоединится к США, то ее ожидает та же участь, которая постигла мексиканский Техас: Куба превратится в американскую колонию, в новый рабовладельческий штат. Подводя итог, Х. Марти писал: «Только тот, кто не знает нашей страны или США, не знает законов образования и развития народов, может честно думать о подобном решении или тот, кто любит Соединенные Штаты больше, чем Кубу» [13, t. 2, p. 47—48]. Теория ассимиляции кубинцев с испанцами, согласно взглядам Х. Марти, «уводит кубинцев в сторону. Куба — американская страна, она воевала за свою и американскую свободу десять лет. И вдруг Куба — испанская провинция. Абсурд» [см.: 1, с. 105]. Вместе с тем, Х. Марти признавал, что испанцы пустили на Кубе более глубокие корни, чем где-либо еще. Поэтому в работе «Наша Америка» он настойчиво подчеркивал, что кубинцы воюют не против испанского народа, а против чуждого правления, которое «от имени Испании отрицает права человека в детях испанцев и раздувает ненависть между детьми и отцами, что душит и разрушает силы страны» [13, t. 6, p. 179].

Очень большое влияние на развитие внешнеполитических взглядов Х. Марти оказали его жизнь и работа в Испании, Венесуэле, Гаити, Гватемале, Коста-Рике, Мексике, Панаме, Аргентине, Сальвадоре, но особенно 14-летнее пребывание в США. Там он выступал в трех качествах — представителем аргентинского издательства «La Prensa», редактором венесуэльских газет «La Opinion», «Nacional» и «La Revista Venezolana», аргентинской «Nacion» и, наконец, c конца 1880-х — в начале 1890-х гг. — консулом Аргентины, Уругвая и Парагвая в США [11, с. 79].

Перечисленные обстоятельства повлияли на его мировоззрение и поведение уже в качестве виднейшего представителя не только Кубы, но и Латинской Америки. Х. Марти, как в свое время и С. Боливар, рассматривал свою страну как часть континента, а свой народ как часть латиноамериканского народа, у которых общая судьба [1, с. 70]. Отсюда его непримиримая позиция в отношении политики национального эгоизма. Так, в работе «Наша Америка» Х. Марти критиковал политическую элиту Гватемалы, которая дала обещание на союз с США за то, чтобы они «злоупотребляли своим ужасающим влиянием в Мексике и заставили правительство этой страны позволить гватемальским вооруженным силам, наиболее мощным в Центральной Америке, рассматривать этот район как свою военную добычу» [13, t. 6, p. 116].

Х. Марти, с большой проницательностью определил геополитическое значение зоны Карибского бассейна: «В самом сердце Америки находятся Антильские острова, которые, будучи порабощенными, превратились бы в подлинный плацдарм войны имперской республики против ревнивого и более сильного мира, уже готовящегося оспаривать ее права, они стали бы бастионом американского Рима; а будучи свободными и, несомненно, достойными быть таковыми по велению свободы, основанной на равноправии и труде, они стали бы гарантом равновесия сил на континенте, гарантом независимости испаноговорящей Америки, все еще находящейся под угрозой, и гарантом чести великой республики на Севере... Ошибка, совершенная по отношению к Кубе, является ошибкой по отношению к Америке, к современному человечеству. Кто выступает против Кубы, выступает против эпохи» [11, p. 11].

Независимость и безопасность латиноамериканских народов находились в прямой зависимости от того, в чьих руках будет находиться антильский ключ к Панамскому каналу и континенту в целом. Х. Марти предупреждал о том, чтобы «чужестранные империалисты... не проложили через Кубу путь к аннексии стран нашей Америки жестоким, агрессивным и презирающим нас Севером. Если наша Америка желает быть свободной, пусть она поможет Кубе и Пуэрто-Рико стать свободными» [12, p. 352].

В связи с этим может возникнуть закономерный вопрос: почему Х. Марти так настойчиво выступал против США? Не было ли это проявлением национальной ограниченности, местечковости мышления? Напомним, что кубинец прожил в США почти 14 лет и, наверное, мог с учетом его уровня мышления составить представление о США, которое не потеряло актуальности и в XXI в. В своих работах под общим названием «Североамериканские цены» (1884—1880, 1886—1888 и 1888—1891 гг.) Х. Марти не нашел в США подлинного народовластия, образец демократии для всех. Критикуя американский образ жизни, он не стал впадать в крайности. Он не умалял значения завоевания американского народа в области политической демократии и свободы, приветствовуя их, но одновременно указывал, что эти завоевания — в руках финансовой олигархии: «Все в их руках, они все могут купить» [см.: 7, с. 82]. Разве этот вывод, сделанный почти 150 лет назад, не актуален для большинства стран планеты?! Х. Марти, развивая свою мысль применительно к США, отмечал: «Разве подлинная свобода допускает подчинение других народов? Разве будут свободны в своей республике сыны Северной Америки, если он откажут в праве иметь свое государство кубинцам? А кубинцы хотят независимости. Отмена рабства не примирила их с Испанией, а, напротив, зародила в их сердцах новую жажду борьбы. Вчерашние рабы сегодня хотят стать хозяевами своей земли, своей жизни, и их слово еще не сказано» [см.: 1, с. 195]. Отсюда вывод, который сделал Х. Марти для будущего Кубы: «пока не настал решающий час, когда Северная Америка пойдет по тому пути, на который ее толкают темные и зловещие силы, а также завоевательные традиции, мы (кубинцы. — А. Ч.) должны немедленно готовиться к испытаниям. А поскольку республиканский декорум, привлекающий к США внимание народов всего мира, не мешает им пуститься на легкомысленные провокации, бахвалиться мощью или разжигать убийственную междоусобицу в нашей Америке, то наш неотложный долг — показать, что мы едины в своих помыслах и устремлениях» [см.: 7, с. 234].

Х. Марти подметил основную черту психологии правящих кругов США, которая очень четко проявляется и в XXI в.: «В этой стране считают, что варварское право сильного является единственным существующим на свете реальным правом. В этой стране верят в несравненное превосходство англосаксонской расы над расой латинской, убеждены в тупости и низости негритянской расы и в неполноценности индейцев» [см.: 5, с. 18].

Поэтому решительный протест у Х. Марти вызвала публикация в филадельфийском журнале «Manufacturer» статьи под названием «Нуждаемся ли мы в Кубе?» Авторы статьи давали оскорбительные характеристики кубинцам как народу «ленивому», не способному к самоуправлению, с отсутствием мужества и самоуважения: «Это видно по той покорности, с какой они (кубинцы. — А. Ч.) в течение долгого времени подчинялись испанцам, что их попытки к восстанию были настолько слабыми, что больше походили на фарс. Поэтому кубинцы являются народом жалких бродяг и аморальных пигмеев, женоподобным народом» [см.: 1, с. 211]. Х. Марти выступил с резкой критикой этого пасквиля в статье «В защиту Кубы». Он писал: «Ни один честный кубинец не унизится до того, чтобы согласиться вступить в семью народа, который, соблазняясь природными богатствами нашего острова, считает самих кубинцев — его хозяев, людьми неполноценными, отрицает их способности, оскорбляет их человеческое достоинство и презирает национальный характер» [2, с. 314]. Чуть позже Х. Марти, выступая на собрании кубинских эмигрантов в Нью-Йорке, развеял миф о неспособности его страны к независимости: «Моя родина обладает всеми способностями, необходимыми для завоевания и сохранения свободы» [см.: 1, с. 211].

Тревогу Х. Марти вызывало поведение кубинской элиты под лозунгом аннексии со стороны США. Противников независимости Кубы поддерживали испанские политики, все более склоняющиеся к сепаратистским переговорам с США с целью сдачи или продажи им острова.

2 июля 1892 г. в газете «Patria» появилась его статья «Лекарство от аннексии». От имени Кубинской революционной партии, созданной годом ранее, Х. Марти обратился к соотечественникам: «После того, как мы с оружием в руках поднимемся на борьбу и победим... Мы посмотрим, не поколеблет ли сама наша победа, которая явится свидетельством нашей силы как нации, убеждения некоторых кубинцев в необходимости аннексии. Ведь это убеждение, которого придерживаются даже многие честные люди, зиждется на внушаемом нам Соединенными Штатами чувстве собственной неполноценности и неверия в то, что Куба может сама добиться национального возрождения» [13, t. 2, p. 47—48]. В этой связи представляется новаторским убеждение Х. Марти о том, что аннексия является олицетворением худших форм идеологии экспансионизма. Анализируя внешнюю политику США, он сделал один важный для судьбы Кубы практический вывод о необходимости реализации идеи освобождения с учетом имперских амбиций Вашингтона. Отсюда проблемы завоевания «двойной независимости» — от химерической власти одряхлевшей метрополии и от потенциальной власти нового хищника — США: «Мы ищем не смены формы угнетения, не стремимся заменить хозяина-испанца новым господином в американском мундире» [см.: 7, с. 83]. Сменить одного хозяина другим, — писал Х. Марти, — это не значит быть свободным. Присоединение Кубы к США он называл фантастически способом, который относится к истинной политике в национальных интересах Кубы так, как алхимия к химии [8, с. 88].

Тревога Х. Марти не была случайной, поскольку еще в марте 1889 г. в прессе США, отражающей взгляды как республиканцев, так и демократов, была опубликована статья «Мы хотим Кубу», где утверждалось следующее: «Куба — самый прекрасный из Антильских островов, она находится в центре Мексиканского залива и занимает важное стратегическое положение; страна, которая будет обладать Кубой, установит исключительное господство над морскими путями к будущему межокеанскому каналу; Куба расположена так близко к Флориде, что кажется сама природа предопределила ее присоединение к нации, которая доминирует на континенте, т. е. к США; кубинский табак и сахарный тростник — лучшие в мире; завоевание Кубы сделает США независимыми от мирового рынка сахара, а также даст новый и широкий рынок для американских товаров» [13, t. 6, p. 249—251]. Предвидя возможную провокацию со стороны США под видом посредника с целью заполучить остров, Х. Марти в письме к своему другу Г. де Касаде 14 декабря 1889 г. отмечал, что этот вероломный план показывает низость и подлость, каких еще не было в анналах истории свободных народов [13, t. 6, p. 249—251].

Теоретическая деятельность Х. Марти сочеталась с практикой дипломатической работы в качестве консулов Аргентины, Паргвая и Уругвая. Это дало ему возможность изучить такое явление во внешнеполитической деятельности стран Западного полушария, как панамериканизм — доктрина, инициированная США и призванная замкнуть политические и экономические интересы латиноамериканских стран на Вашингтон в ущерб их связям с Европой [4, с. 10]. Х. Марти был первым теоретиком и практиком, который резко отрицательно отнесся к этому явлению в международной жизни стран континента. Все началось с того, что 2 октября 1889 г. по инициативе США в Вашингтоне была созвана 1-я Межамериканская конференция, призванная дать старт становлению первой в мире региональной структуры — Международного бюро американских республик во главе с государственным секретарем США. Х. Марти принимал в ней участие в качестве официального лица трех южноамериканских государств. Одновременно он мог в качестве обозревателя ряда латиноамериканских газет давать оценку происходящему на Вашингтонском конгрессе. В связи с этим первой реакцией на созыв конгресса у Х. Марти была следующая: «В свое время испанская Америка сумела освободиться от тирании Испании. И теперь, трезво рассмотрев предпосылки и причины приглашения наших стран на конгресс, нужно сказать правду: для испанской Америки пробил час вторично провозгласить свою независимость» [10, p. 4]. Имея в виду агрессивность США в отношении своих южных соседей Х. Марти образно призывал их к единству: «Деревьям надо стать в ряд и преградить путь гиганту в семимильных сапогах! Настал час испытания, час марша в едином строю. Мы должны идти вперед сомкнутыми рядами, монолитными, как серебро в недрах Анд» [7, с. 78].

В дни работы конгресса Х. Марти не покидала тревога по поводу того, что США могут включить в повестку дня вопрос об аннексии Кубы и получить на это согласие других латиноамериканских стран. Поэтому не случайно в дни работы конгресса Х. Марти сформулировал тезисы платформы под общим названием «Мать Америка», с которыми он выступил на заседании литературного испаноамериканского общества 19 декабря 1889 г. и в которых подчеркивал, что особая миссия Кубы состоит в том, чтобы стать «северным щитом Южной Америки» [9, с. 79]. Х. Марти задавал делегатам конгресса риторические вопросы: «Зачем нам вручать свои судьбы соседу? Зачем нам быть союзником США в той борьбе, которую они собираются начать со всем остальным миром? Почему они должны вести свои сражения с Европой на территории американских республик и испытывать на свободных народах свою систему колониальных захватов?» [13, t. 6, p. 55—56].

Х. Марти указывал на опасность для суверенитета Латинской Америки финансово-экономической зависимости от США. 30 марта 1891 г. в Мексике состоялась Межамериканская валютная конференция, где США предложили для всего Западного полушария ввести единую валюту. Кроме того, было предложено со стороны США создание таможенного союза. Согласно американским планам, страны-участницы должны были открыть свои границы для практически беспошлинного ввоза любых товаров, произведенных любой страной любого из американских континентов, одновременно преградив таможенным барьером дешевые товары из Европы. Х. Марти, не будучи экономистом, сумел за этой якобы демократической вывеской увидеть эгоистическую политику США. Поэтому накануне конференции он опубликовал в мексиканской газете «Partido liberal» статью «Наша Америка», в которой отмечал то, что актуально и сегодня: «Народ, который хочет умереть, продает свои товары только одному народу. Народ, который хочет выжить, — продает более чем одному. Чрезмерное влияние одной страны в торговле с другой оборачивается политическим влиянием [10, p. 49]. Х. Марти разъяснил свою позицию тем, что внешне США ратовали за равноправие всех участников союза, но на деле предложение означало бы их полное господство на внутренних рынках своих слаборазвитых соседей. Заваленные продукцией, не находящей сбыта, США полны решимости расширить свои владения на американском континенте, намереваясь создать союз против Европы [11, p. 77].

В итоге США не удалось реализовать свои планы. Участие в работе конференции, выступление с докладом и его публикация в нью-йоркском журнале «La Revista Ilustrada» способствовали росту популярности Х. Марти как дипломата. Кубинец откровенно говорил на конференции, что США никогда не поддерживали испанские народы Америки, вспомнили о них лишь затем, чтобы воспрепятствовать увеличению их территорий (как это было в Панаме), либо для того, чтобы овладеть их землями (примером тут могут служить Мексика, Никарагуа, Санто-Доминго, Гаити и Куба), для того, чтобы заставить их угрозами отказаться от сношений с внешним миром (как это было в Колумбии), либо навязать им свои товары, не находящие сбыта, чтобы подчинить своему господству.

За день до гибели в бою при Дос-Риос, 18 мая 1895 г., в письме своему мексиканскому другу М. Меркадо Х. Марти подчеркивал пагубную роль США для Кубы и Латинской Америки: «Каждую минуту я могу погибнуть за родину, пасть, выполняя долг, я знаю, в чем он состоит, и у меня хватит мужества выполнить его до конца. Мы должны добиться независимости Кубы, иначе Соединенные Штаты захватят Антильские острова и отсюда обрушатся на земли нашей Америки. Все, что я сделал до сих пор, и все, что мне предстоит совершить, — все для этого... Есть народы (и к ним относятся и наши народы), кровно заинтересованные в том, чтобы чужестранные империалисты не договорились с испанцами и не проложили через Кубу путь к аннексии стран нашей Америки жестоким, агрессивным и презирающим нас Севером. Я жил в чреве чудовища и знаю его нутро, в руках моих праща Давида. Этот путь следует преградить во чтобы то ни стало, и мы, кубинцы, загораживаем его своей грудью» [13, t. 6, p. 149—154, 160].

Связывая идеи Х. Марти с современными проблемами международных отношений, необходимо обратить внимание на то, что кубинский мыслитель считал необходимым не только для исследователя, но и для дипломата изучение ментальности других народов, их культуры. В современным условиях, при попытке создать систему мультикультурализма, это имеет первостепенное значение, поскольку позволило бы избежать и расовых, и религиозных, и этнических конфликтов.

Например, исследователи творчества Х. Марти отмечают, что он никогда не общался с русскими, не был в России, но блестяще знал работы В. Белинского, Н. Огарева, И. Тургенева, Л. Толстого, не говоря уже о А. Пушкине [2, с. 344].

В начале 1890 г. в Нью-Йорке Х. Марти посетил выставку картин знаменитого русского баталиста В. Верещагина, которая произвела на него огромное впечатление, особенно антимилитаристская картина «Апофеоз войны». Под впечатлением от увиденного он опубликовал статью «Выставка картин русского художника Верещагина», где кроме оценки «искусство, святость и тирания» смог определить противоречивый характер русского народа: «Русский — противоречив. Патриархальное дитя, характером он одинаково тверд и подвижен, простодушен и утончен. Он может любить и жестоко карать, снаружи — как крепость, внутри — как голубь... Обедает — пирует, пьет — как бочка, танцует — устраивает бурю, лезет в горы — лавину, в наслаждениях теряет меру. Правит, как сатрап, служит, как собака, в любви и резок, и мягок... Этот человек чувства и цвета, звериного рева и неслышного воркования. Он тяжело ступает, этот русский, в своем французском платье, которое ему, как бородатому Геркулесу, — детские ползунки. В белых лайковых перчатках садится он за стол, на котором дымится гигантская кость...

...В России резче всего чувствуется раздвоенность современного человека, потому что варвары и завоеватели, произведшие на свет этого славянского Геркулеса, передали ему вместе с физической силой и силой характера... ту ужасную муку разлагаться под бременем чуждой цивилизации, не познавши своей собственной. Принц крови и простой мужик, князь и извозчик, во дворцах, где пьют шампанское, и в избах, где хлещут водку, в отчаянии роняют головы на грудь, в которой бьется их порабощенное сердце.

...Когда справедливость — это главное, искусство — вторично. В условиях несвободы его единственное оправдание — служить свободе. Все в огонь, даже искусство, чтобы ярче полыхал ее костер!... Когда Верещагин пишет человека, то пишет именно его, ничего не прибавляя и не убавляя: его дух не раскрывается навстречу абстракции... Но на этих полотнах, тяжелых и одиноких, вот она — Россия с ее болью, Россия с ее полями, замерзшими, как и ее надежды...» [7, с. 81].

Необходимо подчеркнуть, что современные российские исследователи разделяют эту оценку. Как отметил известный российский латиноамериканист Б. Мартынов «живопись В. Верещагина помогла проницательному кубинцу задолго до профессионального психолога К. Юнга понять не только то, что русские относятся к интуитивно-чувственному психологическому типу людей, но и многое другое» [4, с. 5].

Таким образом, подводя итог анализу мировоззрения Х. Марти в области международной проблематики, необходимо сделать вывод о том, что его идеи и оценки событий 70—90-х гг. XIX в. не потеряли своей научной и практической значимости и в наши дни. Это еще раз подтверждает уникальность и универсальность великого кубинца, прославившего на века свою родину и отдавшего жизнь за ее благополучие.

Литература

1. Визен, Л. И. Хосе Марти. Хроника жизни повстанца / Л. И. Визен. — М., 1964. — 242 с.
2. Марти, Х. Избранное: пер. с исп. / Х. Марти. — М.: Худ. лит., 1978. — 372 с.
3. Мартынов, Б. Ф. История международных отношений стран Латинской Америки (XX — начало XXI вв.) / Б. Ф. Мартынов. — М.: Навона, 2008. — 424 с.
4. Мартынов, Б. Ф. Хосе Марти, глобальные вызовы и правило «обратной перспективы» / Б. Ф. Мартынов // Латинская Америка. — 2010. — № 12. — С. 4—16.
5. Тененбаум, В. О. Хосе Марти. Из истории политической и правовой мысли / В. О. Тененбаум. — М.: Юрид. лит. 1980. — 104 с.
6. Терновой, О. С. Философия Кубы / О. С. Терновой. — Минск, 1972. — 340 с.
7. Терновой, О. С. Хосе Марти / О. С. Терновой. — М., 1966. — 208 с. 7. Терновой, О. С. Хосе Марти / О. С. Терновой. — М., 1966. — 208 с.
8. Цернавой, А. С. Хасэ Марці — лідар нацыянальнага адраджэння на Кубе // Весці БДПУ. — Сер. 2. — 2011. — № 4. — С. 87—89.
9. Чернявский, Б. Б. Хосе Марти / Б. Б. Чернявский // Вопросы истории. — 2003. — № 8. — С. 68—85.
10. Jose Marti. America para la humanidad. — La Habana, 2001. — 90 p.
11. Jose Marti. El diplomatico // Текущий архив посольства Республика Куба в Республике Беларусь, январь 2013 г. — 80 с.
12. Marti biografo. Facetas del discurso historico martiana (Poe Luis Alvares, Matilde Varela Aristigueta, Carlos Palacio Fernandez). — Santiago de Cuba, 2006. — 365 p.
13. Marti, J. Obras completas / J. Marti. — La Havana, 2001. — T. 1—30.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.