журнал международного права и международных отношений 2015 — № 3


международные экономические отношения

Повышение региональной конкурентоспособности (на примере Европейского союза)

Светлана Балюк

Автор:
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. — выпускник аспирантуры кафедры экономической теории экономического факультета Белорусского государственного университета

Рецензенты:
Дапнильченко Алексей Васильевич — доктор экономических наук, профессор, проректор по учебной работе Белорусского государственного университета
Болдак Александр Константинович — кандидат экономических наук, доцент кафедры уголовного права, процесса и криминологии Гродненского филиала БИП—Института правоведения


Проанализирована конкурентоспособность регионов Европейского союза на основе индекса региональной конкурентоспособности, рассчитанного Евростатом, в территориальном и отраслевом разрезах. Рассмотрены наиболее и наименее конкурентоспособные регионы второго уровня, исходя из значений индекса региональной конкурентоспособности 2013 г. в целом, а также отдельных его субиндексов: основного, эффективности и инноваций. Проанализирована трехуровневая модель кластерной политики городского региона. Предложен кластерный подход к повышению региональной конкурентоспособности, обоснованы его преимущества. Поставлен вопрос формирования региональных хозяйственных комплексов на базе европейских кластеров.


В условиях обострения конкуренции на мировом рынке вопросы повышения конкурентоспособности фирм, отраслей, стран, а также отдельных регионов как частей национальных экономики приобретают все большую актуальность. Подходы к определению феномена конкурентоспособности региона достаточно сильно различаются. Так, например, в классическом подходе М. Портера конкуренция между регионами и странами сводится к конкурентной борьбе фирм, когда основной мотив функционирования в конечном счете — максимизация долгосрочной прибыли [9]. Кроме М. Портера данное направление исследования конкурентоспособности представляют следующие ученые: Д. Прокоп, П. Томпсон [18], Р. Хаггинс, Х. Изаши [13; 18], Ч. Кетелз, C. Протсив [14], Г. Линд-квист, О. Солвелл [15], М. Дельгадо, К. Кетелс, С. Стерн [17].

Вместе с тем классическое понимание конкуренции как соперничества не может быть в полной мере применимо к регионам национальной экономики, так как возможно возникновение противоречий во взаимодействии с социальной политикой государства. В данном случае более уместно рассмотрение конкуренции между регионами с точки зрения способности выполнения ими функций по обеспечению более высокого уровня социально-экономического развития на своих территориях и повышения благосостояния их жителей с учетом критерия экономической эффективности. В социально ориентированном подходе под конкурентоспособностью региональной экономики понимается способность реализовать основную целевую задачу ее функционирования — устойчивое социально-экономическое развитие региона с обеспечением высокого качества жизни его населения. Данное направление анализа конкурентоспособности представлено в работах Г. Я. Беляковой [5], А. О’Салливана [8], П. Аннони, Л. Дийкстра [10], И. Бегга [11], а также отражено в национальных стратегиях устойчивого развития, в частности стратегии «Европа 2020» [16] и Национальной стратегии устойчивого социально-экономического развития Республики Беларусь (НСУР) на период до 2030 года [7], частично — в Отчете о глобальной конкурентоспособности [19].

В результате действия активной региональной экономической политики на территории Европейского союза началась, по мнению автора, конвергенция двух вышеуказанных подходов к понятию региональной конкурентоспособности. Практическим подтверждением этого является индекс региональной конкурентоспособности, введенный Евростатом [12]. Под региональной конкурентоспособностью, составившей основу этого индекса, понимается способность региона предлагать фирмам и населению привлекательную и стабильную среду для жизни и работы. Поэтому целью настоящей статьи является анализ регионального экономического развития ЕС на основе индекса региональной конкурентоспособности, выявление наиболее и наименее конкурентоспособных регионов и основного фактора повышения региональной конкурентоспособности, что позволит использовать опыт ЕС для повышения уровня социально-экономического развития регионов Республики Беларусь.

Индекс региональной конкурентоспособности (ИРК) разработан с целью совершенствования региональной экономической политики и лучшего понимания сущности конкурентоспособности на местном уровне. Каждый регион имеет разные преимущества и недостатки, знание которых поможет лучше вникнуть в экономические и социальные условия конкретной территории.

Для расчета ИРК используются преимущественно данные Евростата, а также Всемирного банка, Организации экономического сотрудничества и развития, Всемирного экономического форума, Обсерватории кластеров. ИРК состоит из 11 показателей, сгруппированных в три субиндекса: основной субиндекс (включает институты, макроэкономическую стабильность, инфраструктуру, здоровье, качество базового образования), субиндекс эффективности (включает высшее и непрерывное образование, эффективность рынка труда, размер рынка) и субиндекс инноваций (включает технологическую готовность фирм и домашних хозяйств, сложность ведения бизнеса, инновации в продуктах и процессах). Общее количество показателей в данном индексе в 2013 г., отобранных из 80 первоначальных индикаторов, составляло 73 наименования [10; 12, p. 306].

Наиболее конкурентоспособные регионы второго уровня (по Классификации территориального деления ЕС имеют численность населения не менее 800 тыс., но не более 3 млн чел. и обычно соответствуют внутреннему административному делению страны — члена ЕС либо являются объектом регионального планирования и прогнозирования) в соответствии с ИРК расположены на северо-западе Европы: в странах Бенилюкс, Дании, Германии, Австрии, Швеции и Финляндии, а также на юго-востоке Соединенного Королевства и севере Франции. Наименее конкурентоспособные регионы находятся в основном на юго-востоке Европы, преимущественно в Болгарии, Греции, Румынии (см. таблицу).

Десять наиболее и наименее конкурентоспособных регионов ЕС в 2013 г. (ИРК, 0—100)

 

2015_3_balyuk_t1

И с т о ч н и к: составлено автором на основе [1; 12, p. 309].

Столичные регионы и метрополии демонстрируют наивысший уровень конкурентоспособности. Среди 10 наиболее конкурентоспособных регионов ЕС-28 в 2013 г. оказались семь столиц либо регионов, имеющих на своей территории крупные города. Соединенное Королевство и Нидерланды имеют по три региона в списке топ-10. Греция, наоборот, имеет пять регионов в списке 10 наименее конкурентоспособных в 2013 г. Болгария, Греция, Хорватия, Венгрия, Польша, Румыния, Литва, Латвия, Эстония, Кипр не имеют ни одного региона с ИРК выше среднего значения по ЕС-28 в 2013 г. Более того, все регионы, кроме одного в Италии и Португалии, имеют ИРК ниже среднего значения по ЕС-28. Исключениями являются Ломбардия в Италии и Лиссабон в Португалии — их индексы очень близки к среднему по ЕС-28 значению. Все регионы Бельгии, Дании, Германии, Австрии, Финляндии и Швеции, наоборот, были более конкурентоспособными исходя из значений ИРК в 2013 г., так же как и единичный регион анализа — Люксембург.

Наибольшую дифференциацию в уровне региональной конкурентоспособности внутри национальной экономики продемонстрировали Франция и Испания. Берлин является единственным столичным регионом с уровнем конкурентоспособности ниже среднего национального уровня. Это связано с тем, что столичный статус город приобрел относительно недавно, после воссоединения Германии. Достаточно большой разрыв в конкурентоспособности между столицей и вторым в рейтинге регионом наблюдается в Словакии, Румынии, Франции, Греции, Дании и Болгарии.

Анализ субиндексов позволяет лучше исследовать региональную конкурентоспособность. В основном субиндексе относительно сильная дифференциация наблюдается между французскими регионами. Лидерами в развитии институциональной среды являются регионы Финляндии, Люксембурга и Дании; в макроэкономической стабильности — регионы Эстонии, Люксембурга и Швеции; в базовом образовании — регионы Финляндии, Эстонии и Нидерландов. Греция находится на последних местах в рейтинге по указанным параметрам, также низкие места занимают Болгария, Хорватия, Италия и Румыния [12, p. 311—313].

На конкурентоспособность региональной экономики могут влиять несколько факторов, например более квалифицированная рабочая сила или более эффективный рынок труда. Во втором субиндексе эффективности наиболее высокий уровень конкурентоспособности в области высшего образования и непрерывного обучения характерен для столичных регионов. По данному показателю лидируют регионы Дании и Швеции. Однако имеется пять исключений — Гамбург (Германия), Паис Васко (Испания), Умбрия (Италия), Утрехт (Нидерланды), Беркшир, Бакингемшир, Оксфордшир (Соединенное Королевство).

Эффективность рынка труда обычно выше за пределами столичного региона. Наиболее высокий рейтинг по данному показателю наблюдался в регионах Обербайерн (Германия), Паис Васко (Испания), Бретань (Франция), Автономная провинция Больцано-Боцен (Италия), Северо-Восточная Шотландия (Соединенное Королевство).

В целом следует отметить, что подавляющее большинство регионов с относительно низкими показателями базовой конкурентоспособности имеют низкие значения в субиндексе эффективности. Однако имеются исключения среди регионов Чехии, Эстонии (единичный регион в данном анализе), Ирландии, Испании, Франции и Австрии, в которых основной субиндекс превышает среднее значение по ЕС-28, а субиндекс эффективности меньше среднего показателя по ЕС-28.

Наиболее высокие показатели в субиндексе эффективности в 2013 г. продемонстрировали регионы, расположенные в Дании, Швеции, Соединенном Королевстве, Финляндии и Нидерландах. Низкие места в рейтинге занимают регионы Греции, Болгарии, Румынии, южной Италии, частям Испании и Польши [12, p. 313—318].

Третий субиндекс — инновационной активности отражает уровень технологической готовности предприятий и домашних хозяйств, сложность ведения бизнеса и развитие инноваций. Информационные и коммуникационные технологии изменили организационную структуру как фирм, так и домашних хозяйств, улучшили восприятие новых и эффективных методов работы, повышающих производительность и ускоряющих коммерческие процессы. Показатель сложности ведения бизнеса отражает производительность предприятий и их потенциал противостоять натиску конкуренции. Инновации особенно важны для развитых экономик, которые должны быть в авангарде новых технологий, производящих передовые товары и процессы для поддержания конкурентных преимуществ.

Субиндекс инновационной активности показывает, что она сконцентрирована в региональных «карманах», «островах». Наибольший размах по данному показателю среди регионов одной страны — члена ЕС наблюдался в 2013 г. во Франции и Соединенном Королевстве: регионы Иль-де-Франс и район Лондона соответственно.

Все регионы Дании, Германии, Ирландии и Нидерландов имеют субиндекс инновационной активности выше среднего значения по ЕС-28. Все регионы Болгарии, Греции, Польши, Румынии, наоборот, продемонстрировали индекс ниже среднего значения по ЕС-28. Все регионы, кроме столичных, Чехии, Испании, Италии, Венгрии, Португалии, Словении и Словакии также имели показатели данного индекса ниже среднего значения по ЕС-28.

Более детальный анализ значений субиндекса инноваций в разрезе его структуры показывает, что столичные регионы находятся преимущественно на верхних позициях рейтинга по сложности ведения бизнеса. Это может быть связано с размещением в них специфических видов услуг.

Регионы с наибольшей готовностью к использованию новых технологий находятся преимущественно в Соединенном Королевстве, Швеции, Дании, Нидерландах и Северной Германии. Стокгольм имел самый высокий уровень технологической готовности среди всех регионов стран — членов ЕС-28. Самые низкие значения были зафиксированы в Румынии, Болгарии, Италии, Латвии (единичный регион анализа), в некоторых частях Хорватии и Польши.

Уровень способности к инновациям влияет на их распределение внутри региона. Индикаторы параметра инноваций включают применение патентов, знания рабочих, научные публикации, человеческие ресурсы в науке и технологиях, высокотехнологичные кластеры. Уровень разнообразия этого параметра очень высок в регионах Финляндии, Люксембурге (единичный регион анализа) и ряде регионов Швеции, Германии, Соединенного Королевства, Франции и Ирландии. Столичные регионы — Братиславский Край (Словакия) и Бухарест-Илфов (Румыния) имеют высокие значения, однако окружены территориями с низкими показателями в данной сфере.

Стокгольм в 2013 г. имел максимальные значения в размере инноваций. Последними в рейтинге были все регионы Болгарии, большинство регионов Румынии, части Польши, Словакии, Венгрии, Италии, Испании [12, p. 319—321].

В целом следует отметить тесную взаимосвязь между ИРК и уровнем валового внутреннего продукта (ВВП) на душу населения. Чаще всего наибольший ИРК у регионов с высоким уровнем ВВП на душу населения [12, p. 322].

Повышение региональной конкурентоспособности возможно на основе кластерного подхода, формирования и развития инновационной системы региона, а также за счет использования потенциала факторов создания конкурентоспособности региона. Кластерный подход в обеспечении региональной конкурентоспособности становится все более популярным как в развитых, так и в развивающихся экономиках. В Европе создана Обсерватория кластеров, которая занимается исследованиями кластеров на уровне теории и практики, в отраслевом и территориальном разрезах.

Анализ показал, что основным направлением повышения региональной конкурентоспособности в ЕС является формирование и развитие кластеров. По результатам исследований, проведенных Обсерваторией кластеров в Европе, в структуре кластера имеются лаги — внутренние и внешние [15, p. 16]. Пять внутренних лагов внутри кластера включают: научно-исследовательский лаг, ограничивающий взаимодействие между фирмами и исследовательскими организациями; лаг образования, ограничивающий взаимодействие между фирмами и учреждениями образования; лаг капитала, ограничивающий взаимодействие между фирмами и учреждениями образования; государственный лаг, ограничивающий взаимодействие между фирмами и общественными организациями; межфирменный лаг, ограничивающий взаимодействие среди фирм.

Внешние лаги следующие: перекрестный кластерный лаг, ограничивающий связи между группами, и глобальный рыночный лаг, ограничивающий связи между кластерным и глобальным рынками.

Организации, входящие в кластер, помогают выстраивать «мосты» через внешние и внутренние лаги кластера. Они являются связующим звеном между различными секторами экономики и ее отраслями. Кластерные организации связывают бизнес с наукой, образование с производственной индустрией, крупные фирмы — с малыми. Налаженные взаимосвязи превращают движение внутри кластера в своеобразный поток.

Трехуровневая модель кластерной политики городского региона состоит из верхнего кластерного уровня, среднего уровня взаимодействия и нижнего уровня сотрудничества (см. рисунок). Верхний уровень (cluster level) представлен различными субъектами, среди которых фирмы, университеты, инвесторы, государственные структуры. При этом важно выбрать те из них, которые действительно важны для данного кластера.

 

2015_3_balyuk_pic1

Трехуровневая модель кластерной политики

И с т о ч н и к: [15, p. 55]

На втором уровне (interaction level) находятся «мосты» в виде различных действующих организаций, которые помогают соединить лаги и связать субъекты в единый кластер. На данном уровне вступают в действие группы организаций, инкубаторы, местные инвестиционные агентства, торговые палаты и другие типы субъектов. Этот уровень модели полезен городскому региону при выборе субъектов для включения в опорную группу кластера, а также идентификации лагов, которые проигнорированы и не включены в кластер.

На третьем уровне (collaboration level) происходят фактические контакты между участниками кластера. Этот уровень определяет ресурсы и меры на поддержку кластера, а также эффективность конечного результата, направленного на ускорение динамики развития кластера, увеличение числа инноваций и повышение его конкурентоспособности. Для городского региона этот уровень отражает работу кластерной инициативы, взаимодействие людей и их сотрудничество, наличие движения по «мостам» кластера [15, p. 54—55].

Все регионы Европейского союза достаточно высоко кластеризированы [см.: 14]. Дальнейшее создание и развитие кластеров на территории регионов позволит повысить их конкурентоспособность, так как наличие кластеров в регионе способствует получению ряда преимуществ за счет:

— эффектов локализации, урбанизации, масштаба производства и сокращения транспортных расходов;

— получения сравнительных преимуществ, переходящих в конкурентные;

— повышения производительности факторов производства на основе их более рациональной комбинации, доступа к информации о ценах и качестве;

— создания и совместного использования общественных благ (производственная и технологическая инфраструктура, квалифицированная рабочая сила);

— широкого и быстрого распространения инноваций, снижения издержек производства на их основе;

— создания новых технологий и стандартов;

— распределения рисков между всеми субъектами кластера и снижения на этой основе риска отдельных фирм;

— переориентации убыточных предприятий и видов деятельности региона на более перспективные направления сотрудничества;

— стимулирования развития малого бизнеса, который «обслуживает» потребности всего кластера и востребован в нем ввиду гибкости, мобильности и способности к быстрой переориентации в соответствии с конъюнктурой рынка.

Представляется целесообразным формирование трансграничных кластеров на территории приграничных регионов Республики Беларусь и ЕС посредством использования механизмов второго и третьего уровней кластерной политики. По нашим расчетам, уровень валового регионального продукта на душу населения в регионах Беларуси менее дифференцирован, чем в ряде стран ЕС, в частности в Польше. Однако наблюдается некоторое отставание Беларуси от ЕС по макроэкономическим показателям [4]. В соответствии с НСУР в Беларуси планируется уменьшение регионального разрыва по показателям валового регионального продукта на душу населения (с 1,8 раза в 2013 г. до 1,4 раза в 2030 г.) и номинальной начисленной заработной платы (с 1,4 раза в 2013 г. до 1,2 раза в 2030 г.), а также полное обеспечение социальных стандартов уровня жизни во всех районах республики [7, c. 112]. Схожие задачи поставлены перед экономикой ЕС [см.: 16].

Приграничные регионы Беларуси и Польши: Гродненская область и Подляское воеводство, имеют хорошие предпосылки для взаимовыгодного экономического сотрудничества и формирования общей приграничной экономики, трансграничных кластеров и внешнеэкономических комплексов в составе их региональных хозяйственных комплексов [см.: 2; 3].

Интеграция кластеров в систему социально-экономических отношений региона приводит к возникновению синергетического и мультипликационного эффектов и формированию за счет этого более действенного регионального хозяйственного комплекса [см.: 6]. В отношении влияния на конкурентную борьбу на внешнем рынке действия комплекса проявляются сильнее, чем суммарное действие отдельных предприятий и отраслей, а также кластеров. Конкурентные преимущества комплекса превышают сумму конкурентных преимуществ входящих в него предприятий. В отличие от кластеров хозяйственные комплексы направлены еще и на решение социальных задач по повышению уровня и качества жизни населения региона. Именно этот критерий и положен в основу ИРК, который может выступить критерием отбора территорий для формирования трансграничных кластеров, внешнеэкономических и хозяйственных комплексов.

Таким образом, в теории и практике началась конвергенция классического и социального направлений в подходах к исследованию региональной конкурентоспособности. Внутренние регионы Европейского союза сильно дифференцированы по уровню конкурентоспособности, в них наблюдается тесная прямая связь между ИРК и величиной ВВП на душу населения. Повышению региональной конкурентоспособности в европейской экономике в дальнейшем, по мнению автора, будет способствовать кластерный механизм, основанный на инновациях, а также реализация принципов устойчивого развития и повышения комплексности экономики регионов.

Результаты проведенного анализа регионального развития ЕС будут полезны при разработке и реализации стратегий устойчивого развития регионов и районов Республики Беларусь, формировании трансграничных кластеров и внешнеэкономических комплексов в составе региональных хозяйственных комплексов, являющихся частью национальной экономики.

Список использованных источников

1. Балюк, С. С. Конкурентоспособность регионов Европейского союза / С. С. Балюк // Управление в социальных и экономических системах: материалы XXIV Междунар. науч.-практ. конф., Минск, 14 мая 2015 г. / редкол.: Н. В. Суша (пред.) [и др.]; Минск. ун-т управления. — Минск, 2015. — С. 17—18.
2. Балюк, С. С. Формирование и развитие внешнеэкономических комплексов регионов (на примере Республики Беларусь) / С. С. Балюк // Проблемы управления. Сер. А и В. — 2014. — № 2. — С. 82—85.
3. Балюк, С. С. Формирование приграничной экономики (на примере Гродненской области и Подлясского воеводства) / С. С. Балюк // Проблемы современной экономики: глобальный, национальный и региональный контекст: сб. науч. ст. В 2 ч. Ч. 2 / редкол.: В. С. Фатеев (гл. ред.), Д. В. Примшиц (зам. гл. ред.) [и др.]; Гродн. гос. ун-т. — Гродно, 2012. — С. 3–9.
4. Балюк, С. С. Экономическое развитие Европейского Союза и Республики Беларусь: региональный аспект / С. С. Балюк // Журн. междунар. права и междунар. отношений. — 2013. — № 3. — С. 84—90.
5. Белякова, Г. Я. Конкурентоспособность региональной экономики: концепция опережающего развития: автореф. дис. … д-ра экон. наук: 08.00.05 / Г. Я. Белякова. — М., 2001. — 40 с.
6. Клюня, В. Л. Формирование регионального хозяйственного комплекса (на примере Гродненской области) / В. Л. Клюня, С. С. Балюк. — Минск: БГУ, 2012. — 219 с.
7. Национальная стратегия устойчивого социально-экономического развития Республики Беларусь на период до 2030 года / ГНУ НИЭИ М-ва экономики Респ. Беларусь. — Минск, 2015. — 143 с.
8. О’Салливан, А. Экономика города. 4-е изд.: пер. с англ. / А. О’Салливан. — М. : ИНФРА-М, 2002. — 706 с.
9. Портер, М. Э. Конкуренция: пер. с англ. / М. Э. Портер. — М.: Вильямс, 2001. — 495 с.
10. Annoni, P. EU Regional Competitiveness Index RCI 2013 / P. Annoni, L. Dijkstra; European Commission, Joint Research Centre, Institute for the Protection and the Security of the Citizen. — Luxembourg: Publications Office of the European Union, 2013. — 160 p.
11. Begg, I. Cities and competitiveness / I. Begg // Urban Studies. — 1999. — Vol. 36, N 5-6. — P. 795—809.
12. Eurostat regional yearbook 2014: statistical book / European Commission. — Luxembourg: Publications Office of the European Union, 2014. — 332 p.
13. Huggins, R. Competition, competitive advantage, and clusters: the ideas of Michael Porter / R. Huggins, H. Izushi [Electronic resource] // The Centre for International Competitiveness. — Mode of access: <http://www.cforic.org/pages/competition--competitive-advantage--and-clusters.php>. — Date of access: 01.06.2015.
14. Ketels, Ch. European Cluster Panorama 2014: European Cluster Observatory Report / Ch. Ketels, S. Protsiv. — Stockholm: Center for Strategy and Competitiveness, Stockholm School of Economic, 2014. — 69 p.
15. Lindqvist, G. Organising clusters for innovation: lessons from city regions in Europe: Clusnet Final Report / G. Lindqvist, Ö. Sölvell [Electronic resource] // Cluster Observatory. — Mode of access: <http://www.clusterobservatory.eu/system/modules/com.gridnine.opencms.modules.eco/providers/getpdf.jsp?uid=e1948b7d-c60d-4372-abd8-fe2cb287b19e>. — Date of access: 12.11.2014.
16. Targets: Europe 2020 [Electronic resource] // European Commission. — Mode of access: <http://ec.europa.eu/europe2020/europe-2020-in-a-nutshell/targets/index_en.htm>. — Date of access: 10.07.2013.
17. The determinants of national competitiveness / M. Delgado [et al.]; National Bureau of Economic Research. — Cambridge, 2012. — 47 p.
18. The global competitiveness of regions / R. Huggins [et al.] [Electronic resource] // The Centre for International Competitiveness. — Mode of access: <http://www.cforic.org/pages/the-global-competitiveness-of-regions.php>. — Date of access: 01.06.2015.
19. The Global Competitiveness Report 2013—2014. — Geneva, 2013. — 551 p.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.