Журнал международного права и международных отношений. 2018. № 3-4 (86-87). С. 3—13.
Journal of International Law and International Relations. 2018. N 3-4 (86-87). P. 3—13.

международное право — международное частное право

Основания освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг): отечественное, зарубежное и международно-правовое регулирование

Анастасия Ярохович

Автор:
Ярохович Анастасия Владимировна — аспирант кафедры международного частного и европейского права факультета международных отношений Белорусского государственного университета, e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Белорусский государственный университет. Адрес: 4, пр. Независимости, Минск, 220030, БЕЛАРУСЬ

Рецензенты:
Бабкина Елена Васильевна — кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой международного частного и европейского права факультета международных отношений Белорусского государственного университета
Шакель Надежда Валентиновна — кандидат юридических наук, доцент, заместитель начальника организационно-инспекторского управления главного управления координации служебной деятельности Центрального аппарата Государственного комитета судебных экспертиз Республики Беларусь

Статья посвящена сравнительно-правовому анализу оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), в законодательстве и судебной практике Республики Беларусь, государств — членов Содружества Независимых Государств, Соединенных Штатов Америки, Великобритании и региональных образований (на примере Европейского cоюза), а также в отдельных универсальных международных договорах, содержащих такие основания освобождения от ответственности.

По итогам проведенного исследования автором выявлены тенденции материально-правового регулирования оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), предложены пути совершенствования отечественного законодательства в рассматриваемой области, в том числе путем детализации закрепленного в отечественном законодательстве перечня оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), а также введения в отечественное законодательство правила «информированного согласия» в отношении договоров, предметом которых является выполнение работ или возмездное оказание услуг.

Ключевые слова: информированное согласие; информированный посредник; недостатки товаров (работ, услуг); обязательства из причинения вреда; освобождение от ответственности; риск разработки.


«Justification for Damage as a Result of Defects in Goods (Works, Services): Domestic, Foreign and International Legal Regulation» (Nastassia Yarakhovich)

The artiсle is devоted tо a соmparative and legal analysis оf the grоunds fоr exemptiоn frоm liability fоr damage сaused due tо the defects in gооds (wоrks, serviсes), in the legislatiоn and соurt praсtiсe оf the Republiс оf Belarus, member-states оf the Соmmоnwealth оf Independent States, the United States оf Ameriсa, the United Kingdоm and the regiоnal uniоns (оn the example оf the Eurоpean Uniоn), as well as universal internatiоnal treaties соntaining suсh grоunds fоr exemptiоn frоm liability. Upоn the results оf the study perfоrmed the authоr revealed tendenсies in the substantive legal regulatiоn оf the grоunds fоr exemptiоn frоm liability fоr damage сaused due tо the defects in gооds (wоrks, serviсes) and suggested the ways оf imprоvement оf the dоmestiс law in the area under соnsideratiоn, inter alia by means оf detailing оf the list оf the grоunds fоr exemptiоn frоm liability fоr damage сaused due tо the defeсts in gооds (wоrks, serviсes) acknowledged in the dоmestiс law, as well as by means оf intrоduсtiоn intо the dоmestiс law оf the «infоrmed соnsent» rule in respeсt оf agreements whiсh subjeсt-matter is perfоrmanсe оf wоrks оr fee-based rendering serviсes.

Keywords: damages in goods (works, services); development risk; infоrmed соnsent; informed intermediary; justification; obligations arising out of damage.

Author:
Yarakhovich Nastassia — post-graduate student of the Department of Private International and European Law of the Faculty of International Relations, Belarusian State University, e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Belarusian State University. Address: 4, Nezavisimosti ave., Minsk, 220030, BELARUS


Стремительное развитие технологий, научно-технический прогресс в целом обеспечили доступ потребителей к богатому ассортименту товаров и широкому спектру предлагаемых работ и услуг, что позволило вывести потребительские отношения на новый уровень. Вместе с тем возросшая вовлеченность потребителей в процессы приобретения и использования разнообразных товаров (работ, услуг) привела к увеличению количества случаев причинения вреда вследствие их недостатков. С учетом данных обстоятельств в настоящее время законодателями различных государств уделяется первостепенное внимание вопросу обеспечения надлежащей защиты прав и интересов потребителей как более слабой стороны в потребительских правоотношениях. Вместе с тем в целях стимулирования развития рынка товаров (работ, услуг), предупреждения злоупотреблений со стороны потребителей законодатели осознают необходимость обеспечения баланса интересов потребителей, с одной стороны, и изготовителей (продавцов) товаров, исполнителей работ и услуг — с другой.

Целью настоящей статьи является сравнительно-правовой анализ оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), в национальном законодательстве и судебной практике Республики Беларусь, государств — членов Содружества Независимых Государств, Соединенных Штатов Америки, Великобритании и региональных образований (на примере Европейского союза (ЕС)), а также в отдельных универсальных международных договорах, содержащих такие основания освобождения от ответственности.

Вопросы гражданско-правовой ответственности за причинение вреда вследствие недостатков товаров (работ, услуг) находятся в диапазоне научных интересов как отечественных, так и зарубежных авторов. Отдельные аспекты отношений из причинения вреда вследствие недостатков товаров (работ, услуг) получили освещение в работах Н. В. Ивановской [12], В. Г. Кореневой [13], Р. В. Халина [29; 30], П. Р. Фергюсон [34], Д. Фэергрива [36] и др. Актуальность настоящей статьи заключается в том, что автором проводится комплексный анализ материально-правового закрепления оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков, товаров (работ, услуг) на национальном, региональном и универсальном уровнях, в целях выявления современных тенденций регулирования данного вопроса, а также определения путей совершенствования релевантных норм законодательства Республики Беларусь с учетом практики зарубежных государств.

Действующее законодательство Республики Беларусь исходит из того, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет [4, ст. 964].

Согласно статье 967 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК), продавец (изготовитель) товара и исполнитель работы или услуги могут быть освобождены от ответственности в том случае, если они докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения [4].

Пункт 7 статьи 17 Закона Республики Беларусь «О защите прав потребителей» (далее — Закон) расширяет перечень оснований освобождения от ответственности, закрепленный в статье 967 ГК. В частности, согласно статье 17 Закона изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности и в случае, если он докажет, что вред возник вследствие нарушения потребителем установленных правил транспортировки товара (результата работы) или вследствие действий третьих лиц [19].

Законодательное определение непреодолимой силы содержится в статьях 203, 372 ГК. Под непреодолимой силой понимают обстоятельства, «чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях». Как отмечают некоторые исследователи [см.: 28], анализ данной дефиниции позволяет выделить три основных критерия, которые должны быть одновременно присущи обстоятельству для его квалификации в качестве обстоятельства непреодолимой силы: 1) чрезвычайность, 2) непредотвратимость и 3) относительность, т. е. чрезвычайность и непредотвратимость должны быть таковыми при данных конкретных условиях.

При отсутствии хотя бы одного из указанных критериев обстоятельство, повлекшее причинение вреда, не будет расцениваться в качестве обстоятельства непреодолимой силы, освобождающего от ответственности, а, значит, вред потерпевшему должен возмещаться.

Следует отметить, что в белорусском законодательстве отсутствует закрытый перечень обстоятельств, которые можно отнести к обстоятельствам непреодолимой силы. При этом обстоятельства непреодолимой силы являются оценочной категорией: суд, рассматривая спор, в каждом отдельном случае будет исходить из конкретных обстоятельств дела. Это означает, что одно и то же обстоятельство в разных ситуациях может быть отнесено либо не отнесено к обстоятельству непреодолимой силы. Ключевой вопрос состоит в том, насколько рассматриваемое событие является непредвиденным, исключительным и непредотвратимым для сторон правоотношения, а также в какой степени наступлением этого события обусловлено причинение вреда вследствие недостатков товаров (работ, услуг) [14].

Нарушение потребителем установленных правил использования товара (результата работы, услуги), его хранения и транспортировки как основание для освобождения от ответственности за вред, причиненный недостатками товаров (работ, услуг), вытекает из обязанности потребителя использовать товар в соответствии с его назначением. Действующее белорусское законодательство прямо не предписывает потребителю использовать товар в соответствии с его назначением — эта обязанность вытекает из положений Закона косвенно (например, ст. 1, п. 2 ст. 13, п. 1 ст. 14). Для примера: в украинском Законе о защите прав потребителей прямо закреплена обязанность потребителей использовать товар в соответствии с его целевым назначением и соблюдать условия (требования, нормы, правила), установленные производителем товара (исполнителем) в эксплуатационной документации [24, абз. 3 п. 3 ст. 4]. Полагаем, что закрепление аналогичной нормы в белорусском законодательстве позволит исключить или, по крайней мере, минимизировать случаи причинения вреда качественными товарами (результатами работ, услуг) ввиду их нецелевого использования или использования, хранения и транспортировки потребителями не в соответствии с правилами, указанными в эксплуатационной документации, а также обеспечит защиту изготовителей (продавцов, исполнителей) от злоупотреблений со стороны потребителей в случае предъявления потребителями исков, обусловленных причинением им вреда при подобных обстоятельствах.

Отмечаем, что обязанность потребителя использовать товар в соответствии с его целевым назначением тесно связана с обязанностью изготовителя (продавца, исполнителя) обеспечить безопасность товара (результата работы) [19, п. 1 ст. 12], которая является одной из важнейших характеристик качественного товара (работы, услуги). Изготовитель (продавец, исполнитель) должен предоставить потребителю необходимую и достоверную информацию о предлагаемых товарах (работах, услугах) [19, п. 1 ст. 7], включая необходимые сведения об условиях безопасного использования, хранения, транспортировки или утилизации товара (результата работы) [19, п. 2.14 ст. 7; п. 2 ст. 12]. В том случае, если данная информация не была доведена до сведения потребителя, то продавец (изготовитель, исполнитель) должен нести ответственность за причиненный в этой связи вред. Следовательно, основанием для освобождения от ответственности будут являться именно виновные действия потребителя, заключающиеся в таком использовании товара (результатов работ, услуг) или его хранении, транспортировке или утилизации, которые не соответствуют предназначению данного товара (результата работы, услуги) или инструкциям либо руководству изготовителя (продавца, исполнителя) в отношении данного товара (результата работы, услуги).

В отношении квалификации действий третьих лиц в качестве основания, освобождающего изготовителей (продавцов, исполнителей) от ответственности за вред, причиненный недостатками товаров (работ, услуг), позиция законодателей различных государств весьма разнится. Одни страны, включая Беларусь [4; 19], Казахстан [5; 20], Армению [3; 18], прямо предусмотрели в своем законодательстве такое основание. Россия [11; 25], Азербайджан [1; 16], Узбекистан [9; 23], Кыргызстан [2; 17] обозначили действия третьих лиц как одно из оснований освобождения от договорной ответственности изготовителей (продавцов, исполнителей) за неисполнение ими своих договорных обязанностей. Третьи страны, в частности Украина [10; 24; 27], Молдова [6], специально оговорили, что ответственность изготовителей за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), не уменьшается, если вред причинен одновременно недостатком товара и действием (бездействием) третьего лица.

Европейская конвенция об ответственности за причинение телесного вреда или смерти вследствие недостатков товаров от 27 января 1977 г. (далее — Страсбургская конвенция) также исходит из того, что ответственность изготовителя не должна уменьшаться в случае причинения вреда вследствие как недостатка товара, так и действий (бездействия) третьих лиц [32]. В комментариях к Страсбургской конвенции отмечается, что такая позиция законодателя обусловлена тем, что изготовитель в любом случае сможет обратиться с регрессным требованием к третьим лицам [33]. (В настоящее время странами, подписавшими Страсбургскую конвенцию, являются Люксембург, Франция, Австрия и Бельгия.)

Такая позиция законодателя, позволяющая защитить потребителя как слабую сторону от необходимости выявления третьих лиц, к которым было бы необходимо напрямую обращаться с требованием о возмещении вреда, закрепляя право регресса к третьим лицам за изготовителем, представляется вполне обоснованной ввиду того, что в данной ситуации вред является итогом совместных действий как изготовителя, так и третьих лиц, поэтому возложение ответственности на изготовителя, который известен и экономически силен, оправданно.

В целом следует отметить, что законодательство большинства стран СНГ содержит основания освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товара (работы, услуги), схожие с теми, которые закреплены в белорусском законодательстве. Так, основаниями освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), являются:

1) в Российской Федерации — непреодолимая сила или нарушение потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги) (ст. 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 5 ст. 14 Закона о защите прав потребителей) [11; 25];

2) в Республике Казахстан — действия третьих лиц, непреодолимая сила или нарушение потребителем установленных правил использования, хранения товара (работы, услуги) (ст. 950 Гражданского кодекса Казахстана и п. 6 ст. 31 Закона о защите прав потребителей) [5; 20];

3) в Республике Узбекистан — непреодолимая сила или нарушение потребителем установленных правил хранения или пользования товарами (результатами работы, услугами) (ст. 1020 Гражданского кодекса Узбекистана и ст. 20 Закона о защите прав потребителей) [9; 23];

4) в Кыргызской Республике — непреодолимая сила или нарушение потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги) (ст. 1026 Гражданского кодекса Кыргызстана и п. 5 ст. 13 Закона о защите прав потребителей) [2; 17];

5) в Республике Армения — непреодолимая сила, нарушение потребителем установленных правил использования, хранения и транспортировки товара (работы, услуги) или действия третьих лиц (ст. 1091 Гражданского кодекса Армении и п. 5 ст. 15 Закона о защите прав потребителей) [3; 18];

6) в Азербайджанской Республике — непреодолимая сила или нарушение потребителем правил использования или хранения товара (результатов работ, услуг) (ст. 1131 Гражданского кодекса Азербайджана) [1];

7) в Республике Таджикистан — непреодолимая сила или нарушение потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги) (ст. 1114 Гражданского кодекса Таджикистана и ст. 14 Закона о защите прав потребителей) [7; 21].

По иному пути регулирования данного вопроса пошли законодатели Украины, Молдовы и Туркменистана. Например, согласно пункту 3 статьи 1209 Гражданского кодекса Украины изготовитель товара, являющегося недвижимым имуществом, исполнитель работ (услуг) освобождаются от возмещения ущерба, если они докажут, что ущерб возник вследствие непреодолимой силы или нарушения пострадавшим правил использования или хранения товара, результатов работ (услуг) [10]. При этом, как следует из статьи 9 Закона Украины от 19 мая 2011 г. № 3390-17 «Об ответственности за вред, причиненный вследствие дефекта в продукции», производитель продукции (под которой согласно статье 1 названного Закона понимается любое движимое имущество, включая готовую продукцию, сырье и комплектующее изделие, в том числе имущество, являющееся составной частью другого движимого или недвижимого имущества, а также включая электроэнергию) освобождается от возмещения вреда, если докажет одно из следующих обстоятельств:

1) он не вводил продукцию в обращение;

2) дефект, вследствие которого причинен вред, возник после введения производителем продукции в обращение, кроме случаев, когда возникновение такого дефекта было обусловлено конструкцией или составом продукции;

3) продукция была изготовлена или распространена производителем не в ходе осуществления им хозяйственной деятельности;

4) дефект в продукции возник вследствие соблюдения производителем требований законодательства или выполнения обязательных для него предписаний органов государственной власти;

5) в отношении производителя комплектующих или составных частей дефект обусловлен конструкцией готовой продукции, в состав которой эта комплектующая или составная часть включена, или технической документацией, предоставленной производителем готовой продукции [27].

Пункт 1 статьи 1425 Гражданского кодекса Молдовы [6] и статья 1044 Гражданского кодекса Туркменистана [8] содержат схожий перечень оснований освобождения от ответственности, дополнительно закрепляя следующие основания: 1) продукт имеет недостаток, однако при выпуске его для реализации он соответствовал действующим в то время нормам; 2) выявление недостатка было невозможным с учетом уровня науки и техники ко времени выпуска продукта для реализации; 3) недостатки связаны с порядком сборки (строительства) продукта, в который включена составная часть, либо с дополнениями и соединениями, произведенными изготовителем конечного продукта.

Следует отметить, что в процессе разработки указанных норм законодатели Украины, Молдовы и Туркменистана взяли за основу положения директивы ЕС 85/374/EС от 25 июля 1985 г. «О сближении законов, регламентов и административных положений государств — членов Европейского союза в отношении ответственности за товары, имеющие недостатки» (далее — Директива ЕС) [31].

Согласно статье 7 Директивы ЕС изготовитель освобождается от ответственности за вред, причиненный товарами, имеющими недостатки, если он докажет, что:

a) он не выпускал товар в обращение; или

b) с учетом обстоятельств дела есть вероятность того, что на момент выпуска изготовителем товара в обращение недостатка, причинившего вред, не существовало или этот недостаток появился позднее; или

c) товар был им изготовлен не для продажи или любой иной формы распространения в экономических целях, а также не был изготовлен и не распространялся им в ходе осуще-
ствления своей предпринимательской деятельности; или

d) недостаток обусловлен соответствием товара обязательным к соблюдению нормам, изданным государственными органами; или

e) на момент выпуска товара в обращение уровень научных и технических знаний не позволял обнаружить наличие данного недостатка; или

f) в отношении изготовителя составных частей недостаток обусловлен конструкцией товара, в который данная составная часть была включена, или инструкциями изготовителя товара [31].

Как отмечается в преамбуле Директивы ЕС, целью закрепления данного перечня оснований освобождения от ответственности является справедливое распределение риска между потерпевшим лицом и изготовителем [31]. По мнению некоторых авторов [39], вопрос распределения рисков должен решаться только на основании глубокого анализа возможностей управления неизвестными рисками и их минимизации, а также возможностей распределения «выгод», которыми сопровождаются эти риски. Так, например, по мнению Дж. Степлтон, «предприятие, которое получает выгоду от рисков и при этом имеет наибольший потенциальный контроль над этими рисками, должно нести ответственность за риски, если они материализуются» [38]. С другой стороны, судебная практика как стран ЕС, так и других зарубежных стран не раз демонстрировала случаи злоупотребления правом со стороны потребителей (например, в решении апелляционного суда Парижа от 10 октября 2003 г. SARL sосiété оasis des serres de bоn pain v. SA sосiété Algavi производитель препарата для очистки пруда был привлечен к ответственности за гибель рыбы заявителя в связи с применением им чрезмерной дозы препарата, хотя в инструкциях к препарату указывалась доза в отношении площади поверхности воды, но не указывалась глубина пруда [35]).

Следовательно, анализ закрепленных в Директиве ЕС оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), позволяет отметить, что в рамках Директивы ЕС изготовители получили возможность освободиться от ответственности, если они докажут наличие особых обстоятельств. При этом судебная практика ЕС (например, судебные дела A. and Оthers v. Natiоnal Blооd Authоrity and anоther, Sсhоlten v. ОLVG Hоspital Amsterdam, Riсhardsоn v. LRС Prоduсts Ltd. и др.) свидетельствует о том, что, несмотря на детализацию перечня оснований освобождения от ответственности, учитывая их исключительный характер и узкое толкование, права потребителей как слабой стороны тем самым не ущемляются [см.: 30].

Основания освобождения от ответственности за вред, причиненный недостатками товаров (работ, услуг), прямо указаны и в Страсбургской конвенции [32]. По сравнению с Директивой ЕС Страсбургская конвенция содержит достаточно сжатый перечень оснований, освобождающих изготовителей от ответственности, среди которых указаны следующие обстоятельства:

a) продукт не был выпущен в обращение изготовителем; или

b) с учетом обстоятельств дела есть вероятность того, что на момент выпуска изготовителем товара в обращение недостатка, причинившего вред, не существовало или этот недостаток появился позднее; или

c) продукт не был изготовлен для продажи, найма или любой иной формы распространения в экономических целях изготовителя, а также не был изготовлен и не распространялся в ходе осуществления его предпринимательской деятельности [32, ст. 5].

Для сравнения, третья редакция Свода деликтных правил США (далее — Свод США) не закрепляет единого перечня оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров, при этом содержит специальные положения в отношении случаев причинения вреда вследствие недостатков товаров особых категорий с учетом их природы и особенностей поступления к конечному потребителю (например, некачественные комплектующие, лекарственные средства и изделия медицинского назначения, товары, бывшие в употреблении, продукты питания) [см.: 29, л. 179]. В частности, параграф 6 Свода США закрепляет, что изготовитель рецептурных лекарственных средств и изделий медицинского назначения, реализующий или иным образом распространяющий эти товары, несет ответственность за вред, причиненный ими, в случае наличия в них производственного недостатка или при условии, что такие товары не являются достаточно безопасными вследствие конструктивного недостатка или вследствие отсутствия в отношении них достаточных инструкций или предупреждений. При этом считается, что рецептурные лекарственные средства или изделия медицинского назначения не являются «достаточно безопасными» вследствие конструктивного недостатка, если предполагаемый риск причинения вреда данными товарами значительно выше ожидаемого терапевтического эффекта от их применения [см.: 37], следовательно, лица, оказывающие медицинские услуги, зная о таких предсказуемых рисках и терапевтическом эффекте, не станут назначать лекарственные средства или изделия медицинского назначения пациентам. Как вытекает из рассмотренной нормы, если причиненный пациенту вред будет компенсирован ожидаемым терапевтическим эффектом от применения соответствующего лекарственного средства или изделия медицинского назначения, то изготовитель таких товаров будет освобождаться от ответственности за причинение вреда [29, л. 178].

Согласно законодательству и судебной практике США ответчик может быть также освобожден от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатка товара, если будет доказано, что после реализации такого товара потребителем или иным третьим лицом был изменен его состав или конструкция, что и привело к возникновения вреда [29, л. 40]. Считаем данное положение весьма разумным для целей освобождения изготовителя товара от ответственности в случаях причинение вреда потребителю, получившему от изготовителя качественный товар.

Следует отметить, что весьма дискуссионным в рамках разработки проекта Директивы ЕС являлся вопрос включения в перечень оснований, освобождающих изготовителей от ответственности, так называемого риска разработки (develоpment risk). Суть данного основания освобождения от ответственности изложена в пункте е) статьи 7 Директивы ЕС: изготовитель освобождается от ответственности за вред, причиненный товарами, имеющими недостатки, если он докажет, что «на момент выпуска товара в обращение уровень научных и технических знаний не позволял обнаружить наличие данного недостатка» [31]. Аналогичное основание освобождения от ответственности закреплено и в законодательстве Украины, Молдовы, Туркменистана, а также подтверждено судебной практикой США, Великобритании и некоторых других стран. По мнению ряда авторов, правильное толкование указанной нормы Директивы ЕС «давало небольшую возможность для ответчиков (если давало) освободить себя от ответственности» [36, p. 321].

Схожее основание освобождения от ответственности нашло отражение в Своде США. Согласно комментариям к нему «есть некоторые товары, которые при нынешнем состоянии человеческих знаний совершенно не способны быть безопасными в рамках их предполагаемого и обычного использования. Особенно распространены такие товары в области лекарственных средств. Следовательно, такой товар, который надлежащим образом подготовлен с приложением к нему надлежащих указаний и предупреждений, не является дефектным и необоснованно опасным» [34, p. 67]. Эта трактовка дает понять, что изготовитель таких продуктов будет нести ответственность только в том случае, если он не предоставит предупреждающую информацию. При этом практика американских судов по данному вопросу крайне противоречива: одни решения демонстрируют, что изготовители должны нести ответственность, если они не предупреждали как об известной опасности, так и об опасности, о которой им следовало знать, но они не знали, поскольку такая опасность не была ими выявлена (дело Beshada v. Jоhns-Manville Prоduсts Соrp.), другие — что изготовители не должны нести ответственность за отсутствие предупреждений, о которых изготовитель не знал (дело Brоwn v. Superiоr Соurt), третьи — что такие дела следует решать на индивидуальной основе (Feldman v. Lederle Labоratоri). Некоторые исследователи выступают в защиту «риска разработки» (develоpment risk) как основания освобождения от ответственности за вред, причиненный недостатками товаров (работ, услуг), ссылаясь на соображения государственной политики. Например, по мнению П. Фергюсон, привлечение к ответственности изготовителя фармацевтической продукции за то, что он не предупредил о невыявленном риске, повысит стоимость страхования ответственности, что будет препятствовать производству новых, потенциально полезных лекарств и повысит их цену [34, p. 70].

В отличие от указанных стран в Республике Беларусь данный аргумент в защиту интересов изготовителей не принимается во внимание. В частности, пункт 6 статьи 17 Закона прямо закрепляет, что факт того, что уровень научных и технических знаний изготовителя (исполнителя) не позволял выявить особые свойства и характеристики материалов, оборудования, инструментов и иных средств при производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг), не является основанием для освобождения изготовителя (исполнителя) от ответственности за вред, причиненный жизни, здоровью, наследственности или имуществу потребителя в связи с их использованием [19, п. 6 ст. 17]. Такой же позиции придерживаются, например, законодатели Российской Федерации, Казахстана, Кыргызстана, Армении, Таджикистана.

Следует отметить, что помимо перечисленных оснований освобождения от ответственности в судебной практике США и Великобритании были выработаны особые правила, позволяющие освободить изготовителей от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров, а именно так называемые правила «информированного посредника» (leaned intermediary rule) и «информированного согласия» (infоrmed соnsent) [29, л. 179].

Правило «информированного посредника» освобождает изготовителя от ответственности, при этом выделяя нового субъекта ответственности, которым является некий посредник, информированный о таких качествах или свойствах товара, которые способны причинить вред. Примером применения правила «информированного посредника» в судебной практике является дело Hоlmes v. Ashfоrd, в котором суд не нашел оснований для возложения ответственности на изготовителя краски для волос, в результате применения которой у гражданки возникла аллергическая реакция кожи головы. Ответственность за вред, причиненный истице, была возложена на парикмахера, который при оказании соответствующей услуги по окраске волос не ознакомился с инструкцией по применению краски, а также предварительно не проверил, будет ли ее применение являться опасным для истицы [см.: 13].

Анализ правила «информированного посредника», применяемого в Великобритании и США, позволяет сделать вывод о его направленности на изменение субъекта деликтной ответственности путем ее перенесения с изготовителя товаров на третье лицо в рамках теории небрежности [29, л. 180], когда третье лицо будет признаваться ответственным за причинение вреда лишь в том случае, если оно не проявило должной степени осмотрительности при производстве товара (выполнении работы, оказании услуги) либо не сообщило потенциальным потребителям сведения о возможных рисках в связи с использованием товара (выполнением работы, оказанием услуги), противопоказаниях к его применению, а также о мерах предосторожности, соблюдение которых необходимо для исключения вероятности причинения вреда.

Можно назвать и другие дела, рассмотренные судами США и Великобритании с применением правила «информированного посредника», в том числе касающиеся причинения вреда здоровью пациентов в результате применения рецептурных лекарственных средств (например, дела Klink v. GD Searle & Со, Kaiser v. Suburban Transpоrtatiоn System, Burfitt v. Kille) [см.: 29, л. 188—189].

Следует отметить, что в практике американских судов применение правила «информированного согласия» не раз исключалось, в частности, в делах о вакцинации населения (например, Devis v. Wyets Labоratоries и Givens v. Lederl), а также в делах, возбуждаемых против изготовителей противозачаточных средств (например, Lukaszewiсz v. Оrthо Pharmaсeutiсa и MaсDоnald v. Оrthо Pharmaсeutiсal Соrpоratiоn), когда ответственными за вред, причиненный здоровью пациентов, признавались изготовители, напрямую не обеспечившие пациентов информацией о возможных негативных последствиях использования соответствующих товаров [29, л. 191]. Некоторые авторы [см., напр., 34] критикуют введение данных исключений, оперируя тем, что процессы лечения с применением тех или иных лекарственных средств и препаратов в целом носят избирательный характер, а значит, выделение вакцин и противозачаточных средств в особую группу лекарственных средств является необоснованным.

Правило «информированного согласия» является разновидностью общего основания освобождения от ответственности за причинение вреда при наличии согласия потерпевшего на его причинение и вытекает из обязанности врача предоставлять пациенту исчерпывающую информацию обо всех противопоказаниях по применению лекарственных средств. Данное правило было разработано в развитие правила «информированного посредника», которое обеспечивало защиту потребителей лекарственных средств и изделий медицинского назначения только в случае неисполнения изготовителем своей обязанности по информированию врачей о свойствах и характеристиках лекарственных средств и изделий медицинского назначения, а также информированию пациентов о противопоказаниях к их применению [29, л. 192]. В рамках применения правила «информированного согласия» истец принимает на себя возможные риски путем выражения своего согласия с совершаемыми с ним действиями. Так, например, в деле Devi v. Midlands Health Authоrity истица дала согласие на проведение лечебно-диагностической процедуры, в результате которой она стала бесплодной. Однако поскольку истица не выражала своего согласия на проведение про-
цедур, которые бы привели к ее бесплодию, суд обязал врача, проводившего операцию, возместить причиненный истице вред [34, p. 68]. В целом, «информированное согласие» должно быть основано на оценке информации об альтернативных способах лечения, их преимуществах и недостатках. При этом, как подтверждено судебной практикой (например, в решениях по делам Сanterbury v. Spenсe и Sydaway v. Gоvernоrs оf the Bethlem Rоyal Hоspital and Maudley Hоspital and Оthers), к врачам соответственно предъявляют требования информировать пациентов о всех обстоятельствах, которые они должны учитывать при принятии решения о применении либо отказе в применении соответствующего способа лечения [29, л. 193—194]. В некоторых нормативных правовых актах Республики Беларусь правило «информированного согласия» также нашло отражение. Например, условиями забора органов для трансплантации у живого донора, среди прочего, являются письменное предупреждение живого донора лечащим врачом государственной организации здравоохранения о возможном ухудшении его здоровья в связи с забором органов для трансплантации, а также наличие добровольного согласия данного живого донора на забор органов, выраженного в письменной форме и удостоверенного нотариально [26, ч. 1 ст. 8]. В то же время трансплантация осуществляется только с письменного согласия реципиента, при этом реципиент должен быть письменно предупрежден о возможном ухудшении его здоровья в результате предстоящего медицинского вмешательства [26, ст. 12]. Обязательным условием выполнения донорской функции является наличие предварительного письменного согласия донора на забор у него крови, ее компонентов [15, ст. 20], а также предварительного письменного согласия реципиента на переливание крови, ее компонентов [15, ст. 23]. При этом реципиент должен быть письменно предупрежден о возможном ухудшении его здоровья в результате предстоящего медицинского вмешательства [15, ст. 23].

Поскольку в белорусском законодательстве правило «информированного согласия» закреплено, как правило, в актах, принятых в сфере здравоохранения или оказания медицинской (психологической) помощи, и является частным случаем причинения вреда с согласия потерпевшего, считаем целесообразным расширение сферы применения данного правила на договоры, предметом которых является выполнение работ или оказание услуг. При этом, полагаем, что заблуждение заказчика в отношении результатов работы (услуги) при наличии его предварительного письменного согласия, содержащего предупреждающую информацию о неблагоприятных последствиях выбора заказчика, не должно влиять на освобождение подрядчика (исполнителя) от ответственности за вред, причиненный результатом работы (услуги) заказчику. В частности, считаем целесообразным дополнить статью 670 ГК пунктом 4 следующего содержания:

«4. В тех случаях, когда результат работы может не оправдать ожиданий заказчика в силу заблуждения с его стороны, подрядчик вправе приступить к выполнению работы согласно указаниям заказчика. При этом подрядчик освобождается от ответственности за вред, причиненный результатом работы заказчику, при условии наличия предварительного письменного согласия заказчика на выполнение такой работы с указанием в документе, выражающем согласие, предупреждающей информации о возможных неблагоприятных последствиях выбора заказчика».

В отношении вреда, причиненного вследствие недостатка услуги, считаем целесообразным дополнить главу 39 ГК статьей 737-1 следующего содержания:

«В тех случаях, когда результат услуги зависит от индивидуальных особенностей заказчика и (или) может не оправдать ожиданий заказчика в силу заблуждения с его стороны, исполнитель вправе приступить к оказанию услуги согласно указаниям заказчика. При этом исполнитель освобождается от ответственности за вред, причиненный вследствие оказания такой услуги, при условии наличия предварительного письменного согласия заказчика на оказание такой услуги с указанием в документе, выражающем согласие, предупреждающей информации о возможных неблагоприятных последствиях выбора заказчика».

В целом можно говорить о том, что правило «информированного посредника» действует, чтобы оградить изготовителей товаров, в частности рецептурных лекарственных средств, от ответственности за их неспособность напрямую предупредить пациентов о побочных эффектах таких товаров, в то время как правило «информированного согласия» гарантирует, что соответствующие предупреждения будут переданы информированным посредником конечному потребителю (например, пациентам врачом). При этом некоторые авторы [см., напр., 34] критикуют применение данных правил, аргументируя это тем, что: 1) врачи могут не обладать достаточными знаниями о побочных эффектах лекарственных средств и иных особенностях их воздействия на организм пациентов, что ставит под сомнение их квалификацию в качестве «информированных посредников»; 2) в своей практике английские суды зачастую отказывают в удовлетворении исков о возмещении потребителям вреда, причиненного в результате ненадлежащего исполнения врачом своих обязанностей в качестве «информированного посредника», лишь на том основании, что согласие пациента на лечение требовало «информирования». Следовательно, высказывается мнение, что пациенты будут лучше защищены от рисков, связанных с рецептурными лекарственными средствами, если правило «информированного посредника» будет дополнено юридическим требованием, чтобы изготовители фармацевтических товаров предоставляли информацию о продукте конечному потребителю, т. е. пациенту, путем использования листов-вкладышей для пациентов и указания соответствующей информации на упаковке товара либо в инструкции по его применению [13].

Таким образом, на основании проведенного сравнительно-правового анализа оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), закрепленных в законодательстве Республики Беларусь и других государств — членов СНГ, США, Великобритании и других членов ЕС и подтвержденных соответствующей судебной практикой, можно сделать следующие выводы:

1) считаем обоснованным введение в действующее белорусское законодательство норм, предусматривающих освобождение изготовителя (исполнителя, продавца) от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), в том случае, если вред возник вследствие действий третьих лиц, что позволяет избежать потребительского экстремизма и защитить деловую репутацию изготовителей (продавцов, исполнителей);

2) в целях консолидации оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), закрепленных в ГК и Законе, считаем целесообразным изложить статью 967 ГК в следующей редакции:

«Продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождаются от ответственности в том случае, если докажут, что вред возник вследствие нарушения потребителем установленных правил использования товара (результата работы, услуги), хранения, транспортировки товара (результата работы) или действий третьих лиц либо непреодолимой силы»;

3) белорусский законодатель выделил достаточно узкий перечень оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг). Полагаем, что опыт зарубежных стран, в частности Украины, Молдовы и Туркменистана, а также ЕС в части детализации оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров, может быть учтен в нормотворческом процессе Республики Беларусь в целях справедливого распределения рисков между изготовителем и потерпевшим. Например, считаем целесо-
образным дополнительно отразить в статье 967 ГК и статье 7 Закона возможность освобождения изготовителей товаров (за исключением недвижимых) от деликтной ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков таких товаров, при условии, что:

а) изготовитель не вводил товар в обращение; или

б) недостаток, вследствие которого причинен вред, возник после введения изготовителем товара в обращение (кроме случаев, когда возникновение такого недостатка было обусловлено конструкцией или составом товара), в том числе в результате конструктивных изменений в составе товара и изменений его химического состава, произведенных потребителем или иным третьим лицом после введения изготовителем товара в обращение; или

в) товар не был изготовлен для продажи, найма или любой иной формы распространения в экономических целях изготовителя, а также не был изготовлен и не распространялся в ходе осуществления его предпринимательской (хозяйственной) деятельности; или

г) товар имеет недостаток, однако при выпуске его для реализации он соответствовал действующим в то время законодательным нормам и техническим стандартам; или

д) в отношении изготовителя комплектующих или составных частей недостаток обусловлен конструкцией готового товара, в состав которой эта комплектующая или составная часть включена, или технической документацией и (или) инструкциями, предоставленными изготовителем готового товара; или

е) недостатки связаны с порядком сборки товара, в который включена составная часть, либо с дополнениями и изменениями, произведенными изготовителем конечного
товара;

4) считаем обоснованным отказ белорусского законодателя от закрепления в отечественном законодательстве так называемого «риска разработки», суть которого заключается в освобождении изготовителей или исполнителей от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), при условии, что при производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг) уровень научных и технических знаний изготовителя (исполнителя) не позволял выявить их особые свойства и характеристики. Несмотря на многочисленные дискуссии по поводу «риска разработки» как основания, освобождающего от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров (работ, услуг), и его влияния на развитие инновационных отраслей, с одной стороны, и защиту прав потребителей — с другой, по нашему мнению, отказ от закрепления в законодательстве «риска разработки» является одним из немногих эффективных средств в борьбе с недобросовестными изготовителями (исполнителями), которое позволяет обеспечить должную защиту потребителей, особенно при приобретении ими инновационных товаров (результатов работ или услуг);

5) одними из оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный недостатками товаров (работ, услуг), широко применяемыми в практике зарубежных государств, являются правила «информированного посредника» и «информированного согласия».

Сущность правила «информированного посредника» обусловлена природой отдельных видов товаров (работ, услуг), например рецептурных лекарственных средств и медицинских изделий, а также способом их доведения до конечного потребителя. Правило «информированного согласия» является разновидностью общего основания освобождения причинителя вреда от ответственности при наличии согласия потерпевшего на его причинение. Суть «информированного согласия» заключается в том, что юридическое значение придается не просто согласию, а согласию, которое является явно выраженным при условии информированности пациента о всех возможных рисках и альтернативных методах лечения;

6) в целях корректировки баланса прав сторон считаем целесообразным введение в ГК правила «информированного согласия», предусматривающего освобождение подрядчиков и исполнителей от обязанности возмещения вреда в случае получения явно выраженного согласия заказчика на причинение вреда при условии его предварительной информированности о всех возможных рисках и (или) негативных последствиях его конечного выбора, в отношении договоров, предметом которых является выполнение работ или возмездное оказание услуг.

Список использованных источников

1. Гражданский кодекс Азербайджанской Республики от 28 дек. 1999 г. [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=2577>. — Дата доступа: 23.09.2018.2. Гражданский кодекс Кыргызской Республики (часть вторая) от 5 янв. 1998 г. [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=53>. — Дата доступа: 23.09.2018.
3. Гражданский кодекс Республики Армения от 28 июля 1998 г. № ЗР-239 [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=2998>. — Дата доступа: 23.09.2018.
4. Гражданский кодекс Республики Беларусь: Кодекс Респ. Беларусь от 7 дек. 1998 г. № 218-З: принят Палатой представителей 28 окт. 1998 г.: одобр. Советом Респ. 19 нояб.1998 г.: текст по сост. на 01.08.2018 г. [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2018.
5. Гражданский кодекс Республики Казахстан (Особенная часть) от 1 июля 1999 г. № 409-I ЗРК [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=1167>. — Дата доступа: 23.09.2018.
6. Гражданский кодекс Республики Молдова от 6 июня 2002 г. № 1107-XV [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=3244>. — Дата доступа: 23.09.2018.
7. Гражданский кодекс Республики Таджикистан (часть вторая) от 11 дек. 1999 г. [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=2165>. — Дата доступа: 23.09.2018.
8. Гражданский кодекс Республики Туркменистан от 17 июля 1998 г. № 294-I [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=2363>. — Дата доступа: 23.09.2018.
9. Гражданский кодекс Республики Узбекистан (часть вторая) от 29 авг. 1996 г. № 256-I [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=771>. — Дата доступа: 23.09.2018.
10. Гражданский кодекс Республики Украина от 16 янв. 2003 г. № 435-IV [Электронный ресурс]// Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=8896>. — Дата доступа: 23.09.2018.
11. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26 янв. 1996 г. № 14-ФЗ: принят Гос. Думой 24 дек. 1996 г. [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Россия / ЗАО «Консультант Плюс». — М., 2018.
12. Ивановская, Н. В. Возмещение вреда, причиненного недостатками товаров, по праву Англии и России / Н. В. Ивановская // Бизнес в законе. — 2013. — № 2. — С. 21—23.
13. Коренева, В. Г. Правило «информированного посредника» в праве Англии и США / В. Г. Коренева // Пробелы в российском законодательстве. — 2011. — № 2. — С. 107—109.
14. Марчук, К. В. Непреодолимая сила (форс-мажор) как основание для освобождения от ответственности / К. В. Марчук [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2018.
15. О донорстве крови и ее компонентов: Закон Респ. Беларусь от 30 нояб. 2010 г. № 187-3 [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2018.
16. О защите прав потребителей: Закон Азербайджан. Респ. от 19 сент. 1995 г. № 1113 [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=2795>. — Дата доступа: 23.09.2018.
17. О защите прав потребителей: Закон Кыргыз. Респ. от 10 дек. 1997 г. № 90 [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=357>. — Дата доступа: 23.09.2018.
18. О защите прав потребителей: Закон Респ. Армения от 20 июля 2001 г. № ЗР-197 [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=3625>. — Дата доступа: 23.09.2018.
19. О защите прав потребителей: Закон Респ. Беларусь от 9 янв. 2002 г. № 90-3 [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2018.
20. О защите прав потребителей: Закон Респ. Казахстан от 4 мая 2010 г. № 274-IV ЗРК [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=31140>. — Дата доступа: 23.09.2018.
21. О защите прав потребителей: Закон Респ. Таджикистан от 9 дек. 2004 г. № 72 [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=8294>. — Дата доступа: 23.09.2018.
22. О защите прав потребителей: Закон Респ. Туркменистан от 8 нояб. 2014 г. № 140-V [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=71189>. — Дата доступа: 23.09.2018.
23. О защите прав потребителей: Закон Респ. Узбекистан от 26 апр. 1996 г. № 221-V [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=909>. — Дата доступа: 23.09.2018.
24. О защите прав потребителей: Закон Респ. Украина от 12 мая 1991 г. № 1023-XII [Электронный ресурс] // Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=9258>. — Дата доступа: 23.09.2018.
25. О защите прав потребителей: Закон Российской Федерации от 7 февр. 1992 г. № 2300-1 [Электронный ресурс]// Законодательство стран СНГ / ООО «СоюзПравоИнформ». — Режим доступа: <http://base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=1600>. — Дата доступа: 20.09.2018.
26. О трансплантации органов и тканей человека: Закон Респ. Беларусь от 4 марта 1997 г. № 28-3 [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2018.
27. Про відповідальність за шкоду, завдану внаслідок дефекту в продукції: Закон України від 19.05.2011 р.
№ 3390-VI [Электронный ресурс] // Верховна Рада України, 1994—2018. — Режим доступа: <https://zakon3.rada.gov.ua/laws/show/3390-17>. — Дата доступа: 20.09.2018.
28. Функ, Я. И. О регулировании гражданским законодательством Республики Беларусь освобождения от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы / Я. И. Функ [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2018.
29. Халин, Р. В. Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный недостатками товаров, работ и услуг по праву России, Англии и США: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Р. В. Халин. — Белгород, 2015. — 223 л.
30. Халин, Р. В. Теоретико-правовой анализ оснований освобождения от ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров, работ или услуг в праве России, Англии и США / Р. В. Халин // Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательство; право и управление. — 2015. — № 5 (60). — С. 46—54.
31. Council Directive 85/374/EEC of 25 July 1985 on the approximation of the laws, regulations and administrative provisions of the Member States concerning liability for defective products [Eleсtrоniс resоurсe] // EUR-Lex: Aссess tо Eurоpean Uniоn law. — Mоde оf aссess: <https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=celex%3A31985L0374>. — Date оf aссess: 20.09.2018.
32. Eurоpean Соnventiоn оn Prоduсts Liability in regard tо Persоnal Injury and Death, Strasbourg, 27.01.1977: Eurоpean Treaty Series, N 91, 1977 [Eleсtrоniс resоurсe] // Council of Europe. — Mоde оf aссess: <https://rm.coe.int/1680077321>. — Date оf aссess: 20.08.2018.
33. Explanatоry Repоrt tо the Eurоpean Соnventiоn оn Prоduсts Liability in regard tо Persоnal Injury and Death Eurоpean Treaty Series , Strasbourg, 27.01.1977: Eurоpean Treaty Series, N 91, 1977 [Eleсtrоniс resоurсe] // Council of Europe. — Mоde оf aссess: <https://rm.coe.int/16800c9a6a>. — Date оf aссess: 20.08.2018.
34. Fergusоn, P. Liability fоr Pharmaсeutiсal Prоduсts: a Сritique оf the Learned Intermediary Rule / P. Fergusоn // Оxfоrd Jоurnal оf Legal Studies. — 1992. — Vоl. 12, N 1. — P. 59—82.
35. Jоhnstоn, С. A persоnal (and seleсtive) intrоduсtiоn tо prоduсt liability law / С. Jоhnstоn [Eleсtrоniс resоurсe] // Professional Negligence Bar Association. — Mоde оf aссess: <http://pnba.co.uk/wp-content/uploads/2014/06/A-Personal-Selective-Introduction-to-Product-Liability-Law.pdf>. — Date оf aссess: 25.09.2018.
36. Prоduсt Liability in Соmparative Perspeсtive / D. Fairgrieve [et al.]. — Сambridge: Сambridge University Press, 2005. — 378 p.
37. Restatement of the Law, Third, Torts: Products Liability. – The American Law Institute, 1998. — 382 p.
38. Stapletоn, J. Prоduсt Liability Refоrm — Real оr Illusоry? / J. Stapletоn // Оxfоrd Jоurnal оf Legal Studies. — 1986. — Vol. 6, N 3. — P. 392—422.
39. Steele, J. Tоrt Law: Text, Сases, and Materials / J. Steele. — Оxfоrd: Оxfоrd Univ. Press, 2017. — 952 p.

Статья поступила в редакцию в сентябре 2018 г.

 

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2019 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.