Белорусский журнал международного права и международных отношений 2000 — № 2


международное право — права человека

К ВОПРОСУ О ТРАКТОВКЕ ПОНЯТИЯ "РЕБЕНОК" В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ

Олег Старовойтов

Старовойтов Олег Михайлович — аспирант кафедры международного права факультета международных отношений Белорусского государственного университета

С принятием Конвенции о правах ребенка в 1989 г. международное сообщество признало необходимость предоставлять специальную защиту детям в силу их физической и умственной незрелости. И тогда же наиболее остро встал вопрос об определении понятия "ребенок" в международном праве. Несмотря на то, что понятие "ребенок" рассматривается в социальном контексте, с правовой точки зрения очень важно дать определение данному термину или хотя бы обозначить его временные границы, так как ребенок как личность пользуется специальными правами, которые ей присущи только в данный период. Трудность данного определения в международном праве заключается в том, что существующие между государствами большие различия в сферах культуры, в вопросах религии, в политических, правовых системах (в частности, различное законодательство в отношении абортов) делают невозможным дать точное определение понятию "ребенок", которое могло бы удовлетворить все заинтересованные стороны. Традиционно в законодательстве государств понятие "ребенок" связывается с возрастным критерием, т. е. существует определенный период времени, в течение которого личность считается ребенком. Международное право также взяло за основу временные рамки и попыталось дать определение термину "ребенок" путем установления момента, с которого начинается правовая защита детей и когда она заканчивается.

До принятия Конвенции о правах ребенка только Декларацию прав ребенка 1959 г. упоминала о том, с какого момента личность считается ребенком. В ее преамбуле сказано, что "ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения"1. Именно вопрос об определении начального периода жизни ребенка вызвал серьезные дебаты при обсуждении проекта Конвенции о правах ребенка. Он возникал в связи с обсуждением преамбулы и статей 1 и 6 Конвенции.

В 1980 г. во время первоначального обсуждения проекта Конвенции делегация Ватикана предложила перенести слова Декларации прав ребенка 1959 г. "как до, так и после рождения" в один из параграфов преамбулы Конвенции. Это предложение разделило участников Рабочей группы на два блока государств, имевших противоположные точки зрения по вопросу о том, с какого момента человеческое существо считать ребенком: с момента зачатия или с момента рождения. Сторонники предложения Ватикана обосновывали его тем, что в их национальных законах содержатся положения, защищающие права ребенка с момента зачатия. Другие поддерживали данную позицию потому, что она является достаточно нейтральной в вопросе об абортах, конкретно не указывая момент, с которого начинается защита еще не рожденного ребенка. Некоторые делегации подчеркивали, что Декларация прав ребенка 1959 г. уже содержит данное положение. C другой стороны, противники данной поправки ссылались на то, что национальное законодательство в вопросах абортов весьма различно и принятие этого положения помешало бы многим государствам ратифицировать или присоединиться к Конвенции. Они предложили компромиссный вариант: не упоминать о нем в Конвенции, что и было сделано2.

Дискуссия также развернулась при обсуждении статьи 1, дающей определение понятию "ребенок". Первоначально проект статьи 1, представленный делегацией Польши, определял ребенка как "каждое человеческое существо с момента его рождения до достижения 18-летнего возраста, если по закону его государства он не достигает совершеннолетия раньше"3. Такая трактовка соответствовала другим соглашениям о правах человека, включая Международные пакты о правах человека, которые не акцентировали внимание на этом вопросе, оставляя его на рассмотрение самих государств 4. Исключением является Американская конвенция о правах человека 1969 г., статья 4 (1) которой налагает на государства-участники обязательство защищать право на жизнь "как правило, с момента зачатия"5. Делегации, придерживающиеся концепции, устанавливающей начало жизни с момента зачатия, вновь поставили вопрос о включении этого положения в определение "ребенок". Разгоревшиеся споры были довольно успешно прекращены делегацией Марокко, предложившей убрать из текста статьи 1, сформулированной польской делегацией, слова "с момента его рождения" и таким образом решить проблему6. Предложение было принято, и данная статья стала звучать так: "Согласно настоящей Конвенции ребенком является каждое человеческое существо до достижения 18-летнего возраста, если по закону его государства он не достигает совершеннолетия раньше"7.

Вопрос о минимальном возрасте был вновь поднят во время второго чтения проекта Конвенции. В 1989 г. делегации Мальты и Сенегала, поддерживаемые представителем Ватикана, опять попытались внести поправку в статью 1 о том, чтобы ребенком считать человеческое существо с момента зачатия. Их предложение не было принято. Вместо этого делегацией ФРГ был предложен компромиссный вариант полностью процитировать в преамбуле Конвенции третий параграф Декларации прав ребенка 1959 г. Некоторые делегации (Италия, Венесуэла, Аргентина, Австрия, Колумбия, Египет, Сенегал, Кувейт) поддержали данное предложение, аргументируя это тем, что практически во всех национальных законодательствах так или иначе обеспечивается защита еще не рожденного ребенка и Конвенция не должна игнорировать этот факт8.

Данное предложение встретило сильную оппозицию, особенно со стороны Австралии, Канады, Китая, Дании, ГДР, Индии, Нидерландов, Норвегии, Швеции и СССР. Главными их аргументами было то, что еще не рожденного ребенка нельзя полностью отождествлять с личностью, обладающей полным комплексом прав, и что основной целью Конвенции является все-таки предоставление прав и свобод человеческому существу после его рождения. Они ссылались также на то, что со времени принятия Декларации 1959 г. прошло уже 30 лет, она пересмотрена данной Конвенцией и поэтому не следует строго придерживаться всех ее положений9.

Дебаты были настолько сильными, что было признано необходимым создать специальную группу для нахождения компромиссного варианта. В нее вошли ФРГ, Ирландия, Италия, Нидерланды, Польша, Швеция и США. Специальная группа рекомендовала принять текст параграфа 9 преамбулы в таком виде, в каком это было предложено Федеративной Республикой Германией: "принимая во внимание, что, как указано в Декларации прав ребенка, "ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту как до, так и после рождения"10.

Государства согласились на данный текст только на том основании, что он дополнительно будет разъяснен в подготовительных материалах ("travaux preparatoires") к Конвенции. Поэтому специальной группой было сделано следующее заявление, которое затем было включено в отчет всей Рабочей группы: "Принимая данный параграф преамбулы, Рабочая группа не намеревалась нанести ущерб толкованию статьи 1 или любому другому положению Конвенции государствами-участниками"11. Кроме того, делегация Великобритании попросила Правовой совет ООН (United Nations Legal Counsel) дать заключение о правомерности включения данного положения в подготовительные материалы Рабочей группы и о применении данного положения в будущем, если возникнут вопросы при толковании статьи 1 Конвенции.

Правовой cовет в своем заключении дал следующий комментарий: преамбула любого договора указывает мотивы заключения договора, его цели и принципы. Подготовительные материалы являются дополнительными средствами толкования положений договора и к их помощи прибегают только в случаях, если эти положения неясны или двусмысленны (ст. 32 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г.). Поэтому довольно неожиданно, что в подготовительные материалы включается толкование преамбулы, так как она сама является частью толкования договора. Также нелегко оценить, какие выводы могут впоследствии сделать государства при толковании договора, если включить данный текст в подготовительные материалы. Тем не менее в праве и практике не существует запрещения против включения такого положения в подготовительные материалы, хотя было бы лучше вынести данное толкование параграфа преамбулы в отдельный документ в качестве приложения к Конвенции (в соответствии со статьей 31 Венской конвенции о праве международных договоров)12. Однако Рабочая группа оставила свое заявление в подготовительных материалах.

Такой сложный компромиссный вариант привел к тому, что данный параграф преамбулы Конвенции стал толковаться различными государствами по-разному, в зависимости от того, какой концепции о начале жизни они придерживаются.

Вопрос о защите еще не рожденного ребенка вновь возник в контексте статьи 6. В отношении части 1 статьи 6, которая признает, "что каждый ребенок имеет право на жизнь", государства сразу договорились не поднимать вопрос о том, с какого момента начинается жизнь. Дискуссия развернулась вокруг части 2 статьи 6, которая обязывает государства обеспечивать "в максимально возможной степени выживание и здоровое развитие ребенка", и, в частности, вокруг термина "выживание". Представители Италии и Ватикана вновь попытались связать право на выживание с правом на жизнь, которая должна защищаться с момента зачатия. Однако предложенные ими поправки были отклонены Рабочей группой13. При этом представитель Всемирной организации здравоохранения пояснил, что термин "выживание" имеет специальное значение в контексте Организации Объединенных Наций. Он включает в себя наблюдение за развитием ребенка, грудное вскармливание, контроль за заболеваниями, иммунизацию, вопросы кормления и женской грамотности14.

При подписании и ратификации Конвенции некоторые государства сделали заявления по поводу толкования ее положений в отношении вопроса о начале жизни. Аргентина сделала заявление о том, что статья 1 "толкуется ею в свете того, что термин "ребенок" означает человеческое существо с момента зачатия до достижения 18-летнего возраста". Гватемала сделала аналогичное заявление, указав, что статья 1 толкуется ею в соответствии со статьей 3 ее Конституции, которая гласит, что "государство гарантирует и защищает человеческую жизнь с момента зачатия:". Ватикан поддержал эти положения, заявив, что он понимает Конвенцию как документ, который "гарантирует права ребенка как до, так и после рождения"15.

С другой стороны, Франция сделала заявление, что статья 6 Конвенции "не может толковаться как создающая любое препятствие по выполнению положений французского законодательства в отношении добровольности прерывания беременности". Аналогичное заявление было сделано Тунисом. Китай и Индонезия также сделали оговорки, что этот вопрос они рассматривают в соответствии с положениями их Конституций, касающимися планирования семьи и разрешения абортов. Великобритания ратифицировала Конвенцию с заявлением о том, что она толкует Конвенцию как применимую только к человеческому существу с момента рождения16. Однако большинство государств вообще не сделали никаких заявлений или оговорок, отметив, что при толковании преамбулы, статей 1 и 6 Конвенции они будут придерживаться положений своего национального законодательства.

Таким образом, Конвенция о правах ребенка не содержит положений, обязывающих государства гарантировать жизнь еще не рожденному ребенку. Об этом упоминается лишь в преамбуле Конвенции, которая не обладает юридической силой.

Исходя из вышесказанного можно сделать вывод, что международное право признает ребенком личность с момента рождения. Однако оно не запрещает государствам считать ребенком человеческое существо с момента зачатия, хотя защита еще не рожденного ребенка не предусмотрена ни в одном международном договоре, за исключением Американской конвенции о правах человека (ст. 4 (1))17. Существуют специфические исключения, где защита косвенно предоставляется еще не рожденному ребенку. Статья 6 (5) Международного пакта о гражданских и политических правах запрещает приводить в исполнение смертный приговор в отношении беременных женщин. То же самое закреплено в Дополнительном протоколе I 1977 г. к Женевским конвенциям 1949 г. о защите жертв вооруженных конфликтов (ст. 6 (4)). Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах гарантирует особую охрану матерям в течение разумного периода до и после родов (ст. 10 (2)). Однако это указывает только на то, что защита еще не рожденному ребенку предоставляется в рамках защиты прав женщин, а за ним самим не признается абсолютное право на жизнь.

Довольно сложен вопрос об установлении периода времени, после которого личность начинает считаться взрослым человеком. Ни Декларация 1924 г., ни Декларация 1959 г. не определяют максимальный возраст, с которого ребенок перестает быть таковым. Согласно статье 1 Конвенции о правах ребенка для целей настоящей Конвенции "ребенком является каждое человеческое существо до достижения 18-летнего возраста, если по закону, применимому к данному ребенку, он не достигает совершеннолетия ранее". При обсуждении Рабочей группой этой статьи в первом чтении некоторые государства выступили против предложенного возраста в 18 лет, ссылаясь на то, что в их национальном законодательстве закреплен возраст ниже 18 лет. Они также ссылались на Генеральную Ассамблею, которая в связи с объявлением 1979 г. Международным годом ребенка установила верхний предел детства в 15 лет, и предложили закрепить такой же возраст в Конвенции. Был предложен также возраст достижения совершеннолетия в 14 лет, так как во многих странах в этом возрасте заканчивается обязательное образование и этот возраст установлен как минимальный для девушек, вступающих в брак. Большинство делегаций, однако, были против установления максимального возраста в 14 или 15 лет, так как в их законодательстве закреплен возраст в 18 лет. Они также подчеркивали, что Конвенция должна применяться к возможно большей возрастной группе. Они считали, что оговорка к статье 1, согласно которой "если по закону, применимому к данному ребенку, он не достигает совершеннолетия ранее", разрешает все трудности для государств, где личность достигает совершеннолетия ранее18. Однако текст статьи 1, одобренный Рабочей группой в первом чтении, указывал не просто на достижение совершеннолетия, а на достижение "возраста совершеннолетия"19. Во время второго чтения в 1989 г. Нидерланды предложили убрать из статьи 1 слово "возраст", так как они утверждали, что совершеннолетие может быть достигнуто и по другому критерию, отличному от возрастного. Этот критерий включает концепцию эмансипации (определение понятия "ребенок" на основе его статуса в обществе). Эту концепцию некоторые государства (США, Франция) разработали для ситуаций, когда молодые люди de facto живут независимо от родителей до достижения официального возраста совершеннолетия (например, вступили в брак или поступили на военную службу)20. Эта концепция не является универсальной, однако предложение Нидерландов было принято и слово "возраст" было исключено из текста статьи 1. Следовательно, статья 1 позволяет государствам, в законодательстве которых возраст достижения совершеннолетия установлен ниже 18 лет, сохранить этот возрастной предел. Возраст в 18 лет установлен Конвенцией в качестве стандарта, к которому государствам следует стремиться, чтобы предоставить специальную защиту как можно большей возрастной группе.

Кроме этого, делегация Финляндии пыталась внести на рассмотрение Рабочей группы свой проект статьи 1. В ней было предложено считать ребенком каждое человеческое существо, которое не достигло возраста 18 лет, однако положения Конвенции не следует применять к тем, кто достиг возраста 15 лет и не считается больше несовершеннолетним. Это может наступить в следующих случаях: если личность достигла полной правоспособности, или имеет право сама выбирать место своего жительства, или способна вступать в договорные правоотношения21. Но это предложение не нашло поддержки среди государств и было отозвано.

Таким образом, Конвенция о правах ребенка закрепила верхний возрастной предел в 18 лет с оговоркой "если по закону, применимому к данному ребенку, он не достигает совершеннолетия ранее".

Возраст в 18 лет устанавливают и некоторые другие международные документы, касающиеся защиты детей. Дополнительная конвенция об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством, 1956 г. запрещает передачу с целью эксплуатации ребенка или подростка моложе 18 лет (ст. 1). Конвенция о защите детей и сотрудничестве в отношении международного усыновления 1993 г. применяется в отношении ребенка до достижения им 18 лет (ст. 3). Международный пакт о гражданских и политических правах запрещает применение смертной казни к лицам моложе 18 лет, хотя и не использует здесь слово "ребенок" (ст. 6). На региональном уровне Африканская хартия прав и благополучия ребенка 1990 г. определяет ребенка как "каждое человеческое существо до достижения возраста 18 лет" без всяких исключений (ст. 2), тем самым устанавливая более высокий стандарт, чем Конвенция о правах ребенка. Европейская конвенция по выполнению прав ребенка 1996 г. считает ребенком личность, не достигшую 18 лет (ст. 1). В рамках Международной организации труда в 1999 г. была принята Конвенция, касающаяся запрещения и немедленного действия по устранению наихудших форм детского труда, в которой предусмотрено, что она будет применяться ко всем лицам, не достигшим 18 лет (ст. 2).

Однако в некоторых других международных документах установлен иной возрастной предел. Речь идет прежде всего о международных договорах, касающихся какого-то определенного аспекта жизни ребенка. Гаагская конвенция о гражданских аспектах похищения детей 1980 г. и Европейская конвенция по признанию и вступлению в силу решений, касающихся опеки над детьми и восстановления опеки над детьми 1980 г., признают, что для целей данных конвенций ребенком является личность до достижения 16 лет (соответственно статьи 4 и 1). Конвенция о согласии на вступление в брак, минимальном брачном возрасте и регистрации браков 1962 г. оставляет на рассмотрение государств-участников определять минимальный брачный возраст (ст. 2). При этом Рекомендация Генеральной Ассамблеи о согласии на вступление в брак, минимальном брачном возрасте и регистрации браков 1965 г. предлагает государствам установить минимальный брачный возраст в 15 лет (Принцип II). В международном гуманитарном праве возраст призыва в вооруженные силы и принятия участия в военных действиях установлен в 15 лет (ст. 38 Конвенции о правах ребенка, ст. 77 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям 1949 г., ст. 4 Дополнительного протокола II к Женевским конвенциям 1949 г.). В настоящее время разрабатывается дополнительный Протокол к Конвенции о правах ребенка об увеличении минимального возраста призыва на военную службу и участия в военных действиях до 18 лет. Конвенция МОТ № 138 о минимальном возрасте приема на работу 1973 г. устанавливает минимальный возраст в 15 лет (ст. 2 (1)). Однако Конвенция разрешает государствам с недостаточным уровнем социального и экономического развития устанавливать минимальный возраст для приема на работу в 14 лет (ст. 2 (4)).

Это говорит о том, что в международном праве нет точно определенного возраста, с которого личность перестает считаться ребенком. Однако принятие специальной Конвенции о правах ребенка (на региональном уровне принятие Африканской хартии прав и благополучия ребенка), пересмотр возрастных критериев в некоторых договорах (в частности, в международном гуманитарном праве) позволяют говорить о тенденции в международном праве считать возраст в 18 лет как наиболее принятую норму для определения момента, с которого прекращается правовая защита ребенка. Что касается начала правовой защиты, то она предоставляется с момента рождения ребенка, хотя государства в своем национальном законодательстве могут расширить эту защиту до момента зачатия.

1 Права человека: Сборник международных договоров. Нью-Йорк. С. 190.
2 UN Doc E/CN.4/L.1542. P. 2—3.
3 UN Doc E/CN.4/1349. P. 2.
4 При обсуждении статьи 6 Международного пакта о гражданских и политических правах делегациями Бельгии, Бразилии, Мексики и Марокко было внесено предложение считать, что личность имеет право на жизнь с момента зачатия. Однако большинством стран данное предложение было отклонено на том основании, что национальные законы по этому вопросу существенно различаются в разных странах. См.: Kirilova Eriksson M. (ed.). The legal position of the unborn child in international law // German yearbook of international law. Vol. 36. 1993. P. 104. Подобная попытка обеспечить защиту еще не рожденного ребенка была предпринята при обсуждении статьи 3 Всеобщей декларации прав человека, но она также не имела успеха. См.: Alston P. The unborn child and abortion under the Draft Convention on the Rights of the Child // Human rights quarterly. Vol. 12. 1990. P. 159.
5 Международные акты о правах человека: Сборник документов. М., 1998. С. 721.
6 UN Doc E/CN.4/L.1542. P. 5.
7 UN Doc E/CN.4/L.1542. Annex. P. 2.
8 UN Doc E/CN.4/1989/48. P. 9.
9 Ibid. P. 10.
10 Ibid. P. 11.
11 Ibid. P. 12.
12 UN Doc E/CN.4/1989/48. Annex. P. 144.
13 UN Doc E/CN.4/1988/28. P. 5—7.
14 UN Doc E/CN.4/1989/48. Р. 17.
15 Le Blanc L. J. The Convention on the Rights of the Child: United Nations Lawmaking on Human Rights. University of Nebraska Press-Lincoln, 1995. P. 72.
16 Ibid. P. 73.
17 Несмотря на то, что Конвенция гарантирует право на жизнь "как правило, с момента зачатия", фраза "как правило" толкуется как разрешающая аборт в определенных обстоятельствах: например, при изнасиловании, для спасения жизни матери. См.: Alston P. Op. cit. P. 175.
18 UN Doc E/CN.4/L.1542. Р. 5—6.
19 UN Doc E/CN.4/1989/48. P. 15.
20 Van Bueren G. The international law on the rights of the child. Dordrecht: Nijhoff, 1998. P. 36—37.
21 UN Doc E/CN.4/1988/28. Р. 46—47


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2024 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.