Белорусский журнал международного права и международных отношений 2001 — № 3


международные отношения

БЕЛОРУССКО-РОССИЙСКИЕ ВОЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ: ОТ НЕЙТРАЛИТЕТА ДО КОЛЛЕКТИВНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Ирина Пимошенко

Пимошенко Ирина Ивановна — соискатель кафедры экономической географии зарубежных стран географического факультета Белорусского государственного университета

После распада СССР борьба за суверенитет бывших советских республик все больше касалась вопросов безопасности. Беларусь, подобно другим новым независимым государствам бывшего СССР, столкнулась с задачами охраны государственных границ, построения национальных вооруженных сил и определения политики национальной безопасности. В связи с особым геополитическим положением страны и слабой подготовленностью к независимому развитию Беларусь стремилась установить сбалансированные отношения со всеми своими соседями, в то же время сохраняя особо тесные отношения с Россией. Белорусско-российские военные отношения, основанные на двух главных факторах — стратегической зависимости Москвы от Беларуси и экономической зависимости Беларуси от Москвы, — это символические отношения, которые в значительной степени продолжаются и по настоящее время. Первые очевидные попытки России укрепить военные связи с Беларусью относятся к периоду послеавгустовского путча 1991 г., когда Кремль предложил Минску взаимную оборонную защиту. Историк Я. Запрудник отмечает, что военные отношения России с Беларусью являются "особо отличительными" от подобных отношений России с Украиной и Казахстаном1.

После заявления о государственном суверенитете (декларация от 27 июля 1990 г.), 20 марта 1992 г. Верховный Совет Республики Беларусь ратифицировал декрет о создании Национальных Вооруженных сил на базе Белорусского военного округа с использованием большой части советского военного потенциала, который приобрела республика2. Руководство страны отказалось от структуры советской военной обороны и взяло курс на создание нейтрального, безъядерного государства. Вместе с тем, чтобы ослабить негодование России по поводу создания национальной армии, действующий тогда министр обороны Беларуси генерал-лейтенант П. Чаус заявил о невозможности какого-либо военного конфликта между Беларусью и Россией3. Эту позицию озвучил и председатель Верховного Совета С. Шушкевич, подчеркнув, что, независимо от политических событий в Москве, Беларусь будет продолжать поддерживать хорошие отношения с Россией4.

Самая большая проблема, с которой столкнулась Беларусь в области безопасности, — демонтаж советской военной структуры и ядерного арсенала. Трудно найти среди многочисленных источников точную цифру численности вооруженных сил Беларуси во время крушения Советского Союза, но наиболее часто встречающееся число — 160 0005. В начале 1990-х гг. БССР была одной из самых милитаризованных республик СССР и Европы. Республика обладала шестым мировым ядерным арсеналом6; от СССР она получила самую высокую концентрацию военнослужащих — 1 военный на 43 гражданских лица (Россия — 1:634; Украина — 1:98 и Казахстан — 1:118)7. Кроме того, 10 % территории республики было занято под военные базы (около 200 баз)8. Незадолго да краха СССР Советскими вооруженными силами была начата всесторонняя программа обновления военного оборудования. Наиболее успешно она была проведена в странах Варшавского договора и "втором эшелоне" советских республик — Беларуси, Молдове и Украине. Впоследствии модернизированное оборудование, вывезенное из Германской Демократической Республики в конце 1980-х гг., было сохранено в БССР, что значительно увеличило военный арсенал независимой Беларуси9. Военная гонка времен "холодной войны" оставила независимой республике такой арсенал обычного вооружения, который до настоящего времени все еще превосходит таковой большинства европейских государств10.

Одной из важнейших задач Верховного Совета Республики Беларусь в военной сфере было подчинение бывшего советского военного персонала на территории республики новому правительству (за исключением российских стратегических сил)11. Председатель Верховного Совета Республики Беларусь С. Шушкевич подчеркнул необходимость военных сокращений в Беларуси и надеялся на трансформацию советских (белорусских) вооруженных сил в 80-тысячную национальную армию Республики Беларусь12. Проблема состояла в том, что 40-тысячные российские войска, размещенные на территории Беларуси, не могли быть немедленно выведены в Россию из-за отсутствия жилья13. По этой же причине военнослужащие из стран Центральной и Восточной Европы также оставались в Беларуси. В отличие от других западных республик бывшего СССР, Верховный Совет Беларуси разрешил 30-тысячным российский войскам (главным образом стратегическим вооруженным силам) находиться на территории республики в течение семи лет14. На основании военного соглашения эти военные силы оставались зависимыми от Москвы.

Однако белорусские должностные лица заявили, что это соглашение не следует рассматривать как военный союз в связи с тем, что вопрос о возможности проведения совместных операций не был затронут 15 .

Белорусские вооруженные силы были разделены на три части: наземные вооруженные силы, воздушные силы и силы противовоздушной обороны. Наземные вооруженные силы составляют большинство и состоят из трех армейских корпусов и десяти бригад. Согласно решению Верховного Совета Республики Беларусь численность вооруженных сил не должна превышать 100 тыс. человек, что составляет 1 % от общего населения страны. В результате проведенных мероприятий по реформированию штатных структур удалось снизить численность кадрового состава вооруженных сил до 85 тыс. человек. Белорусские военнослужащие не служат вне территории Беларуси 16 . В Белорусской армии в отличие от украинской могут служить солдаты не только белорусского гражданства. 16 декабря 1992 г. была принята военная доктрина Республики Беларусь, а в конце 1993 г. — новая военная присяга.

В отличие от Украины, Беларусь заняла более жесткую позицию по ядерному арсеналу: Минск принял решение по ускоренному выводу ядерного вооружения со своей территории в семилетний срок. А унаследованное республикой тактическое ядерное вооружение было огромное — оценивалось от нескольких сотен до тысяч единиц и было размещено более чем на 23 базах республики. На территории Беларуси находилось около 25 % межконтинентальных баллистических ракет CC-25 бывшего СССР 17 .

В качестве самостоятельного субъекта международного права в период от нейтралитета до коллективной безопасности Республика Беларусь в 1992 г. присоединилась к Договору об ограничении вооруженных сил и вооружений в Европе, по которому были сокращены: танки (1800), артиллерия (1615), боевые самолеты (260), вертолеты (80), бронетранспортеры (2600)18. Чтобы понять масштаб такого сокращения, можно привести пример, что сокращение бронетранспортеров в Беларуси составило 10 % от общего сокращения таковых в 30 подписавшихся под Договором стран. В 1991 г. в Россию было возвращено химическое оружие. В 1993 г. белорусский парламент ратифицировал Договор о стратегических наступательных вооружениях (СТАРТ-1) и Лиссабонский протокол, предусматривающий присоединение республики к Договору о нераспространении ядерного оружия в качестве неядерной державы.

Республика Беларусь заключила ряд двусторонних соглашений с США в рамках закона Нанна-Лугара, по которым определялись процессы проведения демилитаризации и преобразования советских военных отраслей промышленности на территории бывшего СССР.

Для обслуживания войск в Беларуси был создан достаточно мощный военно-промышленный комплекс, продукция которого все еще составляла около половины промышленного производства республики. Беларусь производила военное оборудование довольно высокого качества, но практически все производство зависело от отраслей промышленности, расположенных вне страны, главным образом — в России. Ограниченные финансовые возможности очень быстро проявились в зависимой экономике Беларуси. Процесс преобразования военных отраслей промышленности в гражданское пользование (более 100 белорусских военно-промышленных предприятий) шел медленно и с огромными проблемами. Суверенитет требовал реальной материальной базы, создать которую можно было совместно с Россией, и поэтому руководители таких предприятий требовали, чтобы Минск искал более тесные военные контакты с Россией, так как потеря военных контрактов угрожала сокращением более 300 тыс. специалистов, работающих в этой сфере, что было огромным числом для 10-миллионной республики19.

6 мая 1992 г. был закрыт Белорусский военный округ, однако, как показала встреча в Ташкенте, состоявшаяся десятью днями позже, "ближнее зарубежье" оставалось в сфере жизненных интересов России. Россия стремиась использовать Ташкентский договор о коллективной безопасности в качестве механизма для сохранения своего влияния на территории бывшего СССР.

Основы военного сотрудничества между Беларусью и Россией были заложены Договором между Республикой Беларусь и Российской Федерацией о координации деятельности в военной сфере, подписанным 20 июля 1992 г. (ратифицирован Верховным Советом Республики Беларусь в феврале 1993 г.). Был подписан пакет из 19 экономических и 5 военных соглашений20. Соглашения определяли и координировали двусторонние отношения в военной сфере; были улажены основные вопросы по временному размещению Российских стратегических сил на территории Беларуси и взаимной экономической и технической помощи. Срок военных соглашений был рассчитан на пять лет, с условием при необходимости продления еще на 12 месяцев. Соглашения подводили государства к созданию "единого стратегического пространства", однако министр обороны П. Козловский отметил, что совместные договоренности не следует рассматривать как стремление создать военный союз или какое-либо объединение против третьих стран — наоборот, Беларусь хотела бы установить равноправные отношения с Россией в военной сфере и "не находиться в состоянии вражды".

Первоначально Договор о коллективной безопасности стран СНГ был подписан шестью странами, включая Российскую Федерацию. Беларусь, Украина и еще две республики не подписались под Договором. Председатель Верховного Совета Республики Беларусь С. Шушкевич отказался подписывать Договор, ссылаясь на то, что это противоречит политике нейтралитета Беларуси. Он поддерживал позицию, что уникальное геополитическое положение республики требует, чтобы Минск автономно принимал решения в военной сфере. Он выступил с предложением по участию Беларуси в укреплении Балтийско-Черноморского регионального сотрудничества и обороны и по созданию "пояса нейтральных государств" в Европе, или "санитарного кордона", отделяющего страны НАТО и Россию21. С. Шушкевич добавлял, что военный союз с Россией "может только повредить интересам страны и завести даже более сильную страну в тупик"22. Министр иностранных дел Республики Беларусь П. Кравченко, подводя общий итог ситуации, заявил, что "Беларусь имеет очень сложное и уникальное место в СНГ — с одной стороны, как координатор Содружества, она должна укреплять его, а с другой, есть опасность, что она попадет под диктат России"23. Более консервативно настроенная часть Верховного Совета предпочитала видеть белорусскую армию в рамках системы коллективной безопасности стран СНГ — частично для более гладкого перехода от советской к национальной системе обороны, а также по причине невозможности Беларуси самой финансировать и содержать собственные вооруженные силы. Важнейшим аргументом сторонников вхождения Беларуси в систему коллективной безопасности было то, что присоединение к Ташкентскому договору повлечет за собой расширение военных заказов для отечественного военно-промышленного комплекса.

В результате перед Верховным Советом Республики Беларусь был поставлен вопрос о дальнейшей военной ориентации республики — НАТО или Россия. 9 апреля 1993 г. Верховный Совет 188 голосами против 32 проголосовал за присоединение к Договору о коллективной безопасности стран СНГ24. Основными причинами, послужившими выбору такой политики, были следующие:

— перестройка сфер влияния в мире после краха СССР оставляет Беларусь без гарантии, что ее общество будет стабильно развиваться;

— разрыв тесной связи белорусско-российского военно-промышленного комплекса мог значительно усугубить экономическую ситуацию в республике;

— Беларусь находилась под надежной системой защиты в течение последних 70 лет и разрушать ее было бы бессмысленно;

— Беларусь не может развивать самостоятельно военную науку; две военные академии Беларуси не могут обеспечить потребности в военной подготовке страны.

Таким образом, внутриполитические разногласия в стране и сложная экономическая ситуация вынудили Верховный Совет сделать выбор и отказаться от попытки Беларуси к нейтралитету. Минск подписал Ташкентский договор, основываясь на экономической зависимости от России, под сильным давлением со стороны белорусской армии, военно-промышленного комплекса и консервативно настроенных политических сил.

Как показало время, белорусско-российское военное сотрудничество не наносит ущерба государственному суверенитету Республики Беларусь, оно снижает бремя военных расходов каждого государства в отдельности, обеспечивает совместную защиту экономических интересов Республики Беларусь и Российской Федерации. Кроме того, сегодня еще рано говорить об окончательном решении вопроса военной безопасности республики, так как республика не обладает твердой политической стабильностью и поэтому возможно его разновариантное моделирование.

1 Zaprudnik J. Belarus: At a Crossroads. Boudler: Westiview Press, 1993. P. 213.
2 Woff R. The Armed Forces of the Former Soviet Union. V. 2. Hampshire: Carmichael and Sweet, 1996. P. Е2—39; Markus U. Belarus Debates Security Pacts as a Cure for Military Woes // Radio Free Europe/Radio liberty Research Report. V. 2. N. 25. 1993. 18 June. P. 68.
3 Markus U. Belarus a "Weak Link" in Eastern Europe // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. 2. N. 49. 1993. 10 December. P. 27.
4 Ibidem.
5 Mihalisko K. Belarus Moves to Assert Its Own Military Policy // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. L. N. 11. 1992. 13 March. P. 48.
6 Mihalisko K. Belarus: Retreat to Authoritarianism // Democratic Changes and Authoritarian Reactions in Russia, Ukraine, Belarus and Moldova. K. Dawisha, B. Parrott (eds.) Cambridge: Cambridge University Press, 1996. P. 223.
7 Television Interview on the Minsk Summit. FBIS-SOV-032. 1992. 18 February. J. L. Black (еds.) // Russia and Eurasia Documents Annual 1992: CIS and Successor States. V. 2. Gulf Breeze: Academic International Press, 1994. P. 379.
8 Fromon M. A New Lease for the Belarus Military // World of Work. N. 14. 1995. December. P. 24.
9 Panov A. Belarusian Army: Scarecrow for Europe? // Belarus Now. 1999. 6 April.
10 See: Current Holdings and CFE National Ceilings / The Military Balance. 2000—2001. London: The International Institute for Strategic Studies, 2000.
11 Foye S., Clarke D. L. (eds.). Military and Security Notes: Belarus Takes Charge of Forces // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. 1. N. 4. 1992. 24 January. P. 60.
12 Mihalisko K. Belarus Moves to Assert Its Own Military Policy. P. 48.
13 Markus U. Op. cit. P. 24.
14 Foye S. (ed.). Military and Security Notes: Russian Troops to Stay in Belarus for Seven Years // Radio Free Europe/Radio Liberty Research. V. l. N. 32. l992. 14 August. P. 45.
15 Foye S., Reisch A. A. (eds.). Military and Security Notes: Minsk and Moscow Toward Cooperation // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. 1. N. 31. 1992. 31 July. P. 60.
16 Clarcke D. L. (ed.). Military and Security Notes: Belarus Wants Its Soldiers Out of Hot Spots // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. l. N. 13. 1992. 27 March. P. 52.
17 Jane’s Sentinel: Russia and the CIS. Coulsdon: Jane’s Information Group (January—June 2000). P. 136.
18 Manpower and Treaty Limited Equipment: Current Holdings and CFE Limits on the Forces of the Treaty Members //The Military Balance 1992—1993. London: The International Institute for Strategic Studies, 1992. P. 244.
19 Almquist P. Arms Producers Struggle to Survive in Defence Order Shrink // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. 2. N. 25. 1993. 18 June. P. 40.
20 Ермолин В. Россия и Беларусь: заметное сближение позиций. В том числе в военной области // Красная звезда. 1992. 22 июля.
21 Nahaylo B. Belarusian Leader Proposed Union with Russia // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. 2. N. 15. 1993. 29 March—2 April. P. 11.
22 Mihalisko K. Belarus Neutrality Gives Way to "Collective Security" // Radio Free Europe/Radio Liberty Research Report. V. 2. N. 17. 1993. 23 April. P. 68.
23 Глод В. Ташкентские ожидания // Советская Белоруссия. 1992. 16 мая.
24 Mihalisko K. Belarus Neutrality Gives Way to "Collective Security". P. 27.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2021 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.