журнал международного права и международных отношений 2006 — № 4


международные отношения

Дипломатия Великого княжества Литовского во время войны Речи Посполитой со Швецией в 1600—1629 гг.

Ольга Лазоркина

Автор:
Лазоркина Ольга Игоревна — аспирант кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета

Рецензенты:
Тихомиров Александр Валентинович — кандидат исторических наук, доцент кафедры международных отношений факультета международных отношений Белорусского государственного университета
Темушев Виктор Николаевич — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории Национальной академии наук Беларуси

Объединение Великого княжества Литовского (ВКЛ) c Королевством Польским в Речь Посполитую произошло на принципах федеративного устройства. Обе ее части сохраняли свои суверенитет, администрацию, казну и войско. Тем не менее, ВКЛ оказалось в зависимом положении от Польши. Магнаты стремились воспрепятствовать усилению влияния Польши в княжестве. Так, в 1588 г. был принят Статут, согласно которому ВКЛ провозглашалось самостоятельным государством со своей территорией, что, в сущности, отменяло ряд важнейших положений Люблинской унии. Вопреки акту унии о проведении совместной внешней политики, княжество неоднократно предпринимало самостоятельные дипломатические акции.

Дипломатическая деятельность ВКЛ как составной части Речи Посполитой не получила широкого освещения в отечественной историографии. Она изучалась фрагментарно, в контексте общих проблем истории двух государств. Данная проблематика представлена главным образом в исследованиях, посвященных международным отношениям в восточноевропейском регионе и внешней политике ВКЛ и Речи Посполитой. Отдельные сведения о дипломатах и военных деятелях ВКЛ представлены в научно-популярных работах А. Котлярчука [1] и В. Чаропки [4]. Достаточно глубоко изучением дипломатической истории Речи Посполитой занимаются польские исследователи. Кроме отдельных научных статей можно назвать обобщающую работу «Historia diplomacij polskiej» [7]. С учетом вышесказанного детальное изучение дипломатической деятельности ВКЛ позволит полнее определить статус княжества в федеративном союзе с Польшей, внешнеполитические полномочия Короны и ВКЛ и выявить специфику организации дипломатической службы.

Сближение Речи Посполитой со Швецией начинается после избрания шведского королевича Сигизмунда Вазы королем польским и великим князем литовским в 1587 г. Сигизмунд III подписал предварительное соглашение с представителями польско-литовской знати о присоединении северной Эстляндии (территория современной Эстонии) к Речи Посполитой. Это позволяло контролировать основные торговые пути в Балтийском регионе. Перспективы такого союза были очевидны для обоих государств. Однако уже в 90-х гг. XVI в. отношения между Речью Посполитой и Швецией обострились. Религиозные противоречия в Швеции привели к гражданской войне. В результате противостояния протестантов и католиков к власти пришла протестантская партия во главе с Карлом Судерманландским. Шведский риксдаг низложил наследного короля Сигизмунда III. Тем не менее, он объявил себя единственным законным наследником шведского престола и специальным указом в 1600 г. присоединил Эстляндию к Речи Посполитой. Это означало, что военный конфликт со Швецией неизбежен.

Столкновение Швеции и Речи Посполитой начиналось как внутренний конфликт двух представителей шведской династии, боровшихся за престол. Противостояние между ними приобрело не только религиозный, но и политический характер. По выражению известного исследователя Г. В. Форстена: «За Сигизмундом III стояла вся ультрамонтанская Европа» [3, с. 9].

В отношениях со Швецией проявилась разница интересов между Короной и княжеством. В Польше династические притязания Сигизмунда нашли поддержку среди сенаторов, в частности великий канцлер Ян Замойский настаивал на военном решении конфликта. Напротив, магнаты ВКЛ надеялись, что мирное урегулирование отношений со Швецией позволит не только сохранить, но и увеличить долю княжества в прибалтийской торговле. Речь Посполитая являлась одним из крупнейших поставщиков сырья и зерна в Западную Европу. Во второй половине XVI ст. торговые центры переместились в устье Двины, находившееся под контролем ВКЛ. Это означало, что экономика княжества теперь напрямую зависела от сохранения влияния в этом регионе.

Кроме того, накануне столкновения со Швецией обострились межконфессиональные отношения. Сигизмунд III как ярый католик предпринимал попытки рекатолизации Речи Посполитой, что вызывало бурный протест среди протестантского и православного населения княжества. В 1599 г. в Вильне состоялся съезд протестантов и православных с целью выработки совместной программы действий. Одним из организаторов съезда был великий гетман и виленский воевода Кшиштоф Радзивилл Перун [6, s. 9]. Магнаты ВКЛ понимали, что война с протестантской Швецией будет идти не только за престол и территории. Не менее важен и религиозный вопрос. Победа католического лагеря будет означать их собственное поражение и, как следствие, ослабление позиций в государстве.

Следует отметить, что, несмотря на противоречия, ВКЛ принимало активное участие в военном конфликте со Швецией. Как оказалось, Речь Посполитая к войне была не готова. Пока решался вопрос об изыскании необходимых средств на ведение войны, шведский король Карл захватил Финляндию — наследное владение Сигизмунда, и вторгся в Инфлянты.

Небольшие воинские формирования (почты) магнатов ВКЛ не могли оказать действенного сопротивления шведам. На вальном сейме в Варшаве было решено назначить Яна Кароля Ходкевича администратором и гетманом Инфлянт [11, t. 2, s. 179]. Однако финансовые средства на содержание армии так и не были выделены. Гетману пришлось на собственные деньги формировать войско. Тем не менее, кампания 1604—1606 гг. принесла Ходкевичу небывалую популярность как военачальнику. В результате нескольких битв, прежде всего под Кирхгольмом (1605 г.), ему удалось нанести сокрушительное поражение шведам.

Дипломатические контакты со Швецией от имени Речи Посполитой осуществляло ВКЛ. Трудность официального общения между двумя государствами заключалась в том, что Сигизмунд III в официальных дипломатических документах именовался не только королем польским и великим князем литовским, но и королем шведов, готов и вандалов. Поэтому шведские сенаторы предпочитали вести переговоры с литовскими или польскими сенаторами и только в особых случаях обращались непосредственно к королю Речи Посполитой. Кроме того, на Краковском сейме было решено переписываться не лично с Карлом Судерманландским, а только со шведскими сенаторами относительно съезда комиссаров, условий перемирия и обмена пленными [10, s. 124].

В 1606 г. начались переговоры между шведским командующим Фридрихом Мансфельдом и Яном Ходкевичем [10, s. 110]. Ходкевич как великий гетман имел право проводить переговоры. Это объясняется спецификой организации дипломатической службы Речи Посполитой, гетманы которой с 1590 г. имели право проводить переговоры, заключать мир или перемирие. Однако такого рода соглашения должны были утверждаться королем и сеймом [11, t. 2, s. 261]. Комиссаров для проведения переговоров назначал гетман. В итоге было подписано перемирие, которое должно было продлиться до конца октября 1608 г., а затем предполагалось рассмотреть условия заключения мира. Но закрепить успехи в Ливонии Ходкевичу так и не удалось. В этом же году в Речи Посполитой часть польских и литовских магнатов организовали мятеж против Сигизмунда Вазы. Гетману пришлось покинуть Инфлянты и выехать на помощь королю.

Шведский король воспользовался передышкой и уже к лету 1608 г. собрал новые силы для продолжения военных действий. Несмотря на неистекший срок перемирия, Мансфельд в июле 1608 г. захватил несколько крепостей в Инфлянтах. Ходкевич пытался дипломатическим путем заставить шведов придерживаться условий перемирия и выиграть время для подготовки собственного войска. Обстановка осложнялась тем, что из казны по-прежнему не выделялось необходимых средств на оплату войска и гетманские отряды были немногочисленны. Ходкевич направил письмо к шведским комиссарам, в котором упрекал их в вероломстве и нарушении условий перемирия, приводя в качестве аргументов наличие у него необходимых документов шведского сената, комиссаров и даже короля. Шведы, в свою очередь, выдвинули контраргументы о том, что хотя Мансфельд и подписал перемирие, но оно не было ратифицировано шведским сенатом и королем. Подобные же условия для такого рода соглашений существовали и в Речи Посполитой. Кроме того, шведский король и сенат обращались к Сигизмунду с предложением подписать мир или перемирие на 12 лет, но с условием личного подтверждения польским королем. Поскольку подтверждения не последовало, то начало военных действий не может считаться нарушением условий перемирия [10, s. 167].

Гетману удалось с помощью Радзивиллов, Воловичей и других магнатов ВКЛ сформировать войско. Однако численность его не позволяла вести полномасштабные боевые действия. Приходилось использовать тактику партизанских отрядов. Несмотря на все трудности, Ходкевичу удалось с успехом провести и эту военную компанию. Шведское войско потерпело поражение, и сенаторы запросили мира у Речи Посполитой.

Завершение военных действий было выгодно обеим сторонам. Речь Посполитая была не в состоянии финансировать военную кампанию в Инфлянтах, так как Сигизмунд III ввязался в московскую авантюру. Швеция, в свою очередь, также оказалась в состоянии войны на два фронта. Давний конфликт с Данией перерос в открытое военное противостояние. Поэтому в 1609 г. шведы предложили оговорить условия перемирия. Переговоры проводили гетман Ходкевич и губернатор Ревеля Андерс Ларсон, имевший полномочия от шведского короля. Военные действия приостанавливались до декабря 1611 г. После смерти шведского короля Карла IX перемирие продлили до июня 1612 г. [7, s. 41].

На престол Швеции взошел новый король Густав Адольф. Он стремился разрешить конфликт с Речью Посполитой дипломатическими средствами. В 1614 г. перемирие в очередной раз было продлено на 2 года. Однако Густав Адольф настаивал на окончательном урегулировании отношений между государствами, так как война была непопулярна среди магнатов и шляхты, особенно ВКЛ. Поэтому король попытался установить отношения с влиятельными лицами княжества. С этой целью шведский канцлер Аксель Оксенштерн отправил в Литву Йоста Стефансона Клодта. Ему было поручено встретиться с Яном Ходкевичем (предложить план совместных действий против Москвы), а также с Кшиштофом Радзивиллом (найти в его лице союзника по протестантскому лагерю) [12, s. 9—10]. Однако миссия Клодта не принесла никаких результатов.

Весной 1616 г. была предпринята очередная попытка мирного урегулирования отношений. Представителями Речи Посполитой выступали гетман Ходкевич, мариенбургский староста Ян Готард Тизенгауз, динабургский староста Кшиштоф Веселовский и дерптский подкоморий Бартоломей Важинский [10, s. 175]. Шведы возвращали Речи Посполитой порт Салис, но выработать условия будущего договора так и не удалось.

Недальновидная политика Сигизмунда III по отношению к местному населению приводила к росту недовольства. Раздача земель польским и литовским феодалам вызывала протест местной аристократии. Особенно острым был религиозный вопрос. Население Инфлянт, в основном протестантское, насильно возвращали в лоно католической церкви. Складывающаяся ситуация была на руку противнику, который не преминул ей воспользоваться. Летом 1617 г. шведский король со значительным войском высадился у Виндавы.

В распоряжении польного гетмана Кшиштофа Радзивилла находился лишь небольшой отряд. Финансировать военную кампанию Речь Посполитая была не в состоянии. Поход королевича Владислава на Москву и угроза войны с Турцией требовали значительных средств. Поэтому Сигизмунд III приказал Радзивиллу начать переговоры и, по возможности, заключить перемирие при условии возвращения Парнавы и гарантий безопасности для Курляндии (территория современной Латвии). Комиссарами для ведения переговоров были назначены: дерптский каштелян Бертрам Гольцшуэр, мариенбургский староста Ян Готард Тизенгауз, писарь ВКЛ Ярош Волович, дерптский подкоморий Бартоломей Важинский, венденский подкоморий Стефан Чехомский, подчаший Николай Дробыш, новогородский староста Вальтер Плетенберг и королевский секретарь Ян Завадский. Кроме того, в переговорах принимали участие представители Риги. Шведы отказались принять эти условия, требуя в свою очередь гарантий для Ингерманландии (территория современных Эстонии и России). В связи с отсутствием средств в казне на финансирование военной кампании гетман Радзивилл вынужден был согласиться на условия шведской стороны и подписать перемирие на два года [9, s. 12].

В октябре 1620 г. истекал срок перемирия со Швецией. Однако Речь Посполитая была занята военными действиями с крымскими татарами.
О продлении срока перемирия вспомнили слишком поздно. На Варшавском вальном сейме было принято постановление об обороне Инфлянт: «В случае, если не удастся продлить перемирие и возникнет непосредственная угроза вторжения, то часть налогов ВКЛ особым указом должна быть выделена на создание войска. Но если перемирие будет продлено, чему должны способствовать комиссары гетмана, то войско должно быть отправлено на оборону Украины» [11, t. 3, s. 347]. Кроме того, пополнять войска гетман мог за счет дворянского ополчения Инфлянт, которое передавалось под его руководство. Это означало, что вести военные действия придется силами княжества и не хотевших воевать инфлянтских дворян.

Радзивилл стал командующим войсками и получил право на ведение переговоров со шведами. Не дожидаясь получения официальных документов от сейма, он начал на собственные средства нанимать войско. Но в это время ухудшилась ситуация в Украине и король приказал гетману отправить туда уже сформированное войско. В Инфлянтах же начались переговоры с представителями Швеции о продлении перемирия. Радзивилл не был допущен к их проведению. Объясняется это тем, что он был протестантом и братом Януша Радзивилла, одного из организаторов мятежа против короля. Сигизмунд III не доверял ему и опасался, чтобы братья вновь не организовали заговор.

Сохранившиеся письма Радзивилла за этот период свидетельствуют о том, что он неоднократно предупреждал короля об опасности со стороны Швеции. Гетман настаивал на том, чтобы было сформировано войско для обороны Инфлянт. Неоднократно указывал на то, что Густав Адольф не откажется от своих планов на Балтике и, несомненно, готовится к военным действиям [9, s. 6—7, 13—15]. Однако коронный канцлер Ежи Оссолинский, направленный в Англию для переговоров с королем Иаковом о финансировании военных действий против Турции, сообщал, что король убежден в получении согласия Густава Адольфа на продление перемирия. Кроме того, агенты короля, постоянно проживавшие в Швеции, также сообщали, что не видят никаких серьезных приготовлений к войне. Обнадеживали короля комиссары и даже иезуиты, советовавшие не опасаться неприятеля [7, s. 44].

Тем временем, в конце марта шведский король сорвал переговоры и начал боевые действия. Радзивилл, не имея ни пехоты, ни артиллерии, двинулся к Риге. Но вступить в сражение не смог, силы были слишком неравны. Тем не менее, в последующие месяцы гетман успешно применял тактику партизанской войны. В 1622 г. ему удалось отвоевать Митаву. Однако он понимал, что это был лишь временный успех. Сигизмунд III согласился на переговоры и назначил комиссию для их проведения. Гетман должен был подготовить инструкции для комиссаров. 20 июля состоялась встреча командующих войсками — Радзивилла и Якуба Понтуса де ла Гарди. Шведская сторона настаивала на заключении долгосрочного договора, предполагался даже возврат Парнавы и Риги, но с условием, что король Речи Посполитой навсегда откажется от претензий на шведский престол. Польско-литовские представители согласиться на такие условия не могли. Тогда шведские сенаторы направили официальные документы литовским сенаторам, предлагая заключить перемирие только между ВКЛ и Швецией. Гетман отклонил это предложение как нарушающее условия унии между Королевством Польским и ВКЛ и передал предложения шведов Сигизмунду III [2, с. 196; 7, s. 45].

Однако четких инструкций из Варшавы не поступало, так же как и военной помощи. Поэтому гетман, исходя из сложившихся обстоятельств, 10 сентября подписал перемирие со шведами в Митаве сроком до 1 мая 1623 г. Предусматривалось созвать съезд комиссаров обеих сторон для выработки условий будущего мирного договора. В Варшаве подписанный договор вызвал гнев короля. Он обвинил Радзивилла в том, что тот сыграл на руку шведам, предоставил им необходимую передышку. Кроме того, Речь Посполитая теряла Ригу и часть Инфлянт по Двине. Сигизмунд III отказался ратифицировать договор, но согласился на съезд комиссаров. Главой комиссии был назначен к тому времени ставший жмудским старостой Ярош Волович. Кроме него, полномочия от короля получили гетман Радзивилл, Ян Готард Тизенгауз, Эрнест Денгофф, референдарий ВКЛ Александр Корвин Гонсевский. Инструкцию от имени сената подписали примас Вавринец Гембицкий, а также канцлер ВКЛ Лев Сапега, коронный подканцлер Владислав Лещинский, подскарбий ВКЛ Кшиштоф Нарушевич и мстиславский воевода Ян Тышкевич [7, s. 46; 9, s. 321]. Шведскую сторону представлял канцлер Аксель Оксенштерн. Начались переговоры, на которые возлагали надежды обе стороны. Однако полученная Воловичем королевская инструкция быстро развеяла их. Сигизмунд III соглашался на подписание перемирия даже на 15 лет с условием возвращения шведами всех захваченных территорий. Кроме того, оговаривалось, что прекращение военных действий не означает отказа от претензий на шведский престол и, если в будущем представится такая возможность, то король Речи Посполитой ею воспользуется [9, s. 324]. Это означало, что подписание официальных документов невозможно, так как не признавался титул за шведским королем, а следовательно, комиссары не являлись полномочными представителями шведского государства. В результате обе стороны смогли договориться лишь о продлении перемирия до июня 1624 г.

С октября переговоры вновь возобновились. Сейм 1623 г. принял постановление «Об Инфлянтах» и назначил комиссаров для проведения переговоров. В состав комиссии вошли представители посольской избы Короны и ВКЛ. Среди них: новогородский воевода Николай Сапега, королевский секретарь Генрих Денгофф, полковник Николай Корф; писарь ВКЛ Кшиштоф Сапега и др. [9, s. 336].

Представители Швеции настаивали на том, чтобы официальные документы о полномочиях послов Речи Посполитой были подписаны не только сенатом, но и королем. В это время на заседаниях сейма, проходившего в Варшаве, Радзивилл и Кшиштоф Збаражский активно выступали за прекращение военного конфликта со Швецией и подписание мира. Им удалось склонить большинство сейма на свою сторону, и король вынужден был пойти на уступки, подписав официальные документы для комиссаров. В итоге было подписано перемирие сроком до 11 июня 1625 г. В последующие месяцы шведы неоднократно пытались заставить Речь Посполитую подписать мирный договор. Однако встречи комиссаров обеих сторон ни к чему не привели. Заключить мир так и не удалось ввиду непримиримых позиций королей обоих государств.

Швеция возобновила военные действия. Густав Адольф разделил войска и направил их в Курляндию, Пруссию и восточную Эстляндию, а сам двинулся к границам ВКЛ. Теперь княжество вынуждено было оборонять уже собственную территорию. Речь Посполитая оказалась застигнутой врасплох маневром шведского короля. В княжестве свирепствовала эпидемия, и собрать многочисленное войско не представлялось возможным. Сигизмунд III решил, что только такой авторитетный человек, как Лев Сапега, в состоянии собрать необходимые силы и возглавить армию. В первых же столкновениях со шведами войско ВКЛ понесло значительные потери, пополнения от короля так и не поступило, как и денег на выплату жалованья. Солдаты бунтовали, и гетман вынужден был расплачиваться с ними собственными средствами. Кроме того, шведам удалось захватить важный стратегический пункт — замок Биржи. В этих условиях магнаты ВКЛ начали готовить сепаратный мир со Швецией. Мстиславский воевода Ян Тышкевич вел переписку со шведским правительством [1, с. 70—74]. В Вильне собрался сеймик, на котором присутствовала группа сенаторов ВКЛ. Сапега был абсолютно уверен в невозможности ведения войны со Швецией и ввиду отсутствия специальных полномочий с помощью сенаторов надеялся придать соглашению хотя бы относительно законный характер. В нем приняли участие: виленский бискуп Евстафий Волович, мстиславские воеводы Николай Кишка, Ян Тышкевич, подскарбий Кшиштоф Нарушевич. Было принято постановление о заключении перемирия со Швецией. С согласия присутствующих сенаторов перемирие поручалось подписать великому гетману Сапеге. 19 января 1627 г. назначенные им полномочные представители — полковник Николай Корф, новогородский староста Вальтер Плетенберг, дерптский подкоморий Гедеон Раецкий — подписали перемирие от имени гетмана. Швецию представляли генерал Делагарди и Густав Горн. Согласно договору шведы возвращали ВКЛ замок Биржи в обмен на Лаудан, гарантировалась свобода балтийской торговли, предусматривался обмен пленными [8, s. 91; 13].

В Польше подписание сепаратного соглашения встретили с негодованием. Сапегу обвинили в превышении полномочий и нарушении условий Люблинской унии. Но активные действия шведского короля в Пруссии и угроза потери балтийского порта Данцига несколько смягчили оценки. Кроме того, ВКЛ отправило на помощь Польше половину литовского войска.

В 1629 г. в конфликт вмешалась европейская дипломатия. Франция и германские княжества добивались участия Швеции в Тридцатилетней войне. Лагерь протестантов в это время терпел одно поражение за другим, и вступление в войну Швеции могло изменить расстановку сил. Под франко-германским нажимом в Альтмарке (Новый Тарг) было подписано перемирие на 6 лет. В итоге в руках шведов оставались все прусские порты, за исключением Пуцка, Данцига и Крулевца. Кроме того, вся Лифляндия до Западной Двины также переходила шведам. В результате Швеция окончательно закрепилась на Балтике, взяв под свой контроль всю балтийскую торговлю Речи Посполитой.

Потеря контроля над балтийской торговлей нанесла огромный урон экономике ВКЛ. Густав Адольф только за счет одних пошлин, взимаемых с продажи литовского зерна, содержал шведское войско, воевавшее против Речи Посполитой. Ежегодно от налогов на торговлю из портовых городов Прибалтики, в том числе и Риги, Швеция получала 800 000 талеров, или половину бюджета королевства [5].

Война со Швецией выявила обособленность внешнеполитических интересов ВКЛ и Польского Королевства. Отсутствие централизованного руководства позволяло княжеству проводить свою линию в дипломатических отношениях с другими государствами. Сферы деятельности ВКЛ и Польши остались традиционными. Несмотря на то, что центр принятия внешнеполитических решений сместился в Польшу, мнение и позиции представителей княжества имели решающее значение. В сложных ситуациях, когда официальные контакты были затруднены или невозможны, высшие должностные лица княжества напрямую поддерживали отношения со своими оппонентами в других государствах, например со шведскими сенаторами или московской Боярской думой.

Следует подчеркнуть, что, несмотря на достаточную самостоятельность в сфере внешней политики, ВКЛ в целом согласовывало свои действия с коронной администрацией. Представители княжества не приняли предложения шведской стороны по заключению унии. Сенаторы передали их королю. Заключение Львом Сапегой перемирия со Швецией только от имени ВКЛ было попыткой сохранить территориальную целостность и стабилизировать экономическое положение.

Гетманы ВКЛ имели такие же широкие внешнеполитические полномочия, как и гетманы Королевства Польского. Как свидетельствуют сохранившиеся документы, они возглавляли войска Речи Посполитой во время Инфлянтской кампании. Более того, под их руководством проходили дипломатические переговоры со шведскими представителями.

Таким образом, в рассматриваемый период княжество выступало как равноправный участник федеративного государства и проводило достаточно самостоятельную линию в отношениях с соседними государствами, которые находились в сфере его геополитических интересов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Катлярчук, А. Шведы ў гісторыі і культуры беларусаў. Мінск: Энцыклапедыкс, 2002.
2. Снапкоўскі, У. Е. Пра калізіі знешнепалітычных інтарэсаў Польскага Каралеўства і Вялікага княства ў складзе РП // Спадчына. 1995. № 3. С. 189—200.
3. Форстен, Г. В. Балтийский вопрос в XVI—XVII стст. (1544—1648). Т. 2. Санкт-Петербург: Тип. В. С. Балашева, 1894.
4. Чаропка, В. Уладары Вялікага княства. 2-е выд. Мінск: Беларусь, 2002.
5. Bloch, T. Baltyk jako okno na swiat w polityce polskiej na przestrzeni dziejow [Electronic resource] // Nowy Przeglad Wszechpolski. 2003. N 3-4. Mode of access: <http://www.npw.pl/ARCHIWUM_NPW/2003_03_04/HIW-Bloch_Baltyk.html>. Date of access: 20.04.2006.
6. Herbst, S. Wojna inflantska 1600—1602. Warszawa: UW, 1938.
7. Historia diplomacij polskiej / pod red. Z. Wojcika, O. J. Gierowski. Warszawa: PWN, 1982.
8. Kognowicki, K. Zywot Lwa Sapiehy. Sanok: Wyd. J. Turowskiego, 1855.
9. Ksiecia, K. Radziwilla hetmana polnego WKL. Sprawy wojenne i polityczne 1621—1632. Paris: Druk. L. Martinet, 1859.
10. Naruszewicz, A. Historja Jana Karola Chodkiewicza. T. 1. Lipsk: Breitkopf & Haertel, 1837.
11. Volumina Legum. Petersburg: Druk J.Ohryzki 1859.
12. Wisner, H. Kampania Inflancka K. Radziwilla w latach 1617—1618 // Zapiski historyczne. Warszawa, 1970. Т. XXXV. S. 9—35.
13. Wisner, H. Spor o rozejm litewsko-szwedzki w Baldenmojzie z 1627 r. // Zapiski historyczne. Warszawa, 2001. T. LXVI. S. 23—36.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Сообщество

  • (029) 3222740
  • Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
© 2021 Международное общественное объединение «Развитие». All Rights Reserved.